Милена Завойчинская – Тринадцатая невеста. Переиздание (СИ) (страница 9)

— Керсент! — вдруг взревел басом Хилар, заломив две передние лапы и прижав к груди. — Друг мой непутевый, это что же такое делается-то?! Это как же нас с тобой так угораздило?! Конечно, я похороню тебя, что же ты мне раньше не подал знак, не пришел, не рассказал?! Да и не злюсь я, так, немного обижен был. Конечно, я прощаю тебя! — причитал дракон, сидя перед скелетом мага. — Цветочек, я сейчас слетаю принесу еловых лап, а потом мы с тобой будем хоронить моего друга. Жди.

Цветочек — это я. Хилару понравилось, что мое имя — название цветка, и он меня так и называл — Цветочек.

Дракон вернулся с ветками, мы с ним вырыли на склоне горы могилу. Вернее, Хилар рыл острыми когтями землю, а я большим круглым подносом вычерпывала ее из ямы. Потом настелили на дно еловых веток и перенесли скелет мага в могилу. Когда мы аккуратно его уложили, кольцо на пальце-кости мигнуло огоньком. Ужасаясь собственной храбрости, я потянулась к костяной фаланге, чтобы снять украшение. Впрочем, мне даже не пришлось этого делать. Как только моя рука приблизилась, колечко само соскользнуло и упало мне на ладонь. И тут же пальцы второй руки разжались, выпуская кинжал, который я сразу же забрала.

Рассмотрела добычу я уже потом, в пещере, после того как мы закончили похороны и постояли над могилой, отдавая дань скорби и желая освобождения уставшему духу мага. Кинжал оказался небольшого размера, прямой, с обоюдоострым лезвием, покрытым вязью. Посеребренный, с позолоченной рукоятью, в вершину которой вставлен дымчато-голубой камень круглой формы. Красивый, аккуратный и вполне подходящий для девушки. Клинок мне понравился. А кольцо совсем простое: узкий обруч из темного золота, украшенный замысловатыми завитками и вязью, с таким же, как в кинжале, небольшим круглым камушком. Кстати, камень соответствует цвету моих глаз. Они и не серые, и не голубые, а меняющие оттенок в зависимости от освещения и моего настроения. Кольцо подошло на указательный палец правой руки, туда я его и надела. Хотя и непривычно, но оно не мешало. Хилар совершенно спокойно воспринял весть о том, что Керсент завещал свои вещи мне, и не возражал, что я их забираю. Даже сказал, что книги где-то под золотом и скоро я до них доберусь.

Больше мы с Хиларом к теме мага и похорон не возвращались. Я вновь занялась упорядочиванием драгоценностей и байками, а Хилар все так же внимательно меня слушал. Груда сокровищ существенно уменьшилась: оставалось разложить оружие и ювелирные украшения, которым я собиралась посвятить завтрашний день. Примерить, покрасоваться, поперебирать.

— Слушай, все хотела спросить, — вспомнила я неожиданно то, что меня мучило. — Как так получилось, что, когда ты в овраге голову из кустов высунул, она у тебя была совсем прозрачная? Ты еще удивился, что я тебя увидела. А сейчас ты не такой прозрачный, а просто чешуя хрустальная. И еду, которую ты ешь, не видно в животе.

— Обычные драконьи чары, — пожал плечами Хилар. — Я же не дурак высовываться сразу просто так, не прикрывшись магией. Странно, конечно, что ты меня разглядела. Обычно меня никто не видит, пока я не сниму их. Но это даже хорошо, а то бы мы с тобой не познакомились. — Он фыркнул мне в волосы. — Ты вообще странная. Совсем меня не боишься. Керсента вот заметила, точнее, его дух, и тоже не испугалась. Я рад, что мы с тобой подружились.

— И я очень рада, — рассмеялась я. — У меня еще никогда не было друга-дракона. Мы ведь с тобой еще встретимся? Ну, потом, когда ты меня отвезешь в эту императорскую резиденцию.

— А ты хочешь? — Хилар улыбнулся во всю свою зубастую пасть. — Давай, я тебе подарю чешуйку? Тогда ты сможешь меня позвать и я тебя услышу.

— Хочу! Давай! — загорелась я. — А как я тебя должна буду звать?

— Мысленно. Иди сюда, найди у меня на шкуре самую маленькую чешуйку, которая тебе понравится, и выдергивай.

Самые мелкие и аккуратные стекляшки нашлись на животе, оттуда я и выдернула одну. Чешуйка была размером с копеечку, округлая, блестящая и как будто правда сделанная из хрусталя, причем не простого, а Сваровски, так она сверкала. Хилар совсем по-человечески ойкнул, потер это место лапой и стал командовать дальше:

— Так, а теперь прислони ее к себе, а потом закрой глаза. Я на тебя дыхну, чтобы она навсегда слилась с кожей.

— Ого! Ну ты затейник! — Я задумалась, куда же пристроить эту чешуйку.

