Милослава Финдра – Песня русалки (страница 27)

Горестно вздохнув, Ирма провела несколько раз расческой по волосам, быстро заплела их в косу и поспешила в кабинет Орлана, чтобы передать тому мешочек с золотом.

На лестнице она столкнулась с Конрадом, который куда-то спешил так, что чуть не сбил ее с ног. Ирма хотела посторониться и пропустить его вперед, но тот крепко схватил ее за локоть и оттащил в сторону, оглядываясь по сторонам.

– Ты чего, старый, совсем с ума сошел? – злобно зашипела она, удивленная и уязвленная грубостью старого слуги.

– Тихо ты, я по делу, – проскрипел он в ответ, – вот, держи, подруга просила передать. И держи рот на замке.

Ирма перехватила кусочек пергамента, который ей сунули в руку, и быстро спрятала за корсажем, чтобы посмотреть записку позже, когда никого не будет поблизости.

Подойдя к кабинету Орлана, она уже хотела постучать и войти, когда услышала, что хозяин там не один. И разговор идет интересный.

– Ты правильно сделал, что избавился от этой бледной певуньи, – раздался бархатистый голос, в котором Ирма узнала рыжую Анну.

– Что, не нравилась она тебе, моя пышечка? – хрипло ответил Орлан.

– Не называй меня пышечкой, сколько раз просила! Да кто она такая, чтобы я о ней беспокоилась. Вот о тебе я всегда волнуюсь… Эта бестия быстро бы окрутила какого-нибудь клиента побогаче и смылась. И плакали бы твои денежки.

От этой фразы руки Ирмы сами собой сжались в кулаки так, что длинные ногти впились в кожу. Стервозность Анны ни для кого не была секретом, но в откровенной подлости раньше она замечена не была. Голоса за дверью тем временем замолчали, сменившись шорохами. Судя по всему, Орлан вместо извинений решил «приласкать» Анну. Та низко, мурчаще застонала, подтверждая догадку, и Ирму передернуло. В свое время ей пришлось несколько ночей провести под тяжелой тушей хозяина дома. Тот любил пробовать девиц лично и проверял их умения на совесть. С толком и расстановкой. Ирма уже хотела развернуться и уйти, но тут Орлан сказал кое-что, заставившее ее передумать:

– Ну не сердись, киска. Ты все верно говоришь. Девчонка была непростая, и голос ее не иначе как проклят. Хочешь, расскажу тебе секрет?

– Конечно, хочу! – в голосе Анны слышался неподдельный интерес.

– Еще бы ты не хотела! Моя киска любит секреты, это я давно знаю. Но у каждой тайны есть своя цена… Ох! – голос хозяина дома сбился на стон. – А ты умеешь покупать секреты…

У Ирмы горели уши. Не от стыда, нет, его она давно потеряла в доме утех, а от страха, что ее кто-нибудь застукает за подслушиванием. Но она не могла сейчас просто развернуться и уйти, не узнав, какой секрет покупает Анна. Ясно же, что неспроста она пустила в ход свое главное любовное оружие – пухлые губы. Раздавать подобные ласки просто так рыжая не стала бы, уж это точно. Орлан постанывал по ту сторону двери все чаще и ниже, а Ирма не могла дождаться, когда же его удовлетворение достигнет пика, и он снова заговорит. Наконец, это произошло.

– Ох, ну и сокровище же я себе приобрел. В очередной раз не могу нарадоваться, – Орлан хрипло захохотал. – Своей мудрости, конечно. Перспектива, Анна, нужно всегда думать о перспективе.

Раздался легкий звон стекла, как будто графин ударился горлышком о край стакана. Если Орлан сейчас промочит горло стаканчиком бренди, то точно разговорится, поняла Ирма. Она огляделась по сторонам на всякий случай и приникла к двери ухом, чтобы еще лучше слышать происходящее в комнате.

– А в перспективе у нас что? Налет разбойников из столицы, называющих себя властью. Да-да, Анна, думаешь, я только девиц подкладывать под гостей мастак? Нет, это вы просто раздвигаете ноги ради денег… А я думаю не только о монетах, как вы все считаете… не-е-ет, я собираю информацию. Вон, к Ирме регулярно захаживает младший судья, думаешь, я не знаю, что он ей переплачивает, а она мне не все носит? Пара серебрушек нет-нет, да оседают у нее за корсажем. Знаю. Но терплю, пока не жадничает. Потому что вы, бабы, дуры. Эй, ну не куксись, киска. Ты среди этих птичек почти хищник. И зубки, и когти, и пышные сиськи… все у тебя есть. Но нормальные мозги, уж прости, растут только в мужских черепушках. Вы, бабы, думаете только, как урвать что-нибудь прямо сейчас. А мы думаем о перспективе. Так, о чем я? О перспективе, да. В ближайшие недели из столицы явятся охотники за головами, называющие себя королевскими дознавателями. И перевернут весь город, затаскав по кабинетам всех, кто так или иначе связан с торговлей птичками. План Анкера был хорош, но он тоже еще щегол… От девицы надо было избавляться. И быстро. Так что бургграф подвернулся очень вовремя.

