Милана Шторм – Патруль: последнее дело Мышки и Сокола (страница 15)
– Не желаете ли заказать ужин в номер? – почтительно поинтересовалась она.
Мышка открыла было рот, чтобы сказать, что ничего не нужно, однако напарник ее опередил.
– Да. У вас в номере есть меню?
– Конечно! Но если хотите – я предоставлю вам меню прямо сейчас. Пока вы будете располагаться, наши повара все приготовят, – женщина достала из-под стойки тонкую папку, обитую кожей. – Или вы предпочитаете для начала отдохнуть?
– Нет, – Сокол подался вперед, схватил папку и открыл ее. В ней оказалось около десятка толстых листов бумаги. Быстро перелистав их, он ткнул пальцем в пятый:
– Я хочу ужин, состоящий из мясного рагу, овощного салата, сытного гарнира и вина.
Мышка удивленно подняла брови. Ничего себе аппетит! Он же недавно позавтракал!
– На двоих? – управляющая посмотрела на нее. В ее взгляде ничего невозможно было прочесть, но Мышка почувствовала себя неуютно.
– Да, на двоих, – подтвердила она, хотя совершенно не хотела есть.
В мир Нардин они выпрыгнули в местный вечер, хотя для них едва наступило утро, и хрустящие тосты еще только начали перевариваться. С чего это у Сокола такой аппетит?
Распрощавшись с управляющей, они поднялись по деревянной лестнице на третий этаж, прошли по потертому ярко-красному ковру вдоль коридора и вошли в номер.
Как Мышка и думала, кровать здесь была одна.
С одной стороны: ей было не привыкать спать рядом с напарником. С другой – она сегодня открыла для себя, что Сокол – не просто напарник, а мужчина… то есть, она и до этого знала, но только сегодня это знание стало что-то значить.
Она не будет испытывать неловкость на пустом месте!
Пройдя по широкой комнате, Мышка задержала взгляд на барной стойке, пестрящей разнообразными бутылями, платяном шкафе, письменном столе из темного дерева… заглянула в уборную. Водопровода в мире Нардин еще не изобрели, хотя остальной прогресс шел в пределах стандарта. В выложенной бело-черной плиткой небольшой комнатке стояла огромная керамическая ванная, куда воду носили, очевидно, служащие гостиницы, и устройство очень похожее на двадцатилитровую непрозрачную банку со стульчаком.
Дивные удобства, ничего не скажешь…
Сокол подошел к окну, отодвинул тяжелую темно-зеленую штору и застыл.
– Плохо, – после пары минут молчания сказал он. – Здесь вечер. Идет ядовитый дождь, а это значит, что до утра нам вряд ли светит что-нибудь узнать. «Эти» должны быть близко, но без подкрепления и камуфляжа… нам стоит быть осторожнее.
Мышка закрыла дверь уборной и повернулась к напарнику.
– Зачем ты заказал ужин? – спросила она.
– Потому что я хочу есть, – не отрывая взгляд от окна, за которым все так же поливал дождь, ответил напарник.
Мышка нахмурилась.
– Ты же завтракал, – осторожно произнесла она.
Сокол хмыкнул и повернулся к ней. Бельма его сверкнули в свете десятка свечей.
– Ты принесла мне рыбу и омлет с водорослями. Без хлеба. И запить мне все это предлагалось травяным чаем. Ты же знаешь, что я все это терпеть не могу, так?
Мышка съежилась.
– Ты никогда не говорил, что не любишь рыбу! – осенило ее. – Это я ее не люблю!
– Я тоже, – на губах напарника играла легкая улыбка. – Неужели ты не заметила за столько времени?
Мышке стало стыдно. С чего вдруг она вообще решила ему все это принести?
– Я… просто я…
– Рассердилась из-за Голубки? – предположил напарник.
– Нет! Ты… можешь спать, с кем хочешь! Меня это не касается! И не трогает… Тебе понятно?
Сокол, продолжая паскудно ухмыляться, кивнул.
– Понятно. Но завтрак твой я решил не есть. Боялся, что меня стошнит. Пары глотков чая мне оказалось достаточно. Так что, я действительно голоден.
Мышке стало совсем стыдно. С чего она вообще так поступила?
– Прости… идиотская выходка, – она неловко улыбнулась и подошла к кровати. Широкой, застеленной мягким покрывалом. – Надо было синхронизировать векторы, как всегда. Тогда бы я не застала Голубку… почему именно она? – Мышка вскинула голову и уставилась на напарника.
Тот поморщился и снова отвернулся к окну. Очевидно, тоже не горел желанием встречаться взглядами. Ему тоже неловко?
– Потому что она единственная, с кем я мог… быстро наладить связь. Она себялюбивая дура, от меня всего-то и требовалось, что признать свою ошибку, осыпать ее комплиментами и…
– Переспать, – закончила Мышка. От слов напарника легче не стало. Неожиданно зачесался шрам на щеке, и она коснулась его, понимая, что дело именно в нем.
Она и так считала себя некрасивой, а теперь к ее облику прибавилось и это… встреча с шикарной Голубкой стала последней каплей, а злость на свою дурацкую судьбу перекинулась на ни в чем не повинного Сокола.
Повисло молчание. Неловкое, заставляющее язык зудеть от желания сказать какую-нибудь глупость, лишь бы разбить тишину. Мышке остро хотелось оказаться от Сокола подальше, но она понимала, что этим она проблему не решит.
– Неудачно мы выпали, – тихо произнес напарник.
– Ты о чем? – Мышка вновь посмотрела на него. Он продолжал глядеть в окно.
– Идет ядовитый дождь. Темнеет. Скоро наступит ночь, и жизнь здесь замрет до утра. А вот мы с тобой недавно проснулись.
Мышка несмело улыбнулась.
– Мы не впервые попадаем в такую ситуацию. Ничего, начнем завтра.
– Боюсь, мне будет трудно заснуть, – проронил Сокол.
Мышка думала о том же. И она не знала, что больше ее напрягает: то, что она недавно проснулась или то, что спать придется рядом с напарником, из постели которого недавно вылезла одна из самых красивых женщин Паутины.
Острое чувство собственной неполноценности накрыло ее с головой.
– Значит, будем играть в слова, – буркнула она, падая спиной на кровать. Потолок был украшен лепниной. Изображения цветов, чьих-то лиц и карнавальных масок раздражали.
Сокол помолчал, а потом тихонько хмыкнул. Не отрывая взгляда от потолка, она слышала, как он шагает к кровати. Потом потолок заслонило страшное лицо в шрамах. Оно действительно ухмылялось.
– Пожалуй, я возьму съедобное. Я так голоден, что готов сожрать эльфирца.
– Фу! – поморщилась Мышка, немного отодвигаясь. – Пауки не съедобные! Даже разумные!
– Смотря насколько проголодаться! – улыбка напарника с каждой секундой становилась шире. – Так что, мое слово «эльфирец».
– Цапля… – молниеносно ответила Мышка.
– Цапля съедобная…
– Нет!
– Да…
– Циклоп!
– …тоже съедобный…
– Цибиосарда! – мстительно сказала Мышка первую пришедшую ей на ум рыбу. Она поднялась и вновь села на кровати, заставив Сокола отпрянуть.
– Ладно, – подумав, ответил он. – Принимается. Кажется, те палочки, которые ты мне принесла, были как раз из нее. Апельсин.
– Нитка!
– … ну, при большом аппетите…
Мышка, не выдержав, вытащила из-под покрывала подушку и заехала напарнику по уху. А потом весело рассмеялась.