Милдред Эбботт – Хрустящие печенюшки (страница 24)

– Ходят слухи, что вы подозреваете Карлу в убийстве Юстаса. Не могу осуждать ее – он относился к бедняжке так же ужасно, как и ко всем остальным. Он считал Карлу неподходящей партией для своего сына. Как не посчитал бы достойной носить фамилию Бейкер ни одну другую девушку. Никто в городе не поверил, когда Джонатан Бейкер, всю жизнь проявлявший себя как слабовольный, бесхребетный человек, бросил вызов своим родителям и женился на дочке Уайтов. Уайты всегда принадлежали к нижнему классу. – Анна махнула рукой, останавливая меня, как будто я хотела перебить ее. Глупо, но я это и так знала. – Конечно, мы так не считали.

По правде говоря, Долана была самым милым человеком на свете. Она была бабушкой Карлы. Хотя она была не совсем Уайт – вошла в эту семью прямо как Джонатан. Но она была очень хорошей. И я думаю, что Гарольд тоже неплохой человек… – И, как бы подтверждая свою репутацию звезды в мире сплетен, Анна, не переводя духа, продолжала и продолжала говорить: – Однако семья Доланы стояла не намного выше по социальной лестнице, чем Уайты, так что их брак не стал таким скандальным. Но Джонатан Бейкер… – Она цокнула. – Да, это случилось еще до того, как вы переехали к нам в город, но просто поверьте мне, разразился настоящий скандал. Как будто он принц, который женился на бедной девушке. И даже не думайте, что Юстас Бейкер мог позволить Карле забыть о прежнем положении. Если бы я была на ее месте, я бы уже давно запихнула вредному старику в глотку эти пересушенные булочки, заткнула ему рот и нос и придушила его.

Кажется, слух про яд еще не стал достоянием общественности.

– Я бы тоже. – Карл решил присоединиться к нашему разговору. – Возьмите хоть нас для примера. Мы не в восторге от нашего зятя. Он вроде Гарольда. В нем ничего особенно плохого нет, он просто неинтересный человек. Но наша дочь любит его, и этого достаточно. Мы бы никогда не стали относиться к нему как к простому рабочему. Даже если он такой и есть.

Когда наконец повисла пауза, я осмелилась вставить свое слово:

– Я тоже слышала такую сплетню, что я подозреваю Карлу. Но на самом деле это не так.

– Ох! – одновременно вздохнули Анна и Карл, у обеих на лицах появилось выражение разочарования.

Анна справилась с замешательством быстрее мужа:

– Ну, с Юстасом у вас не будет недостатка в подозреваемых.

Мне понравилась эта мысль, ведь я хотела вычислить убийцу.

– А что вы можете сказать про Салли Эпл? Я видела ее всего один раз, и она показалась мне довольно… – я хотела сгладить углы, но вспомнила, с кем разговаривала, – злой. Она отвратительно отнеслась к тому несчастному баристе, Нику. Мне кажется, он ее ученик, а она унизила его на глазах у всей кофейни.

И снова, словно бы у Анны и Карла был один разум на двоих, они одновременно выпрямились, выпучив глаза, посмотрели друг на друга и кивнули.

– Что? – Я подумала, что ляпнула что-то не то.

– Вот и ваш подозреваемый. Это интересно. – Анна одобрительно улыбнулась. – А вы смышленая.

Карл похлопал меня по плечу:

– Наверное, тело Салли еще не успело остыть, а вы уже разоблачили ее убийцу.

Возможно, я отшибла себе мозг, но мне понадобилось немало времени, чтобы сообразить что к чему.

– Ник? Вы думаете, это сделал Ник?

Парень, конечно, мог быть подозреваемым, но я просто не представляла себе, как бы он решился на такое. Однако Карл и Анна были убеждены в его вине. Я напомнила себе, что еще минуту назад они были уверены, что преступление совершила Карла.

– Ну конечно же это сделал он. – Анна закатила глаза, словно это было само собой разумеющимся. – Потому что из-за Салли Ник не окончит школу вовремя. Ему придется учиться дольше своего брата-близнеца. – Она погрустнела, тон ее стал более искренним. – Парням пришлось нелегко. Они кажутся милыми, хотя странными и немного робкими, но близнецы часто именно такие. – Анна замолчала и похлопала меня по руке. – Да кому я рассказываю? Вы и сами все прекрасно знаете. Взять хоть ваших сводных сестер и их мужей. Но все же мое сердце болит оттого, что Ник не сможет выпуститься вместе с Беном. Это несправедливо.

– Ну, думаю, теперь Салли жалеет о своем выборе. Не так ли? – Карл поддержал жену.

– Ты прав. – Анна закивала и сложила руки в знак уважения к умершей.

Я была потрясена. Но не зря же говорят, что в тихом омуте черти водятся. А у Ника была возможность провернуть это оба раза. К тому же я могла представить, как Юстас относился к парню. И для убийства Салли Эпл у него тоже был мотив – она постоянно унижала Ника в школе.

