Милена Стар – На крючке у босса (страница 5)

Но помимо стыда внутри затаился непонятный страх, что больше я не достойна быть мамой, не могу прикоснуться к своей девочке, погладить ее, обнять. И это казалось гораздо страшнее стыда, ведь в эти моменты доча была нужна мне как никогда.

Мысленно я извинялась перед ней за сорванную честь. Мне же хотелось воспитать в ней настоящую женскую гордость, чтобы ни при каких обстоятельствах она не теряла честь и никогда не ложилась в постель за выгоду или деньги.

И как теперь учить ее этому, если я сама стала падшей? Конечно, она еще совсем ребенок и ни хрена не понимает, но скоро вырастет. Мама будет твердить ей о женской чести, только забыть о собственном падении точно не сможет. И не важно, сколько пройдет лет.

Нет, возможно, скоро все забудется. Но когда-нибудь настанет день, и я снова почувствую себя падшей. Эту боль не залечить временем, только самообманом. И мне удалось это на все сто процентов: тщеславие, гордыня… я тупо создала вокруг себя иллюзию борьбы и победы.

Шантажист

С самого утра меня вызвал Андрей. Там я узнала, что не все так просто: чтобы перевестись обратно в терапию, необходимо по первому требованию бежать в кабинет главврача и ублажать его.

– Виктор Борисович, – глотая ком начала я, – это не честно…

– Все честно, девочка! – радостно воскликнул начальник. – Надо было раньше соглашаться…

– Я увольняюсь, – мой голос дрогнул, взгляд помрачнел.

– Давай-давай, – Виктор Борисович развел руками. – Тогда я передаю документы в прокуратуру.

– Какие документы, в какую прокуратуру? – я широко раскрыла глаза.

– Ну вот смотри, – Виктор Борисович раскрыл какую-то папку. – Дементьева Виктория Сергеевна… это же ты? – он бросил в меня вопросительный взгляд. – Находясь в состоянии алкогольного опьянения, совершила ряд тяжких преступлений против пациента…

– Я? – мои глаза раскрылись еще шире.

– Ты, Викуся, ты! – весело захохотал босс. – Самое безобидное твое преступление – это разглашение диагноза…

– Если Вы про Силантьева, то у него сифилис, – спокойно ответила я. – Сообщить его партнеру – это выполнение моих прямых врачебных обязанностей.

– На тот момент она уже не была его женой, – мужчина пожал плечами. – Они развелись…

– Но я ведь не знала этого, – в моем голосе послышались плаксивые нотки, уровень отчаяния откровенно зашкаливал.

– И что? – Виктор Борисович усмехнулся. – Можешь мне поверить, я смогу все обыграть так, что одним штрафом ты не отделаешься… хочешь почитать?

– Нет, – я опустила глаза. – В Вашей подлости у меня сомнений нет.

– Не в подлости, а в хитрости! – босс мерзко захохотал. – Да ты не расстраивайся, у тебя пять минут на размышление, успеешь еще все обдумать… и помни: я помогаю тебе благородно, без всякой подлости.

– Ладно, – через вдох произнесла я. – Как долго мне придется терпеть Ваше благородство?

– Об этом я пока не думал, – мужчина закусил губу. – В любом случае твоей дочке вряд ли понравится носить передачки…

– А быть дочерью шлюхи ей понравится? – я обиженно посмотрела на шефа.

– Ну, – он вздохнул, – об этом ребенок ничего не узнает… а вот о преступлениях, которые совершила мама будет знать весь город. Дела то громкие…

– Конкретно сейчас что-то нужно? – мой взгляд стал затравленным.

– Да, – кивнул Виктор Борисович. – Хочу, чтобы ты разделась и встала передо мной, – он довольно откинулся в кресле.

– Ладно, – я мгновенно оказалась возле него.

– Постой! – хмыкнул мужчина. – Не так быстро… раздевайся медленно… всегда заводился от женщин в медицинских халатах…

– Можно подумать, что у женщин-медиков под халатом что-то необычное, – я медленно расстегнула молнию.

– Ммм, – простонал босс, – какая прелесть… подойди ближе…

– Так? – я полностью скинула халат и приблизилась.

– Слушай меня внимательно… – как-то напряженно начал мужчина. – С этого дня ходишь без белья, поняла?

– Виктор Борисович, – мне было тяжело собраться с мыслями. – Я не смогу без белья, у меня грудь будет болеть.

– Ну да, – начальник кивнул. – Такие большие сиськи надо поддерживать… – его взгляд стал насмешливым. – Ну, тогда просто без трусиков.

– И зачем Вам это? – я быстро избавилась от лифчика и трусов.

– Это же чертовски волнительно: знать что одна из врачих гуляет по больнице с голой жопой! – мужчина мерзко захохотал.

Его теплые ладони начали нежно массировать груди. В этих движениях была смесь грубости и нежности. Я закрыла глаза, чтобы не видеть, кто меня лапает. Честно говоря, в этот раз руки главврача были на удивление ласковыми. Они так мягко разминали сиськи, что мое тело стало извиваться само по себе, но недолго: совсем скоро эти самые руки усадили меня в кресло.

