Милана Романова – Лукоморье Кати Жабиной (страница 4)
Фея сделала вид, что собирается испариться.
– Постой! Я уже почти поверила! – воскликнула Катя. – Так что там насчёт приза?
Фея протянула Кате крохотные, но сильные ручки, помогая подняться. Катю слегка покачивало.
– Главное – не волнуйся. При пересечении границ миров нарушается плотность пространства, поэтому может немного кружиться голова. Это нормально. Так вот! – продолжила фея. – За твой поступок тебе полагается приз: ты можешь загадать любое желание!
– Любое? – Катя прищурилась. – Даже… чтобы Верёвкина стала лысой, а Подшибякин и Злобин превратились в тараканов?
– М-м.… – протянула фея, задумавшись. – Ты уверена, что это твоё самое сокровенное желание?
Катя задумалась. В голове вихрем закружились варианты: «Хочу ездить в школу на единороге! Научиться читать мысли котов! Стать королевой какой-нибудь страны! Не учить уроки! Стать самой красивой, чтобы все завидовали…»
– А сколько желаний можно загадать?
– Только одно! – ответила Эллина.
– А можно хотя бы два желания?
– Только одно единственное! – раздражённо ответила фея. – Только давай поскорее, а то у меня портал захлопнется! Придётся ночевать в канаве – там жуткий холод, а я без скафандра!
Катя зажмурилась и выпалила:
– Хочу быть самой красивой! – И добавила: – На всей Земле!
Фея аж поперхнулась: – На всей Земле? Ни в школе? Ни в городе?!
– Ага! – твёрдо подтвердила Катя.
Фея взмахнула палочкой, и вокруг заклубился золотистый свет. Но в последний момент Катя спохватилась:
– Подожди! А если меня дома не узнают?! Бабушку точно инфаркт хватит!
– Ну всё! – фея всплеснула руками. – Ты испортила весь процесс!
Катя смутилась:
– Может… можно как-то постепенно? Чтобы… без резких изменений?
Фея выглядела раздражённой, но всё же снова взмахнула палочкой. В воздухе закружились золотистые искры – перед Катей появилась изящная шкатулка.
– Вот: волшебная шкатулка. Каждое твоё доброе дело добавит в неё драгоценный камушек. Когда шкатулка наполнится – твоё желание исполнится. Все будет естественно, и все будут понимать, что ты – это ты.
Катя взяла шкатулку.
– Договор заключён. Будешь лениться – останешься… ну, такой, как есть.
– Эй, ты это… не намекай! – возмутилась Катя.
Фея хитро прищурилась:
– Тогда вперёд! Делай добрые дела! Только помни: всё фиксируется. Обмануть шкатулку нельзя.
Катя вздохнула:
– Добрые дела… Ладно. Попробуем.
Фея расправила крылышки:
– Удачи! А мне – пора. Портал вот-вот закроется!
– Подожди! – воскликнула Катя. – А если что-то пойдёт не так?
– Читай инструкцию! И помни: магия любит честных!
И с этими словами она исчезла, оставив Катю на полянке с волшебной шкатулкой в руках и сердцем, полным странного предчувствия. Катя заглянула внутрь. На дне шкатулки лежал свёрнутый листок пожелтевшей бумаги:
«Инструкция-гарантия. Каждое доброе дело равноценно одному драгоценному камушку. Когда шкатулка будет наполнена, ваше желание исполнится автоматически, безотлагательно и в полном объёме. Гарантийный талон действителен до момента исполнения желания. Данная информация является конфиденциальной и не подлежит огласке. При нарушении инструкции исполнение желания аннулируется без права восстановления. Претензии принимаются с 9:00 до 16:30 по рабочим дням».
Катя трижды прочитала текст. «Ну что ж… нет ничего проще, чем делать добрые дела! – подумала она. – Вот только пообедаю – и сразу начну!»
Глава 6 Операция «Добро»
Катя почувствовала, как у неё открылось второе дыхание. Запихнув шкатулку в сумку, она зашагала домой уверенной поступью, с чувством собственного достоинства. Теперь-то мои добрые дела покажут всем, кто есть кто!» – подумала Катя, и загадочная улыбка скользнула по её лицу.
