Милдред Эбботт – Запутанные крошки (страница 10)
Неудивительно.
Итак, у Карлы был мотив. Вполне возможно, что мы имеем дело с местью, а это блюдо, которое, как всем известно, подают холодным.
Я посмотрела на маму:
– У Карлы только вчера были роды. Сколько обычно человеку нужно времени, чтобы восстановиться?
Близнецы, сидящие в другом конце стола, рассмеялись и не дали маме ответить.
– Ты что, шутишь? – Это была Зельда. – Ты думаешь, что Карла в ее ужасном состоянии, переносив ребенка на несколько дней, родила и меньше чем через полдня была уже в состоянии взять пистолет, проникнуть в твой магазин и убить Сэмми за то, что она совершила несколько лет назад?
Блондинка Верона покачала головой. Цвет волос был единственным, по чему можно было различить близняшек.
– Это исключено. Я, конечно, вообще не знакома с Карлой, но уверена, что пройдет добрые две недели, прежде чем она вылезет из постели. Да муж свяжет ее по рукам и ногам. Если она и планировала убить Сэмми, то точно не сейчас.
Да, я сказала это по глупости, а теперь была разочарована. Понадеялась, что это дело будет легко распутать. Я действительно считала, что лучше полиции справляюсь с расследованием убийств, но это не так. Хотела обойтись одним подозреваемым? Едва ли. Особенно таким маловероятным. Если Карла и собиралась убить Сэмми, она бы уже давным-давно это сделала. Она определенно не стала бы совершать убийство спустя несколько часов после родов.
– Вы правы. Простите. Мне кажется, у меня уже мозги сплавились – просто слишком много всего сразу навалилось. – Это правда было так. Мне казалось, что я вообще ничего не соображаю. – Сначала сестры Гарбл, которые хотят купить мой магазин и снова напоминают об Агате и Луизе, а потом утром я прихожу в магазин и нахожу труп Кэ-э… Сэмми почти на том же месте, где убили Агату. Конечно, Карла не могла этого сделать.
Обе пары близнецов выпрямились и посмотрели на меня. Однако заговорил Барри:
– Я не слышал, что какие-то Гарбл приехали в город. Должно быть, магазины сладостей перешли им по наследству?
Я кивнула:
– Да, а еще они хотят выкупить «Милого корги».
– Пап! Мы должны поговорить с ними! – Верона взяла отца за руку. – Сейчас самое время. Мы с Зельдой смогли бы открыть свой магазин, а Джон и Ноа – свой. – Она просияла и обратилась ко мне: – Ты представляешь? Мы с одной стороны, а парни – с другой. Это будет замечательно!
Я любила близняшек, и близнецов тоже, и племянников с племянницами, правда. Теперь я искренне считала их своей семьей, а не просто сводными родственниками. Но, посмотрев на сияющие выражения всех четырех лиц, я внезапно подумала, не будет ли легче иметь дело с Региной и Пенелопой Гарбл, чем с ними.
Глава 6
Так как полиция решила похозяйничать в «Милом корги» еще один день, я подумала, что мы с Кэти могли бы пока поискать еще какие-то зацепки и добавить в список подозреваемых кого-то, кроме Карлы. Однако проснувшись на следующее утро, я увидела в телефоне голосовое сообщение от Кэти. Оказалось, что Карла еще не отошла от родов и не может показываться в «Черном медведе». А зная, что книжный и пекарня закрыты, она позвонила Кэти и от отчаяния попросила заменить ее. Так что в тот день Кэти вернулась на свою старую работу.
Мне пришлось прослушать сообщение три раза, чтобы наконец поверить собственным ушам. Я все ждала, что Кэти в конце засмеется. Я думала, что если Карле будет совсем плохо, она просто закроет кофейню. Возможно, ее смягчило материнство или тот факт, что женщину, которую она ненавидела, убили несколько часов назад. А может, это просто уловка, чтобы показаться невинной овечкой. Я постаралась не брать это в голову. Близняшки были правы. Бессмысленно записывать Карлу в виноватые. Ладно, правы были не только близняшки. Казалось, только я зациклилась на идее, что Карла – возможная подозреваемая. Но, конечно, она ей не являлась.
По пути в город мы с Ватсоном заскочили в «Черного медведя» – чтобы увидеться с Кэти и взять мою утреннюю порцию чая-латте. Как и всегда, мы с Ватсоном съели одну булочку на двоих. Булка с пеканом и кленовым сиропом оказалась такой же сухой, как и все остальные, что я тут пробовала. Потянувшись за шоколадным маффином, я взглянула на Кэти. Она покачала головой и предложила другой вариант ради спасения моих зубов.
Я не знала, куда меня может завести мое расследование, но знала, куда зайду для начала. Если кто-то и был в курсе последних сплетен о Сэмми, то это мои дядюшки – владельцы антикварной лавки «Викторианские трофеи». Или Анна и Карл, у которых был элитный магазин мебели и аксессуаров под названием «Хижина и очаг».
Так как мои дядюшки пропустили вчерашний семейный ужин, то к ним я решила направиться в первую очередь.