– Ты знаешь, что делать… – хмыкнул босс, ладонь неоднозначно легла на затылок.

– Знаю, – мой голос дрожал от волнения. – Не маленькая… – пальчики суетливо расстегнули ширинку и буквально выковыряли на волю крупный висячий член.

– Нравится моя “сосиска”? – Виктор Борисович шепотом засмеялся.

– Угу, – я осторожно взялась за мягкий ствол и стала нежно дразнить головку кончиком языка.

Мужчина запрокинул голову, его дыхание становилось громче, руки нервно лохматили мои волосы. Вялый пенис достаточно быстро превратился в мощный, несгибаемый жезл. Я поспешно взяла его в рот и стала ритмично двигать головой, потихоньку увеличивая скорость. Сильные мужские руки нежно массировали мне плечи, это было неописуемо приятно. Казалось, что с меня снимают всю усталость… На какое-то время мне удалось забыть о шантаже, словно это самый обычный сексуальный контакт по обоюдному согласию.

Да, глупо скрывать, что массаж плеч едва не лишил меня рассудка, блаженство молниеносно распространилось по всему телу, из глубины души наружу рвались тихие, едва слышные стоны. Конечно, мне совсем не хотелось затягивать минет, в голове было лишь одно: довести шефа орально, чтобы он не захотел секса, но этот подонок во время остановил меня.

Словно по команде, я легла на стол и задрала ноги, держа их под коленками, напряженный взгляд устремился в потолок. Шеф долго шелестел презиком, и наконец, приблизился, головка неоднозначно коснулась половых губ.

– Боже, – мужской голос был наполнен искренним восхищением. – Какая писечка… как у девочки.

– Ай! – на мгновение я сморщилась: буквально разрывая внутренности, мощный ствол на всю глубину проскользнул во влагалище.

– Тебе хорошо? – Виктор Борисович усмехнулся и начал двигаться нежно, совсем не так, как в сауне.

– Ага, – пробормотала я, – никогда не чувствовала себя лучше…

В какой-то момент стало казаться, что босс пытается сделать мне приятно, но кайфануть с таким размером было сложно, внутри все полыхало страшным напряжением. Зато шеф балдел от всей души, продолжая засаживать в меня своего гиганта.

– Ох, прямо как девственница! – вдруг послышался насмешливый голос. – Такая узенькая, еле-еле входит.

– Просто у кого-то хер нестандартный, – буркнула я.

Босс вдруг взял меня под коленками и стал набирать скорость. Кажется, моя дырочка немного намокла, подстроилась под размер. Она уже легко принимала в себя горячий ствол. Глядя на мое повиновение, шеф возбудился еще больше, пальцы больнее впились в нежную кожу под коленками. Горячие мужские охи заполнили кабинет, я отвечала такими же вздохами и тихими, едва слышными стонами.

Кажется, мы оба достигли определенного градуса, когда страсть перерастает в предмет физиологического счастья. Начальник дышал все громче. Его движения становились быстрее, огромный член почти полностью выходил из меня и так же стремительно возвращался.

Несмотря на неприязнь, внутри моего живота поселилось невыносимое возбуждение. Голова кружилась фейерверком желаний. Но особый пик впечатления наступил в тот момент, когда шеф кончил…

– А! – закричал он и плотно прижался к моей пульсирующей вагине.

О Боже, как это было сильно! Такого искреннего мужского экстаза я не встречала никогда: мощный пенис чувственно содрогался и напоминал змейку, плотно обтянутую презервативом. Виктор Борисович вздрагивал всем телом, с его губ срывались тихие стоны.

Замешательство

Не желая обсуждать нашу близость, я достаточно быстро покинула кабинет, ноги суетливо несли меня по больничному коридору. В голове смешалось все: унижение, боль и возбуждение, словно все эти чувства стали одним целым.

Внутри буквально закипела ненависть к самой себе за то, что так возбудилась с человеком, который по умолчанию вызывает рвотный рефлекс. Но факт оставался фактом – я чуть не кончила с этим ублюдком и кажется, хотела еще, в душе поселилось замешательство. Вскоре я была в морге.

– Здравствуйте, Виктория Сергеевна! – послышался радостный голос: моя очаровательная медсестричка буквально расцвела в ослепительной улыбке.

– Здравствуй, Оленька… – я кивнула ей.

В целом, это был самый обычный рабочий день, но мою голову разрывали неопределенные мысли. Я постоянно сравнивала Марата с шефом. Мне жутко хотелось обоих: Марат поражал меня своей страстью, грубостью. Шеф – огромным хером и умением им пользоваться.

Я долго заполняла формы, описывая состояние поступивших за сутки трупов… Да, все действительно было обыденно, за исключением моих мыслей.

Когда рабочие вопросы остались позади, я беззаботно шагала по улице. Настроение было неопределенным. Одно могу сказать точно: мне совсем не хотелось идти домой. Душа искренне тянулась к успокоению, только ничего не помогало ей…