Милен Сарто – Восход тьмы (страница 13)

«Кажется, у меня обморожение…» — подумала Амалия, когда взглянула на посиневшие руки.

Амалия долго целилась в деревянную стойку, прежде чем закрыла глаза, ослабила тетиву и опустила лук. На глазах были слезы от стыда.

– Что не так? – подняв вопросительно бровь, уточнил отец. – Почему не стреляешь? – Пирит присел перед Амалией на корточки, внимательно глядя на нее внезапно потускневшим взглядом. – Жемчужина, что случилось? Тебе где-то больно?

– Я… – девочка почти справилась с непрошенными, закипающими в глазах слезами, но от его заботливых слов… от них все стало только хуже. Сдерживаемую плотину слез прорвало, и они покатились по щекам. – Я не могу… Не хочу… Не хочу ни в кого стрелять! Не хочу учиться убивать!

Пирит взял Амалию за руки, аккуратно поглаживая их. Его ладони были такими же холодными, как и у нее, но он уже давно не обращал на это внимание. Разница была лишь в том, что кончики его пальцев стали почти черными. И становились все темнее и темнее с каждым его уходом в лес.

– Милая… Это необходимо, потому что… – Пирит старался аккуратно подобрать слова, чтобы поддержать дочь, но внезапно он перестал говорить… Амалии даже не потребовалось поворачиваться, чтобы понять, что происходит: в пространстве открылся портал… Он звал его. Пирит повернулся обратно к дочери, чтобы сказать что-то еще, но… у него уже не получалось: все слова мгновенно вылетели из головы. Он глубоко и печально вздохнул. Отряхнув колени от снега, встал и, поцеловав Амалию в макушку, быстро ушел.

Девочка много раз наблюдала за тем, как Пирит уходит за линию горизонта. Портал, похожий на кусок темнеющей материи, притягивал ее взгляд. Что было в той тьме? Куда стал уходить ее отец? Почему с каждым разом после возвращения из портала его руки становились все темнее и темнее, а аромат крови чувствовался все больше и больше?

Несмотря на то, что Пирит не договорил своей фразы, Амалия прекрасно знала, что он имел ввиду:

«Это необходимо, потому Он ищет тебя. Амалия, тебе необходимо уметь защищать себя, чтобы справиться с теми, от кого я не смогу тебя уберечь. Я делал все, чтобы спрятать тебя, защитить от всевидящего взора, но это не помогло. Теперь ты должна стараться втрое больше обычного, чем я когда-то, чтобы научиться спасать себя самой».

Как бы Амалия ни старалась выяснить у Пирита о том, кто же такой Он и почему ее ищут, мужчина не объяснял… Девочка могла только догадываться о том, с кем ей предстоит сразиться, если это будет необходимо.

– Было бы проще, расскажи он всю правду… Тогда я могла хотя бы приготовиться. Морально, – прошептала Амалия, выдыхая морозный пар. Она взяла под руку лук и колчан со стрелами и направилась в дом.

Глава 7. Львирет

Магия делится на два вида: магия Первоначал и магия Первоэлементов.

К магии первоэлементов относятся стихийные материи, которые способны воспроизводить Первые Боги и их потомки. Первоначалом же являются лишь две материи: темная (она же Ночь) и светлая (она же Эфир). Разница между ними колоссальная, но самой главной особенностью и различием является тот факт, что магия Первоэлементов заложена в крови от рождения. Магию Первоначала необходимо же заслужить.

НАСТОЯЩЕЕ.

Континент Фаервил. Порт Ардаль

Цикл 9777 от Прихода Первых, лье 143.

Фаервильский говор окружал девушку со всех сторон. Раньше Амалия слышала его только от Обсидиана, и очень давно.

– Вроде королевство одно, а язык как будто совсем другой… – удивленно прошептала она, вслушиваясь в мягкие голоса окружающих. Южный акцент напоминал тихое шуршание песка или шелест листьев. Фаервильцы с бронзовой кожей как будто шептали молитвы, не прерываясь ни на мгновение.

– Ничего, ты привыкнешь, – подтолкнул ее вперед Обсидиан, отгоняя от девушки торговцев, словно назойливых чаек. – Но приготовься к тому, что твоя речь для многих будет казаться очень грубой. Словно ты хочешь зарубить их топором. – После этих слов, на которые Амалия как раз хотела ответить грубостью, Обсидиан начал искать взглядом Мая. Она надулась, словно лягушка, сдерживая порыв злобы.

– Теперь я знаю одно. Я ненавижу корабли… – проговорил Май, который из-за морской болезни был бледен и плохо себя чувствовал. Он еле шел. – Мне срочно нужно воды…

– Если бы ты хоть иногда выходил из каюты, то смог бы привыкнуть к плаванию, – заметил Обсидиан и подхватил шатающегося брата под локоть. Золотые глаза быстро осмотрели площадь, пытаясь найти что-то, известное только им.

Пока братья разговаривали, Амалия удивленно рассматривала Львирет. Здесь было так тепло и солнечно, она прикрыла глаза рукой. Небольшие домики приморского города были сделаны из желтого и оранжевого кирпича. Точно такого же цвета была и дорога под ногами. Между домами тянулись веревки, на которых сушилась одежда.

