Милена Стар – На крючке у босса (страница 3)
Сделав все утренние дела, мы ехали в машине. Кажется, мои глазки светились сексуальной радостью, которую мне подарила эта ночь.
– Тебя домой или на работу? – вдруг спросил Марат.
– Здрасти! – воскликнула я. – У меня выходной, вообще-то! Домой, конечно.
– Чем будешь заниматься? – как-то нехотя, спросил “водитель”.
– А чем может заниматься одинокая женщина с ребенком? – я пожала плечами. – Домашними делами, конечно…
– Ой, ладно! – Марат весело захохотал. – Одинокая женщина может заниматься более интересными вещами.
– Да, но для этого нужен мужчина, – спокойно ответила я. – А у меня в доме его нет…
– А где муж то? – не глядя на меня, спросил Марат.
– Да… – я махнула рукой. – Скажем так, он предпочел воровскую романтику семье.
– Как это? – по-прежнему глядя на дорогу, Марат нахмурился.
– Что непонятного? – я вздохнула. – В полном уме и при полной памяти он подписался на сомнительное дело. Хотел бабок срубить… ну и срубил…
– Ясно. Сидит? – Марат бросил в меня резкий взгляд.
– Да, – на мгновение мой голос стал грустным. – И я считаю, что он предал нас.
– Почему ты так считаешь? – как-то осторожно спросил Марат.
– Потому что он знал, что его могут посадить… – я развела руками. – Он никогда не дорожил нами. Даже имя дочки забывал, представляешь? Дома жрать нечего, а он с пацанами бухает…
– Мда, – Марат понимающе кивнул. – Бывают такие…
Воспоминания о муже всерьез растрогали меня. Напряженно сжимая губы, я смотрела на бордюры и остановки, которые на высокой скорости проносились перед глазами, но вскоре машина остановилась во дворе моего дома, взгляд наполнился благодарностью.
– Спасибо, что подвез… – я коснулась сильного плеча. – Щас бы парила жопу в маршрутке, если бы не ты…
– Это тебе спасибо за волшебную ночь, – любовник положил руку мне на затылок и притянул к себе.
Нежнейший поцелуй начался внезапно. Я тихо простонала, мои губки двигались сами по себе. Марат завелся в считанные секунды. Он буквально дрожал сексуальным волнением, все глубже уходя в поцелуй, ладонь вдруг сжала сиську.
– Перестань, – сквозь поцелуй прошептала я. – Ты возбуждаешь меня.
– Ммм, – как-то самодовольно простонал Марат, продолжая нежный массаж груди.
Наши губки мягко скользили друг по другу, язычки озорно ласкались. Почувствовав, что мою руку насильно тянут к промежности, я капризно простонала.
– Марат, – мой голос дрогнул. – Отпусти меня уже, маньяк! Всю ночь трахал, все мало.
– Да ладно тебе, – хмыкнул искуситель. – Ты такая красавица, что член сразу встает…
– Льстец, – я возобновила поцелуй и стала выковыривать из джинс напряженный пенис. Наконец, он оказался у меня в кулаке.
Не прерывая жаркого поцелуя, я нежно мастурбировала мужчину. Вероятно, почувствовав готовность, Марат откинулся на спинку кресла. Одна его рука нервно вцепилась в руль, вторая легла мне на затылок…
Мой день прошел достаточно банально. Я быстро переоделась и принялась за домашние дела. На протяжении всего дня мое состояние было вполне уравновешенным, но ближе к ночи в памяти всплыло предложение начальника. Напряженные думки целиком захватили голову, ни о чем другом думать не получалось. В конечном итоге было принято решение: трахнуться с ним, чтобы вернуться в родное отделение.
Истерика
Утром, когда я открыла глаза, на часах было почти семь. Мне стало немного страшно, ведь скоро идти к боссу, “сдаваться”. Но для начала надо разбудить дочь.
– Маша! – на всю квартиру крикнула я. – Ты встала? Ответа не последовало.
Мне смертельно хотелось спать, но надо было подниматься. В голове бесконечно мелькали "кадры", как я прихожу к главврачу с согласием. Да, меня уже не пугала мысль о сексе с ним. Больше всего меня пугал сам факт согласия… поражение гордости и чести. Виктория сдалась и проиграла, несмотря на то, что это имя переводится как “победа”. И что конкретно мне делать? Просто сказать, что согласна или добавить “можете делать со мной все, что хотите?”.
Подняв дочь, я направилась в кухню, и вскоре передо мной испарялся ароматный кофе. Мысли о начальнике не покидали голову. Периодически мне представлялось, какой именно сексуальный каприз придется исполнять. За тридцать лет мне не доводилось испытывать такого отчаянного желания изменить свою жизнь. Тем не менее надо было смириться с этим решением, так как других просто не существовало.
Завтрак прошел в тяжелом молчании. Доча лениво ковырялась ложкой в тарелке, но постепенно проснулась, и моргая своими большими глазками, уставилась на меня.
– Мам! – капризно простонала она. – Я больше не хочу.
