Большой, толстый, уверенный в себе болван, который будет долбить меня всю ночь без остановки и сомнений.
Чтобы его ритм был, как у отбойного молотка, с носящего хлипкие стены моих прошлых иллюзий.
Чтобы утром я вспоминала не его имя, а качество работы.
Потому как зовут член, мне вообще неинтересно!!!
ЭТО ПРОСТО ХУЙ!!!
Зачем мне захламлять мне мой гениальный мозг совершенно ненужной мне информацией???
Значит, логика мне подсказывает правильную идею: мне нужен малолетка.
Не сопливый безусый подросток, конечно.
Примерно 20+.
В самый раз: уже не мальчик, но ещё не обремененный мужской усталостью и философией.
Энергии — на три смены, комплексов — минимум, желания доказать свою состоятельность — через крышу.
Хм…
Мысли прояснились, как после утреннего кофе.
План действий кристаллизовался.
Охота открыта.
Клуб — идеальнейшее место для этого безопасного во всех отношениях сафари. Здесь всё цивилизованно: стерильный отбор на входе, все привиты от чувств, джентльменские соглашения заменяют собой брачные контракты. Легкая добыча здесь не пуглива, она сама выходит на водопой к барным стойкам, мерцая белыми зубами и надеждой в глазах.
Я скинула с плеч последние капли стыда, как ненужную накидку. Поправила платье, чтобы оно сидело именно так, как мне нужно. Мой взгляд стал цепким, оценивающим, безжалостным.
Я ловила мое отражения в темных стеклах, в блеске бокалов, искала того самого — молодого, голодного, с правильным, еще не знающим подвохов взглядом.
Первый глоток воздуха новой свободы был горьким от коньяка. Следующий, я знала, будет пахнуть кожей, потом и дорогим парфюмом с чужого, купленного на эту ночь, тела.
Это будет божественно…
Глава 9
Позвольте прояснить один фундаментальный момент, чтобы не было глупых иллюзий. Я не хочу серьёзных отношений. Мало того — я ещё о-о-очень долго не захочу. В обозримом будущем.
После того кочевого пиздуна, который успел наследить не только в моей постели, но и в доверии ко всему мужскому роду, моя душа взяла академический отпуск.
На неопределенный срок. Пусть отдыхает где-нибудь на Мальдивах, а я пока разберусь с телом.
По этой причине в прайс-лист моего вечера, да и, возможно, ближайших месяцев, идеально, как ключ в замок, входит продажная любовь. Это не поражение. Это — стратегический выбор взрослой женщины, уставшей от халявы, которая всегда оказывается самой дорогой.
Ценник?
О, он абсолютно приемлем. Более того — прозрачен и честен. Никаких скрытых платежей в виде слез, скандалов, разбитой посуды и украденных лет. Оплатил услугу — получил сервис. Утром — взаимное «спасибо» и никаких претензий. Меня этот расклад устраивает больше, чем любое «мы должны поговорить о наших отношениях».
Жиголо из агентства наверху — это не мужчина. Это специалист узкого профиля. Он сделает всё, что я скажу. Хочешь страсть — будет страсть. Хочешь томную нежность — будет томная нежность. За отдельную, разумеется, премию он проявит такое усердие, так выложится на все сто процентов, что любой «бесплатный» мужик покажется инвалидом в постели. И знаете что? В этом есть свои, неоспоримые плюсы.
Масса, я бы сказала.
Потому что бесплатный сыр, как известно, бывает только в мышеловке. А бесплатная любовь — это всегда враньё, долги и черная неблагодарность. Русские придумали любовь, чтобы не платить.
Ни деньгами, ни уважением, ни верностью.
Хитро, что сказать.
Браво предкам.
Благо я не такая.
Я умная.
Я предпочитаю платить. Чётко, по счёту, без скидок на «милую мордашку» или «трудное детство». Платить за качественную работу, за безупречное телодвижение, за ночь, в которую я поверю, что я — богиня.
Наутро мы просто разойдемся, как цивилизованные люди. Он — с деньгами. Я — с отлично проведенным временем, и, самое главное, без обременительных воспоминаний.