Подойдя к зеркалу, приложила ее к ямочке у основания шеи между ключицами. Нарядно, похоже на украшение. Посмотрелась, потом приподняла футболку и приложила крошечную пластинку к пупку. Тоже красиво и похоже на пирсинг, который я никогда не решалась сделать. И куда лучше? Я вертела хрусталик так и эдак, прикладывая к разным местам. В итоге Хилар страдальчески закатил глаза:

— Девчонки… Цветочек, прикладывай к животу и поворачивайся, только зажмурься.

— А почему к животу? — тут же вступил в действие мой дух противоречия.

— Чтобы никто не увидел и не задавал лишних вопросов. Давай-давай, не тяни время.

Вздохнув, я послушно прилепила сверкающий хрусталик к пупку и зажмурилась. Меня тут же обдало жаркой волной, от которой побежали мурашки по коже.

— Все, готово, — раздался голос дракона.

Я распахнула глаза и стала трогать чешуйку на своем животе. Но она как будто вросла в тело, став частью меня. И на ощупь была уже не жесткой стекляшкой, а теплой, гибкой, гладкой и мягкой, лишь немного плотнее моей кожи. Чудеса да и только. Закатав футболку повыше, я стала крутиться перед зеркалом.

— Да красивая, красивая, — хохотнул дракон. — Иди уж примеряй остальные украшения, видел я, как ты на них косилась. Разрешаю.

— И-и-и! — взвизгнула я и метнулась к куче побрякушек.

Следующая пара часов прошла ужасно весело. Как сорока, я цепляла на себя по очереди разные ювелирные сокровища и вертелась перед зеркалом, а Хилар подхихикивал, глядя на мой ажиотаж. Видя, как горят мои глаза, и оценив мою любовь к сокровищам, он разрешил выбрать себе в подарок одно украшение. И вот тут я начала страдать. Мне нравилось все. И диадемы, и кольца, и тяжелые колье, и браслеты в каменьях. Хилар посмеивался, но советов не давал, предоставив право выбора мне. А я лишь стенала и откладывала в отдельную кучку то, что мне приглянулось, складывая все остальное в сундук. Вот рассортирую все и выберу потом что-то одно из той кучки, которая мне симпатична. Время летело незаметно. Я копошилась в злате-серебре, дракон, положив голову на лапы, наблюдал за моей возней и слушал мою болтовню.

— Хилар, а расскажи мне об этом мире? Я тебе про Землю уже столько всего рассказала, что даже не знаю, что еще вспомнить и поведать. А вот об этом мире я совсем ничего не знаю.

И хозяин пещеры стал рассказывать. В общем, если вкратце, то получается следующее. Данный мир называется Калахари, это я уже знала. Так же называется главенствующая раса, которая тут живет. Внешне калахари выглядят как обычные люди. Может, повыше ростом, чем средний землянин, и в подавляющем большинстве намного красивее. Отличия были в продолжительности жизни. Обычные представители этой расы живут около тысячи лет, аристократия, имеющая доступ к магическим зельям, имеет возможность продлить срок жизни до трех тысячелетий. Императорская правящая семья практически вечна, если не брать случаи насильственной смерти. В чем заключалась особенность представителей правящего дома, не знал никто: то ли имело место смешение с другой расой, то ли это результат тайного обряда, — но все принимали сей факт как данность. Калахари отличаются от людей формой зрачка — он у них вытянутый, как у кошек и рептилий.

Социальное положение калахари можно определить по прическе. Только мужчины-аристократы имеют право носить длинные волосы. У воинов максимально допустимая длина — до плеч, а простолюдинам дозволена лишь короткая стрижка. Но в противовес этому женщины-аристократки могут делать стрижки по желанию, что совершенно не позволено простолюдинкам.

Определенной моды в этом мире не существует. Так как миры соприкасаются, то аристократы и маги вольно щеголяют в нарядах разных миров. Несколько странновато здесь выглядели кое-какие мои вещи с Земли, но, по словам Хилара, даже это не совсем уж немыслимо. Хоть Земля и относится к Запретным мирам, но некоторые калахари могут путешествовать и туда, а именно — маги и аристократы.

Межмировое перемещение обычных жителей осуществляет Имперская транспортная служба, которой принадлежит автобус, привезший меня с Земли. Но следовать он может лишь по дороге, петляющей между мирами. А внутри мира Калахари передвигаются верхом на лошадях.

Кроме калахари в этом мире обитают и другие разумные расы. Драконы, с представителем которых я уже знакома, люди, небольшое количество дриад, нимф и фей. Определенные территории поделили между собой более многочисленные расы: в горах — гномы и тролли, в степях — орки, в лесах — эльфы. Последние, кстати, не подразделяются на светлых и темных — просто эльфы. Мой вопрос на эту тему Хилара озадачил. Он стал уточнять, с чего вдруг я вообще решила, что эльфы бывают разные. И мне пришлось рассказать все, что я почерпнула из фэнтези. Жили в Калахари и оборотни, но их немного и определенных мест обитания у них нет. Они селятся там, где им удобно, даже в человеческих городах. Существует здесь и нечисть, куда же без нее. Но поведать о ней подробно Хилар не смог, сказав, что нечисть — она и есть нечисть. Мрет от серебра и огня, вылезает по ночам в местах обжитых, в больших количествах водится в заброшенных дальних землях, куда никто из разумных предпочитает не забираться.