– Как же красиво! – прошептала Амалия, рассматривая вьющиеся то там, то здесь вдоль дороги растения. Вьюнки прорастали между кирпичей, проникая в каждую трещинку. На окнах домов стояли вазы с цветами, клумбы с магнолией и гибискусом украшали улицу.

Вся площадь была увешана разноцветными флажками и бумажными фонариками. От такого буйства красок у Амалии зарябило в глазах.

– Так нарядно. Здесь какой-то праздник? – обратилась девушка к Обсидиану. Он плавно обходил толпу, продолжая идти вперед. Его лицо было непривычно напряженным.

– М-м-м… – он внимательно посмотрел по сторонам. – Видимо, да. Насколько я помню, в это время празднуется Лир Альтем. У вас в Фроузвиле такого не было?

– Нет, – Амалия отрицательно покачала головой, уворачиваясь от проходящих мимо лошадей. – А что это значит?

– Это лье, когда Солнце находится на небе столько времени, сколько и Луна. Проще говоря, это равнольенствие. В Фаервиле очень любят всевозможные праздники, поэтому… – он недовольно оглянулся по сторонам, подыскивая слова. – Ну, сама видишь.

– О, а ты что, не любишь их? – с детской непосредственностью уточнила Амалия, рассматривая протянутые кем-то фрукты.

Вместо ответа Обсидиан смерил девушку таким взглядом, от которого у нее отпали все вопросы.

– Точно, ты же такой серьезный! – Амалия насмешливо стукнула его кулачком в плечо. – И как это я могла такое забыть, а?

– Долго еще будешь напоминать об этом? – он недовольно закатил глаза.

– Конечно. А ты думал, все так просто?

Многочисленные торговцы окружали их со всех сторон. В воздухе пахло рыбой, соленым морем и зеленью. Фаервильцы активно вели торговлю, предлагая десятки самых разных вещей: плюшки, изысканные ракушки, необычные жемчужины и даже изделия из водорослей. Одна из златокожих торговок подошла к Амалии вплотную и, не спрашивая ее, сразу же начала что-то предлагать:

– Красавийца, это ожерелье из пьерламутрового жемчуга подходит к твоим глазам! – она достала из своей коробочки бусы и взяла Амалию за руку, чтобы быстро впихнуть ей товар.

– Спасибо, не надо, – ответила ей та и попыталась ускорить шаг. Ей стало некомфортно от чужих прикосновений. Солнечный свет и жара давили со всех сторон. Стало душно и страшно. Но торговка не отставала от нее.

– О, вьижу по говору, ты не местная! Тогда тьем более! Ну же, бери-бери! – Она приблизилась к Амалии настолько близко, что можно было заметить каждую морщинку на ее смуглом лице. От нее несло протухшей рыбой и потом.

– Пожалуйста, отпустите меня. Мне ничего не нужно! – Амалия стала оглядываться по сторонам в поисках помощи. Но на рынке были сотни товаров, а продавцы так активно двигались, что весь мир завертелся перед ней в каком-то неостановимом вихре. Девушку замутило.

– Бери я скьязала! Сделаю скидку за твои красьивые глазки! Мнього не возьму! – слюна изо рта назойливой жительницы Львирета попадала Амалии на лицо.

Обсидиан возник между ними внезапно. Амалия смогла выдохнуть со спокойствием: запах сырой рыбы и пота сменил привычный запах терпкой вишни.

– Отстань от девушки, – прошипел кронпринц. Его голос стали жестким, холодным и каким-то… гипнотическим. Амалия заметила, что на лице торговки внезапно появилась гримаса страха и ужаса. Женщина не могла оторвать остекленевший взгляд от Обсидиана и внезапно выронила на землю ожерелье. Жемчужинки разлетелись во все стороны. Кронпринц наклонился и поднял украшение, чтобы отдать его поскорее торговке.

– К-к-конечно… Извинитье! – пролепетала торговка, быстро выхватив ожерелье из рук Обсидиана и скрывшись среди толпы.

– Кракена мне в бухту! У нее такое лицо было, словно она какого-то беса увидела! – ахнула восторженно Амалия, сделав глубокий вздох. Удушающая обстановка наконец-то рассеялась.

– Глупости, – уголки губ Обсидиана приподнялись. Он аккуратно взял кисть девушка, рассматривая ее. – Ты как? В порядке? Она не сделала тебе больно?

– Все хорошо, спасибо, – Амалия благодарно улыбнулась. – Просто не люблю, когда меня…

– Касаются незнакомцы, – закончил за нее Обсидиан. Амалия ненадолго обомлела от этого. Ее щеки стали пунцовыми. – Прости, я знаю, ты не привыкла к толпе и жаре, но иначе попасть в королевство не получится. Я хочу скорее зайти в ближайшую таверну, чтобы переждать зной. Ну, и помочь Маю прийти в себя после морской болезни.

Амалия кивнула, и они зашагали по улицам еще быстрее, пока не зашли в заведение под названием «Жемчужина южного острова». В таверне, несмотря на жаркую погоду снаружи, горел камин. Май, привыкший к огню, внимательно наблюдал за мерцающим пламенем. Он пил воду с лимоном, с каждым новым глотком чувствуя, как ему становится все лучше и лучше. Сидящая рядом с ним Амалия легонько коснулась плеча: