Милана Усманова – Развод. Я сделаю это ради себя (страница 7)

Я пожала плечами, не понимая, к чему он клонит.

– Думаешь, я идиот слепошарый? – он поднял голову, посмотрел мне в глаза. – Не заметил, что происходит?

– О чём ты?

– О том, – он откинулся на спинку дивана, – что ты похудела. Сильно похудела. На сколько? На двадцать килограммов?

– На восемнадцать, – машинально ответила я.

– Во-от, – протянул он. – Восемнадцать. Почти двадцать. За короткий срок! Сначала я думал, это из-за твоей болезни женской, но нет же… Джинсы в облипку, волосы по-другому укладываешь, красишь губы, подводишь глаза. Ты похорошела, Анна. Очень похорошела.

Я не знала, что ответить на эту… похвалу? Или обвинение?

– Тима, я ничего не понимаю, о чём ты вообще?

– О том, – он резко наклонился вперёд, я аж вздрогнула от неожиданности, и прошептал злой змеёй: – что ты завела любовника.

У меня перехватило дыхание. Несколько секунд я просто смотрела на него, не веря собственным ушам.

– Что?!

– Не ври мне! – он повысил голос, ударив ладонью по подлокотнику. – Ради кого ты это всё делаешь?! Ради кого худеешь, красишься, наряжаешься?! Для меня?! Не смеши! Ты на меня последние месяцы смотришь как на… как на врага! Как на чужого человека!

– Тимур, ты о чём вообще?! Какой любовник?! Я с утра до вечера с детьми, теперь ещё на работе четыре часа!

– На работе?! – Тимур рассмеялся зло, горько. – Ага. На работе кассиром в минимаркете. Где тебя, наверное, уже весь мужской персонал обхаживает! Молодая, похорошевшая… А может, не только кассиром ты там работаешь?

Я почувствовала, как кровь прилила к лицу, злость и обида лизнули лицо жаром, щёки заалели. Меня буквально затрясло мелкой дрожью от абсурдности этого разговора.

– Ты сейчас серьёзно?! – я резко встала.

– Да! Ты меня обманываешь! – он тоже вскочил. – Насколько у меня ветвистые рога, а?! Ты изменилась, совсем другая стала, и это ведь не просто так! Это не для детей, не для меня! Это для какого-то мужика!

Я застыла, шокировано глядя на него, на его налитое кровью лицо, на стакан виски, который он снова схватил и допил залпом, в его полные обвинений глаза.

И тут меня прорвало! Как будто что-то внутри щёлкнуло и шлюз распахнулся.

– А знаешь что? – у меня аж перед глазами потемнело, дыхание перехватило, но не от страха, а от ярости. – Нам нужно развестись.

Он резко захлопнул рот, щёлкнув зубами.

– В нашей семье нет доверия, – продолжила я. – Ты обвиняешь меня в измене? Серьёзно? Меня? Может, на себя посмотришь для начала?!

– О чём ты? – он со стуком поставил стакан на столик, голос стал настороженным.

– О том, что я знаю про Оксану! – выпалила я.

Тимур побледнел, затем покраснел.

– Что ты сказала? – выдохнул он.

– Я. Знаю. Про. Оксану, – повторила я по слогам, наслаждаясь, как краски снова сошли с его красивого, благородного лица. – Про стюардессу Оксану, которая летает с тобой в рейсы. С которой ты обнимаешься у бассейна в Дубае. С которой сидишь в ресторанах в Токио. С которой проводишь вечера в Бангкоке и Стамбуле!

Он открыл рот, закрыл, снова открыл.

– Аня, это… это не то, что ты подумала! – он наконец нашёлся, подошёл ко мне, протянул руки. – Клянусь, это совсем не то!

– Ах, не то? – я отшатнулась от него. – А что же это тогда?! Просто дружеские объятия у бассейна, и вы коллеги, которые ужинают вдвоём при свечах?!

– Мы просто хорошие друзья! – он схватил меня за плечи. – Только друзья! Окси… Оксана приличная девушка, воспитанная. Она замужем, Аня, у неё есть муж. Мы иногда ужинаем вместе, нас вообще на этих посиделках бывает человек пять-шесть!

– Не ври мне! – я вырвалась из его рук.

– Я не вру! – он схватил меня снова, развернул к себе. – Я тебя люблю! Даже если ты мне не веришь, это так! И не хочу разводиться, хочу сохранить нашу семью, ради детей! Ради нас!

Я смотрела на него и не узнавала. Это был незнакомый человек. Лжец. Изменник. Трус, который даже в очевидном не может признаться.

– Отпусти меня, – тихо попросила я.

– Аня…

– Отпусти!

И он отпустил. Я отошла к окну, зябко поведя плечами, обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь.

– Я ухожу, – внезапно сказал он за спиной. Я обернулась. Тимур стоял посреди гостиной, растерянный, потерянный. – Сейчас уйду. Переночую в отеле. Нам обоим нужно успокоиться, всё обдумать. А завтра мы поговорим нормально. Без криков, обвинений. Я всё тебе объясню и ты непременно всё поймёшь. Я не изменял тебе, ты нужна мне, милая.

Тима смотрел на меня, ожидая моего ответа, но я молчала. Он всё понял, и, не сказав больше ни слова, прошёл в прихожую, схватил куртку из шкафа, а у двери обернулся:

– Аня, я правда тебя люблю. Помни об этом.

Дверь хлопнула, закрывшись за ним.

Я осталась стоять посреди гостиной. Ноги против воли подогнулись, и я бессильно опустилась на пол.

Глава 5

Замужем? Оксана замужем? Они просто друзья?

А вдруг Тимур правда не врёт? Вдруг я действительно не так поняла? Вдруг те фото – это просто дружеские посиделки экипажа, которые я в своей паранойе превратила в доказательства измены?

Сомнения грызли изнутри, разрывали на части.

Может, я действительно всё придумала? Может, я сошла с ума от одиночества, от обиды, от того, что он перестал обращать на меня внимание? И теперь вижу измену там, где её нет? Но почему тогда он так испугался? Почему побледнел? Почему не смог спокойно объяснить? И решил сбежать, поджав хвост, под предлогом, чтобы мы оба успокоились?

Я встала, прошлась по гостиной, села на диван. Встала опять. Я банально не могла найти себе места. В голове крутились его слова: “Она замужем. Мы просто друзья. Я тебя люблю”.

Покачав головой, поплелась в спальню, легла в кровать, не раздеваясь. Прикрыла, горевшие огнём, веки. Попыталась уснуть, отключиться, перестать думать хоть на несколько часов и почти провалилась в сон, когда услышала вибрацию.

Напрягла слух, тишина.

Показалось?

Раздражённо повернувшись на другой бок, закрыла глаза, но жужжание повторилось, а затем ещё и ещё раз, будто пришло сразу несколько сообщений. Я посмотрела на тумбочку, где лежал мой телефон экраном вверх. Нет, это не мне.

Вибрация шла со стороны шкафа, я встала, распахнула дверцу и увидела чёрную кожаную барсетку мужа, которую он брал в рейсы. Звуки доносились из неё.

Я застыла, глядя на сумку, Тимур, видно, настолько спешил, что забыл взять её с собой. Рука потянулась к барсетке и замерла подле… Нет, нельзя. Это чужое. Умом я понимала, что поступаю неправильно, но некое чутьё толкало действовать вопреки доводам совести. Я сняла сумку с крючка, расстегнула молнию и достала рабочий телефон мужа.

Экран заблокирован, но уведомления читались поверх заставки:

Окси: “Тимочка, я так скучаю без тебя…”

Сердце ёкнуло, забилось быстрее. Я не должна читать, это вторжение в личное пространство… Но я не могла оторвать взгляд от вспыхивающего то и дело экрана смартфона. Вибрация – новое сообщение. И пусть я не видела предложение целиком, додумать много мозгов не требуется.

Окси: “На месте своего мужа представляю тебя… Хочу, чтобы это был ты, взял меня груб…”

Ещё одно.

Окси: “Я так тебя хочу, любимый, не могу дождаться встре…”

Окси: “В пятницу увидимся? Весь вечер будем вдвоём. Скажу мужу, что задерживаюсь на раб…”

Телефон выпал из моих рук на пол с глухим стуком.

Я стояла посреди комнаты, и меня трясло. Всё тело дрожало, в горле застрял горький ком. Замужем? Просто друзья? Тимур врал мне, глядя в глаза. Врал, когда говорил, что любит. Врал, когда говорил, что ничего нет. Врал, врал, врал.

Я подняла телефон дрожащими руками, положила обратно в барсетку. Застегнула молнию. Повесила сумку на место и легла на кровать, уставившись в потолок. Мысли метались в голове, не давая покоя, лишь под утро я забылась тревожным сном…