– А остальные девицы? Думаешь, с ними проблем не будет?

– Какие девицы? Завтра здесь не будет никаких девиц… Только проверенные слуги и пара хорошеньких девок, которые работают честь по чести, за оплату.

– И куда денутся остальные?

– Поедут погостить к моим друзьям. Тоже не простым людям. И очень щедрым. Они с радостью проведут с красотками месяцок, а там, глядишь, и два.

От этих новостей у Ирмы по рукам побежали мурашки, а внизу живота потянуло, будто она проглотила что-то холодное и скользкое. Ничего хорошего ссылка к «друзьям» Орлана не обещала. Самые родовитые аристократы во время пирушки превращаются в диких зверей. Однажды Орлан отправил одну из девиц в наказание за строптивость на время к кому-то «в гости». У той потом на неделю раньше пошли крови и не прекращались, пока не пришел доктор. Дело было дрянь. Нужно было уже думать не о том, как помочь Селине, а как спасаться самой.

– И кого же ты думаешь оставить здесь? – голос Анны звучал вкрадчиво.

Ирма не могла видеть Орлана, но готова была поклясться, что, отвечая, тот гнусно ухмыляется.

– Волнуешься, что и тебя отправлю на отдых? Не переживай, киска, в тебе я уверен, как ни в ком. Да и расставаться надолго не готов…

Слушать, как они снова начнут миловаться, не было никакого желания. Отпрянув от двери, Ирма на цыпочках двинулась по коридору в сторону террасы. Хотелось глотнуть свежего воздуха и хорошенько обдумать, как выпутаться из всего этого. А заодно посмотреть записку от Селины, которую ей передал Конрад.

На ее счастье, этим вечером все сидели по комнатам или отдыхали в гостиной, и маленький заросший садик был пуст. Устроившись на одном из кресел, Ирма еще раз прислушалась, не слышно ли чьих-то шагов, а потом достала из корсажа помятую бумажку. Развернула и с изумлением уставилась на рисунок.

Так, значит, кулончик-то непростой… Видимо, подарок Анкера, какая-то магическая штучка. Послание было ясным, подруга просила вернуть украшение и уколоть им палец. Легко сказать, а вот попробуй понять, как это обстряпать! А ведь нужно еще придумать, как избежать поездки за город… Никогда Ирма не чувствовала себя такой глупой и растерянной. Ее начала разбирать злость. Вот есть же люди, которые просто живут и радуются каждому дню. Почему же на нее все время сваливаются неприятности? Да сколько можно?

Именно в этот момент за пышными кустами послышался шум шагов. Сквозь зелень листвы показался сначала пышный подол алого платья, а затем и сама Анна. При виде нее и так порядком злую Ирму гнев затопил полностью: от сжатых кулаков до выгнувшихся дугой бровей.

– Ну и змея же ты… А я ведь сначала думала, что ты нормальная баба… Серьезно? Мы тебя так раздражаем? Мешаем? Чему? Копошиться в штанах Орлана?

Анна замерла на месте, как испуганный зверек. При первых словах Ирмы она вжала голову в плечи, но к концу тирады выпрямила спину до прогиба в пояснице, обернулась и резко бросила в ответ, сверкая глазами:

– А ты больше всех знаешь, Ирма? Напомнить тебе, кто грел его койку до того, как я появилась в «Пере и лилии»? Что-то я не помню, чтобы ты отказывалась раздвигать перед ним ножки, когда он тебя звал к себе. Зато отлично припоминаю, как ты была рада, когда я избавила тебя от этой тяжкой ноши. Вот только благодарностей ни разу не слышала. И если ты сейчас решила меня этим попрекнуть, то сама в тысячу раз хуже, чем я думала.

От резкой отповеди Ирма на секунду забыла, как дышать. Гнев все еще переполнял ее, но теперь к нему прибавился еще и жгучий стыд. Все, что она могла, это повторять, как сломанная музыкальная шкатулка:

– Ты… ты… ты…

Анна схватила Ирму за плечи и несколько раз встряхнула, поджав губы в суровую ровную линию.

– Я, я. Дурная голова – беда звонаря! А я тут ни при чем. А ну-ка, соберись и прекрати на меня набрасываться. Давай приходи в себя, не девочка – нюни распускать. Нужно спасать твою задницу, пока ее не пристроили, как хвост твоей подружки.

Ирма так удивилась, что в очередной раз потеряла дар речи.

– Спасать? Что ты хочешь этим сказать?

– О-о-о-ох, – Анна тяжело вздохнула. – Не ожидала, что с тобой будет так тяжело. Может, и прав Орлан, что бабы все дуры…

– Даже не вспоминай его, меня до сих пор трясет от вашего разговора… Что нужно спасаться, можешь не объяснять. А вот с чего вдруг я должна тебе поверить, вопрос поинтереснее. Несколько минут назад ты поносила Селину последними словами.

– Значит, подслушивала? – изумрудные глаза хитро сощурились. – Ладно, это только к лучшему, если ты уже в курсе. Не придется тратить время на пересказ. Если ты действительно не дура, сама должна понимать, что Орлану я говорю только то, что он хочет слышать. Так же, как и любому другому клиенту.