Милена Романова – Слёзы Луны (страница 2)
Мать, увидев меня, заметно оживилась, ведь ей никогда не нравились все эти магические штучки, возможно, потому, что у неё совсем не было стихийного дара, так еще и рядом с отцом она постоянно чувствовала себя неловко, будто стыдилась его присутствия рядом со своей почтенной персоной. Поэтому всё её внимание занял я…
– О Боги! Наш дорогой сын пожаловал! А мы уже думали, что ты не появишься…, – укоризненно поджав губы, произнесла она.
– И тебя благослови, Свет матушка! – ответил ей, уже сожалея, что действительно не сбежал. – Ты же знаешь, что я обязан тут присутствовать, или ты опять в плохом расположении духа? Дай угадаю! Оттого, что я сильно занят, и не могу выделить время, чтобы послушать, какую замечательную невесту ты мне опять выбрала? Или отец тебе опять чем-то не угодил?
Бросив на меня недовольный взгляд, она нервно процедила:
– На этот раз тебе не удастся отвертеться. Мы всё уже решили, и нечего так на меня смотреть. Я договорилась о помолвке с её родителями. Ты только посмотри на девочку – вон, в правом нижнем ряду. Она само очарование. Красивая, скромная, так еще и дочь самого советника императора. Такую партию грех упускать!
Я набрал полную грудь воздуха и медленно выдохнул. От еле сдерживаемого гнева магия вырвалась искрами из пальцев. Все вокруг удивленно уставились на меня и даже император вопросительно поднял брови. Я улыбнулся и пожал плечами. В общем, сделал вид, что таким образом восхищаюсь представлением. Хотя готов был испепелить всё вокруг.
– Матушка, я не хочу, чтобы вы вмешивались в мою жизнь и навязывали мне женитьбу, я сам выберу себе невесту, – еле успокоившись, сквозь зубы ответил ей.
– Я тебя знаю, сын, – хмыкнула она, – будь на то твоя воля, и это не произойдет никогда! Но ведь ты уже в таком возрасте, когда Верховный Магистр просто обязан быть женатым! Ты дождешься, когда сам император тебе прикажет это сделать! – гневно сведя брови, выпалила мать.
Я вопросительно посмотрел на отца, но он упорно делал вид, что этот разговор его вообще не касается. Поняв, что мать теперь точно не успокоится, пока меня окончательно не выведет, печально вздохнул и процедил:
– Матушка, давай всё обсудим в более подходящей обстановке, не при всех.
– Хорошо… но только попробуй опять сбежать! – угрожающе предупредила она.
– Не сбегу, обещаю! – сдался я, лишь бы она хоть на время успокоилась.
Глава 2. Семья
Представление завершилось иллюзорным фейерверком и награждением особо отличившихся магов из рук самого императора и Верховного Магистра, как здесь меня называют.
Закончив с обязанностями, я направился через портал в наше родовое имение. Мне опять предстояла утомительная ссора с матерью, оттягивать этот разговор всё равно уже не имело смысла, нужно дать ей понять, что я сам с этим как-нибудь разберусь.
Подойдя к главному входу, нажал на наш фамильный герб феникса с горящими крыльями. Защитная магия дома признала меня, птица ожила и взлетела, двери отворились, пропуская в огромную, богато обставленную гостиную. Чего тут только не было: дорогая мебель, изысканно вырезанные гардины с тяжелыми шторами из редких тканей, закрывающие огромные окна почти от пола до потолка, на стенах из янтарного камня сурелу висели картины самых известных художников, и все это великолепие венчал камин, инкрустированный рубинами, так как ночи в Иберии все же были довольно прохладными. И это лишь малая часть того, чем был заполнен весь дом, но главное богатство мать приберегла для своих покоев: роскошный светящийся фонтан, который был наполнен чистейшей водой. Это поистине являлось настоящей драгоценностью, если учитывать, как мало её было в империи. Вот до такой степени она любила роскошь, и не могла упустить случая, чтобы всем показать величие и изысканность её вкуса. Чего не скажешь об отце. Он ценил сдержанность буквально во всём. И это касалось не только обстановки его кабинета и личных отдельных комнат, но и отношений в семье. Вот и капризы жены он тоже сдержанно терпел, как впрочем и повеления императора. Иногда мне казалось, что он, как та скала, о которую как бы не бились волны и не ярился ветер, будет спокойно стоять и взирать на всех, как на букашек, с высоты своего опыта и силы… Так родители и жили, вроде и вместе, но как с разных миров. Особенно раздражало мать то, что я был так похож на отца. Нет я, конечно, не стригся сильно коротко, аристократу полагается иметь длинные, заплетенные в хвост волосы и не отращивал бороду – мне по рангу не дозволено, а вот характером я был весь в него, поэтому она постоянно пыталась меня изменить, привить любовь к изысканным манерам и прочей ерунде… С этими мыслями я сел в моё любимое кресло у камина, наколдовал себе бутылку Иберийского вина, и приготовился выслушивать очередные нотации. Но, к моему удивлению, ко мне подошёл отец, а не матушка. Его лицо было печальным, а янтарные глаза смотрели вроде и на меня, но как-то отстраненно. Как будто он о чем-то глубоко задумался и это что-то сильно его тревожило.