– Иди одевайся, – я махнула рукой, – в садике покушаешь.
Мне совсем не хотелось спорить и ругаться, сердце сжималось от предвкушения позора, и чем ближе был секс с начальником, тем сильнее колбасило. Мне было сложно понять, чего больше томится внутри: страха или отвращения. Вскоре я была в курилке возле больницы. Мне постоянно казалось, что мозг подсознательно оттягивает момент, который хотелось вовсе удалить из жизни.
Рядом со мной сидела Марта из стоматологии. Она весело смеялась о чем-то, пошло шутила про новенького мед брата, и как обычно, демонстрировала свою озабоченную натуру. Я всегда активно участвовала в этих обсуждениях, потому что люблю сплетни и приколы Марты. Но на тот момент ее разговоры звучали для меня отдаленным эхом, так как мысли находились в другом месте.
Иногда мне казалось, что внутри зарождается острое желание убить босса. Убить и уехать как можно дальше, чтобы не нашли… Мысленно я вытирала окровавленный нож и собирала чемоданы. Разумеется, это все было бредом, но отогнать эти мысли становилось все сложнее. Они буквально поработили мозг.
Марта дождалась, когда в курилке останутся только девочки и начала в интимных деталях рассказывать о своем вчерашнем свидании. А я по-прежнему разрезала жирное тело начальника. Как ни странно, меня ничуть не пугали такие фантазии. Они казались вполне естественными, словно так и должно быть.
Когда девчонки ускакали по рабочим местам, эмоции отчаянно хлынули из моих глаз. Да, мне не удалось сдержать слезы… горячими струйками они скатывались по щекам, в груди все полыхало в приступе отчаянья. Волнение откровенно нарастало, словно в одночасье рухнул весь мир и больше никогда не будет солнца.
Дрожа в истерике, я с трудом подавляла рвотные позывы, которые пришли ко мне по нервной системе. Все это напоминало настоящий психоз. Казалось, что внутри головы поселились незнакомые голоса и душераздирающие крики, уровень истерики становился нестерпимым. Наверно, в эти моменты мой мозг напоминал элементы механизма, который запустили с целью заглушить разум.
В ответ на отчаянные вопли души, которые становились все громче, моя голова стала нагреваться. Я уже не ощущала ее частью своего тела, критическая точка кипения стремительно приближалась ко мне. Но надо было брать себя в руки, ведь впереди ожидал длинный рабочий день.
Моя медсестра уже переоделась, поэтому в ординаторской никого не было. Это нестерпимо радовало меня: присутствие людей раздражало, хотелось уединения. Я тщательно промыла лицо и уставилась в зеркало, откуда на меня смотрела заплаканная, уставшая женщина. Ее губки мелко дрожали, взгляд был диким, словно у загнанного зверя. Ну и как в таком виде показаться перед коллегами? Перед пациентами? Да, такой врач совсем не внушает доверия.
Мне постоянно казалось, что я нахожусь в самом центре жуткого смерча, в который превратилась моя душа, самочувствие напоминало полуобморочное состояние, воля угасала на глазах. Мне хотелось сдаться, принять поражение, лишь бы больше не развивать эту истерику.
По кругу
Ближе к десяти утра я была в кабинете главврача. Кажется, мои щеки покрылись румянцем. Виктор Борисович выглядел необычайно довольным, его лицо откровенно светилось, глаза победоносно горели.
– Очень хорошо, что ты согласна, – кивнул он. – Вечером за тобой такси приедет.
– Ладно, – я вздохнула.
– Хотя… – мужчина задумчиво скривил губы. – Давай сейчас отсосешь и свободна!
– Хорошо, – я молча опустилась на колени.
Пауза становилась томительной. Начальник подошел ко мне вплотную, на ходу расстегивая халат, его рука требовательно легла на затылок. О да! В этот момент слезы отчаяния едва не хлынули из глаз, по всему телу разбежались мурашки, напряжение достигло критического уровня.
Глотая ком в горле, я стала расстегивать ремень на джинсах и ловко спустила их до колен вместе с трусами. Гигантский вялый пенис уныло повис перед моим лицом. Честно говоря, мне никогда не приходилось видеть такие внушительные “инструменты”.
– Давай, – прошептал босс, его пальцы нервно теребили волосы на затылке.
Целиком раскрыв толстую головку, я стала нежно облизывать ее со всех сторон. Безумные вздохи начальника заполнили кабинет. О да! Он с трудом сдерживался, чтобы не трахнуть меня, это было заметно невооруженным глазом. Рука продолжала давить на затылок. Определенно, этот жест означал призыв к минету.
Но я не хотела брать в рот такой толстый хрен, и смочив губки слюной, стала тереться ими об уздечку. Босс вздрогнул, по его телу пробежала судорога, пальцы нервно скомкали мои волосы, а ногти впились в затылок.
– Встань! – вдруг прошептал мужчина.
– Мне раздеваться? – я послушно поднялась на ноги, взгляд наполнился покорностью.