Я сделала последний, контрольный, решительный глоток, поставила стопку на бар с таким звонким стуком, будто подписывала контракт. Мой взгляд уверенно поднялся к той самой стеклянной лестнице, ведущей в отдел премиум-забвения. Время закупаться иллюзиями. Пусть они будут — самые дорогие, самые искусные и самые временные. Как и всё в этом мире, кроме, пожалуй, презрения к бывшим.
Любимый мужчина — это, конечно, хорошо.
Это святое, это мечта каждой девочки с куклой Барби.
Вначале — вообще огонь. В животе не просто бабочки, а целый заповедник бабочек-махаонов.
Бабочки в моем животе, прости Господи — это любовь к тебе…
Дурацкие плюшевые мишки. Розовая хрень в духе «ты моя принцесса». Каждый день — романтика уровня «мы случайно встретились у холодильника в одном нижнем белье, какая судьба!». Секс — три, а то и четыре раза в сутки. Тут, конечно, кто на что горазд. Потенциал чуваков на стадии завоевания не знает границ — в ход идут олимпийские резервы выносливости и цирковая гибкость. Словно все они выпускники тайной академии Камасутры.
А потом…
Потом наступает год. В моём личном, так скажем, провальном случае — целых пять. И начинается святое. Бытовуха. Безличные, как серийный номер, поцелуи в щёку. Нелепые, до колик, отмазки, которые становятся мантрой:
«Я устала». «Я устал». «Голова болит». «Не хочу». «Давай завтра».
Завтра, блядь, которое никогда не наступает.
Наступает оно почему-то только для какой-нибудь новенькой сотрудницы или старой подруги, у которой «просто депрессия, надо поддержать».
И вишенка на этом просроченном торте, апогей цирка — эскорт. Денежный вариант того, во что превращается Артём, когда у него появляются лишние деньги. Богатый засранец, который может себе позволить не мучиться угрызениями совести, а просто трахнуть элитную шлюху. Чисто, гигиенично, без последствий. Заплатил — получил качественный товар с гарантией анонимности и без истерик.
Кто-то из кобелей, конечно, ищет бюджетный вариант. Ну, там, заводит «постоянную любовницу». Одну. А то и несколько — тут уж как карта ляжет и какого размера банковский счёт или запас наглости. Потому что удовлетворить левую бабу — это ещё полбеды. А вот одновременно с этим — и жену, которая дома суп помешивает… Это, братцы, надо ещё постараться. Тут уже не Камасутра нужна, а навыки жонглера и врождённый талант патологического вруна.
Так что, дорогие мои, вывод прост, как сифилис у матроса.
Идеальных отношений не существует.
Есть период розовых соплей, который рано или поздно заканчивается.
Дальше — выбор.
Или медленное угасание в быту с редкими, как солнечное затмение, вспышками былой страсти.
Или вот эта вот, голая, циничная арифметика: либо ты платишь за иллюзию деньгами, либо расплачиваешься за неё нервами, временем и кусками собственного достоинства.
Я свой выбор, кажется, сделала — в пользу чека, а не сердечных мук. По крайней мере, от чека не болит голова с утра. Если, конечно, не перебрать с количеством нулей.
Признаюсь честно: к подобному… сервису я раньше никогда не прибегала. Я искренне считала это уделом отчаянных, развращённых или глубоко несчастных блядей. Но, как известно, черта, которую ты никогда не переступишь, — это просто черта, до которой не дошло твоё личное отчаяние. Мое дошло, ещё как.
Зато я много слышала от подруг. Их восторженные шёпоты за бокалом вина складывались в единую картину рая для уставшей от «настоящих мужчин» женщины. Жиголо, оказывается, в этом плане — бесподобны. Послушные, предсказуемые, ухоженные. Как ручные собачки премиум-класса. Дрессированные на одном слове.
— На колени, лизать! — сучечки, шёлковые болонки с кубиками пресса, безукоризненно выполняют команды. Без споров, без усталого вздоха, без вопроса «а давай потом?». Только мгновенное, почти рабское усердие.
Знаете, главное — проститутов не надо жалеть.
Совсем.
Глазки видели, на что подписывались.
Ручки брали аванс.
Всё честно.