– Благослови тебя Свет, сын, – сказал он, будто очнувшись, когда подошел к креслу впритык. – Нужно срочно поговорить. Твоя мать нам не помешает.
В руках он держал артефакт полога тишины – миниатюрную статуэтку в виде спящей птицы.
– Зачем тебе артефакт, отец? Я и сам могу защитить нас от прослушивания…, – удивился я.
– Нет, сын, только не пользуйся магией, прошу! – поспешно ответил он и активировал артефакт. – А теперь внимательно слушай, у нас не так много времени. За всплесками твоей магии регулярно следит Совет магов, и при любых подозрительных случаях все сообщают императору. А мне нужно, чтобы об этом разговоре никто не узнал.
Удивленно взглянув на отца, я встал и подошел к камину.
– Не думал, что они следят даже за моими разговорами, – мрачно промолвил я, – продолжай, вижу ты задумал что-то важное, раз решился именно на такой разговор.
Отец налил из моей бутылки себе вина, сел в кресло напротив и продолжил:
– За нами всегда так следили, и в моё время тоже. Пока сила не перешла к тебе, я не мог и слова лишнего сказать, чтобы об этом не узнал император! Весь Совет только для того и существует, чтобы контролировать нас и держать, как псов на привязи, рядом с собой. Наша сила им нужна для защиты от врагов и для контроля союзников. Но эта же сила и самый великий страх императора, потому что может обернуться против него. Поэтому он так рьяно пытается контролировать каждый твой шаг, чтобы вовремя задавить тебя силой Совета. Ты хоть и очень силен, против тридцати магов различных стихий не выстоишь.
– Ты думаешь, я об этом не знаю? Но это все равно не помешает мне найти способ обрести свободу. Ты же видишь – я тут, как дикий зверь в клетке! Нет мне здесь ни спокойствия, ни жизни, ни права выбора, все уже давно решили за меня…
– Знаю, сын, когда-то и я хотел свободы, и брат мой тоже… Но я был скрытным, а он – нет. Как я за него боялся! Просил сдерживаться, страдал за него всей душой, и чем всё закончилось? Он разбился на грифоне, во время соревнований в академии. Ты думаешь, это несчастный случай? Нет, сын! Это император от него избавился, предпочел более спокойного, "ручного пса", – отец горько усмехнулся и отпил вина, поспешно отводя взгляд в сторону.
Я удивился. Впервые он мне открылся с такой стороны, и я увидел его эмоции, как же ему было больно вспоминать прошлое… Но, взяв себя в руки, он продолжил:
– Ты ведь знаешь, что герб императора – Грифон? У главы клана есть сила, чтобы управлять родовым животным. Да, на это нужно много энергии, и не каждому магу такое под силу, но с помощью артефактов-накопителей это возможно. Все знают, что самые мощные из них хранятся у императора. И вспомни, как он тщательно подбирает в свой Совет магов. Они все с ним заодно. Там ты друзей не найдешь, а значит, и свободы тебе не видать.
– Не пойму, отец, почему ты раньше мне всё не рассказал?! – разгневался я. – Почему не доказал, что это было убийство?!
– Сын, ты молодой и горячий, поэтому многого не замечаешь. Чтобы я предъявил в подтверждение своих слов? Всплеск магической силы? Так они там всю остаточную магию убрали. А то, что император может управлять грифонами, знают только советники и его семья. Ты думаешь, они пойдут против него и расскажут правду? А бездоказательственные обвинения императора – это верная смерть, в нашем же случае – клетка. Тебе я не говорил, оберегая от необдуманных поступков и слов. Брата не уберег, а тебя смог! Император бы уничтожил тебя до перехода силы! А я жил только мечтой, что наш род возродится, как феникс из пепла… Сеней, время пришло. Я, наконец, нашел выход из этой ловушки. Ты сделаешь то, что я не смог, – с этими словами он достал из кармана своего сюртука старый потрепанный пергамент. – Вот, прочти, – сказал он и отдал мне его в руки. Я аккуратно развернул ветхую бумагу и начал читать:
"