Я снова вспомнила, кем были мои собеседники, и мне нужно было доходчиво объяснить этим сплетникам, что я думала по поводу Ника, иначе к завтрашнему утру слухи о том, что Уинифред Пейдж обвиняет баристу в убийстве, разойдутся по всему городу.

– Думаю, он может быть подозреваемым, но я ни в чем не уверена. Как вы сказали, у многих людей были причины ненавидеть Юстаса Бейкера. И кажется, то же самое относится к Салли.

– Да, это правда. Абсолютная правда. – Карл почесал тыльную сторону ладони. – О ней идет дурная слава, а уж скольких учащихся она обидела за все эти годы. А ведь еще есть их семьи.

– Ты прав! – Анна похлопала Карла по руке. – Что снова наводит нас на Карлу. Салли и ее учила. Может быть, месть – блюдо, которое подают холодным. И сухим.

– Возможно. – Карл был уже не так уверен. – Но как я сказал, список недоброжелателей огромный. Салли была ходячим кошмаром для сына Алисы; она часто жаловалась в птичьем клубе. А вспомни Одессу. Она была лучшей ученицей школы, пока ее класс не взяла Салли. Я думал, что Афина прибьет ее за это. Ох, ох! – Карл взволнованно взмахнул обеими руками. – А помнишь, что она сделала с Декланом Диамантом в его последний год в школе? – Он неожиданно нахмурил брови. – Ой, не бери в голову. Думаю, он не может быть подозреваемым. Он умер.

Мое сердце замерло, я медленно наклонилась и положила ладонь на руку Карла, как раз на ту, по которой мгновение назад хлопнула Анна.

– Вы сказали Афина? Афина Роуз?

Карл кивнул.

Анна продолжила историю:

– Одесса – внучка Афины. Умница, роскошная девушка. Сейчас она звезда на Бродвее. Но Салли Эпл не любила ее. – Анна наклонилась к моему уху и зашептала, хоть поблизости никого не было, только припаркованные машины. – Все думали, это все потому, что Салли не хотела, чтобы чернокожая девочка была первой ученицей в школе. – Она немного отпрянула от меня, бросив злой взгляд, а затем заговорила обычным голосом: – Как бы Одесса ни выполняла задания, Салли ставила ей плохие оценки. Всегда. Афина жаловалась директору, угрожала подать на учительницу в суд, но Салли и Юстас сделали свой ход. Люди, входящие в городской совет, могут многое решать. Руки директора школы были связаны – он держался за свое место.

Еще одна бомба.

– Салли входила в городской совет?

Супруги кивнули. В этот момент глаза Карла засияли – ему пришла в голову новая идея.

– Уже нет. Я даже не подумал об этом, но теперь есть два свободных места. Может быть, настало время Карлу Хансону стать одним из руководителей города.

– А почему не я? – Анна по-настоящему обиделась, казалось, ей хотелось огреть Карла по голове, и совсем не игриво.

– Погодите. – Я дотронулась до обоих. – Есть два места. Может быть, вы оба можете стать новой властью.

Супруги, задумавшись, расслабились. Кризис миновал. Но мое предложение вызвало у них волну грез. И следующие двадцать минут меня просвещали на тему, как изменится город, если Анна и Карл войдут в городской совет.

Время от времени я оборачивалась на Ватсона и завидовала его сладкому сну. Я пропустила мимо ушей большую часть того, что говорили Анна и Карл. Я была слишком взволнована новыми подробностями. Возможно, я слишком быстро сбросила Афину со счетов. Или, может быть, Анна и Карл были не единственными людьми, которые считали, что в городе пришло время сменить власть. Возможно, Юстаса и Салли убили не потому, что они были подлыми людьми, а потому, что они занимали места в городском совете, а кому-то очень хотелось войти в его состав.

Глава 14

– Думаешь, кто-то расчищает себе дорогу в городской совет? – спросила Кэти, не отвлекаясь от своих утренних занятий.

Мы открылись примерно полчаса назад, и я поднялась к подруге наверх, чтобы пересказать вчерашний разговор с Карлом и Анной.

– Не исключено.

Я сделала глоток чая-латте, который Кэти уже успела приготовить для меня, и как могла игнорировала Ватсона, смотрящего с мольбой во взгляде то на меня, то на корзину с булочками. Я и себе не разрешила никаких вкусняшек – достаточно было вчерашнего мороженого, – хотя запах Кэтиной выпечки сводил меня с ума.

– Если ты права… – Размышления Кэти прервал звон таймера. Она выключила духовку и достала из нее противень с шоколадными круассанами. А потом продолжила: – Если все дело в городском совете, то что это означает? Что в списке убийц еще три человека?

– Четыре. Вроде бы там шесть членов. Но, возможно, их убивает один из членов совета. Хочет продвинуться по служебной лестнице или вершит возмездие.

Кэти задумалась, ставя следующий противень с выпечкой в духовку.

– Голосую за то, что убийца входит в городской совет. Конечно, я не знаю всех его членов лично, но из того, что я слышала, могу сделать вывод, что они доставили неприятности многим людям. Если ты не в числе их любимчиков, тебе не дадут спокойно открыть бизнес в городе.