Мы с Ватсоном шли к ним из одного конца города в другой, и я вспомнила то время, когда только переехала сюда. На земле и на крышах очаровательных магазинчиков лежал свежевыпавший снег. Разбросанные по обеим сторонам дороги магазины, выполненные в стиле деревенского горного шика 1960-х годов, и бревенчатые домики контрастировали с заснеженными скалистыми горами, окружавшими Эстес-Парк. Он представлялся мне прекрасным городком, где я буду беспокоиться лишь о запасах горячего шоколада. Именно о такой жизни я и мечтала. Никогда бы не подумала, что чаще всего буду прогуливаться по улочкам города ради того, чтобы разузнавать свеженькие сплетни об убийствах.
Я уже переступила порог «Викторианских трофеев» и открыла было рот, чтобы поздороваться с дядюшками, но меня перебили озлобленные голоса:
– Вот всегда ты от всего отказываешься! Нет, давай не поедем в Диснейленд. Нет, мы не можем купить розовый «феррари». Нет, мы не можем выпить по бокалу шампанского, потому что мы пьем метамуцил… – Голос Персиваля доносился откуда-то из недр антикварного магазина. Он был единственным братом моей мамы, но иногда я сомневалась в этом. Они слишком разные. – Ты никогда не рискуешь. Никогда не идешь на авантюры!
Глубокий голос Гэри контрастировал с голосом его мужа: у Персиваля он был истеричным, а у Гэри – протяжным, медленным.
– Мы ездили в Диснейленд пятнадцать лет назад, и тебе было плохо на каждом аттракционе. Я слишком высокий, чтобы комфортно расположиться в «феррари», а без метамуцила ты становишься раздражительным. – Гэри появился из-за угла большой дубовой витрины, но не заметил нас с Ватсоном. – Кстати говоря, вчера вечером, когда мы приехали с шоу, ты не забыл выпить свою таблетку? Это бы многое объяснило. А что касается рисков, так сделай карьеру футболиста, бегая по полю с одиннадцатью огромными мужчинами, готовыми завалить тебя на землю. Вот тогда и поговорим.
– Ах, конечно! Давай расскажи мне о всех тех мужиках, что бегали за тобой, что же ты? – показался Персиваль, размахивая руками. – И что с того, если я забыл принять метамуцил? Все в твоей голове. И вообще, я тут подумал, наверно, брошу их… – Он выпучил глаза, увидев меня: – Ой, Фред! Дорогая! Так рад тебе.
Гэри повернулся и тяжело выдохнул. Он выглядел абсолютно опустошенным. Персиваль же, наоборот, нисколько не смутился. Он подлетел ко мне и крепко обнял:
– Ты как раз вовремя. Хоть ты объясни Гэри, как он отстал от жизни.
Он разорвал объятия, затем опустил свое высокое долговязое тело на колени перед Ватсоном, а тот тихонько зарычал и попятился назад. Оскорбленный таким отношением, Персиваль посмотрел на меня:
– Такое ощущение, что твоя собака постоянно находится в секунде от того, чтобы совершить преступление на почве ненависти.
Гэри, который все это время стоял с опущенным взглядом, присел на колени рядом с Персивалем. Он двигался медленно и осторожно. Когда впервые видишь его огромную фигуру бывшего футболиста, можно подумать, что двигаться он будет соответственно, но нет. Ватсон не терял голову от любви к Гэри, как это было с Барри или Лео, но хотя бы позволил ему потрепать себя за шерстку.
– Фред тысячу раз говорила тебе, что с Ватсоном нужно быть аккуратнее. Он такой привередливый… – Гэри улыбнулся и подмигнул мне, явно повеселев. – Прямо как его дядюшка.
Персиваль цокнул языком и поднялся с колен, затем взял меня под руку:
– Ладно, проехали. Фред, извини, что мы не пришли вчера на семейный ужин. Я очень благодарен тебе, что ты разрешила нам после всего случившегося вчера пойти в кино. Мы купили билеты на «Чумовые боты» в Денвере несколько месяцев назад. К тому же, должно быть, тебе уже скучно постоянно находить трупы.
Я приготовилась начать свой рассказ, но Персиваль подвел меня к прилавку и вручил мне флаер. Там была куча фотографий мебели и посуды.
– Кстати, я хочу, чтобы ты вправила мозги моему мужу-упрямцу. Казалось бы, после стольких лет вместе он должен знать меня достаточно, чтобы иногда позволять мне победить, но нет же, он становится все упрямее и упрямее. Ему уже за семьдесят, а я все еще жду, когда у него начнется остеопороз, чтобы я смог выигрывать в споре хоть изредка.
Я засмеялась. Начать именно отсюда было правильным решением. Персиваль был чудной, но они с Гэри определенно украшали мою жизнь.
Я вернула ему флаер:
– Что это?
– Старик Бентли умер на прошлой неделе. Его родственники проводят распродажу. Мне кажется, мы можем сделать им хорошее предложение сразу на все. Купить все разом… – Он открыл флаер и показал фотографию тарелки с цветочным мотивом: – Только одна эта вещь стоит сотен пять или шесть. Кто знает, какие там еще сокровища.