Большую часть времени Катина бабушка посвящала своим растениям. Её комната напоминала пёстрый газон экзотической оранжереи. Цикламены, трахикарпусы, пара финиковых деревьев, пальма, лимонный кустик и даже манговое дерево, которое упрямо отказывалось плодоносить. Бабушка, впрочем, верила – всё ещё впереди. Вот и сейчас она с головой ушла в настройку «освещения по биоритмам». Пёс Транс с интересом наблюдал за этим процессом, виляя хвостом. Из кухни тянуло ароматом выпечки.
Катя тихонько открыла дверь и проскользнула в свою комнату. Первым делом – спрятать шкатулку. Пока бабушка занята, надо действовать быстро, но Транс, учуя знакомый запах, бросился навстречу. Катя успела спрятать шкатулку в шкаф и сделать вид, будто увлечена учебниками.
– Катерина, когда ты успела прийти? – Бабушка удивлённо развела руками.
– Я уже давно. Вот, уроки делаю, – невозмутимо соврала Катя.
– Совсем я глухая стала, не услышала, как ты вошла…
Транс жалобно заскулил. «Вот и хорошо, что собаки не умеют разговаривать», – подумала Катя, но бабушка вдруг направилась к шкафу. У Кати застыло дыхание: «Если она увидит шкатулку – всё. Нарушение инструкции… конец!» Катя резко выкрикнула:
– Бабушка! У тебя что-то горит!
В тот же миг бабушка схватилась за голову и кинулась на кухню:
– Ох, боже ты мой, пирожки в духовке!
Транс помчался следом. Катя быстро зарыла шкатулку поглубже в бельё, перевела дух и поспешила на кухню. В животе урчало – бабушкин обед ждал. С аппетитом уплетая томатный суп и яблочный пирог, Катя мысленно составляла план добрых дел.
– Катерина, сделай доброе дело – сбегай в аптеку, пожалуйста. Надо забрать капли из рецептурного. Совсем про них забыла.
Катя чуть не подавилась. Доброе дело? По инструкции!
– Конечно, бабушка!
Поблагодарив за обед, она пулей вылетела из подъезда. Аптека была на соседней улице. Взлетев по ступенькам, Катя протянула рецепт в окошко. Фармацевт улыбнулась:
– Молодец, что помогаешь старшим!
Внутри неё разлился тёплый свет. Катя с радостью прижала пакет с лекарствами, как трофей за первое доброе дело. В голове звучала музыка: «Поверь в себя». На крыльце рядом с аптекой мальчик в инвалидной коляске поднимался по пандусу. Он только что одолел последний метр и отпустил руки от ободьев, чтобы поправить рюкзак. Похоже, тормоз был не зафиксирован. Катя, погружённая в мысли, случайно задела ручку коляски.
– Ой, простите… – выдохнула она и пошла дальше, но вдруг услышала щелчок. Коляска покатилась назад.
– Стой!.. – крикнул мальчик, пытаясь схватиться за колёса.
Катя обернулась. Коляска неслась вниз. Пандус был длинный, с неудачным наклоном. Внизу – лестница, затем тротуар, а за ним – шоссе с бешеным движением транспорта.
– Э-эй?.. – неуверенно пробормотала Катя, приподнимая брови.
Мальчик, сидевший в коляске, судорожно пытался дотянуться до ручек, но поздно. Колёса уже начали вращаться в обратную сторону.
– СТОЙ! – закричал он и вцепился в подлокотники.
Коляска поехала. Нет, она покатилась. А потом помчалась, как тележка в гипермаркете, потерявшая хозяина… Сперва она медленно скользнула вниз по пандусу, потом – всё быстрее, и наконец – рванула на полном ходу.
– Боже-боже-боже! – выдохнула Катя и ринулась следом. Коляска преодолела площадку, подпрыгнула на бордюре, взвизгнула всеми своими осями. Бумажный стакан с кофе, оставленный кем-то на пути, взлетел в воздух описывая параболу, как в замедленной съёмке. Мальчик, прижавшись к спинке, выглядел одновременно испуганным и сосредоточенным, как гонщик «Формулы-1», оказавшийся на детской горке.
– Остановиииииииись! – визжала Катя, пытаясь догнать набирающую скорость инвалидную коляску летевшую в сторону оживленного шоссе.
Она споткнулась о бордюр, схватилась за урну, отпрыгнула от голубя, едва не влетела в бочку с песком, потом чуть не сшибла пожилого пенсионера с газетой. Пакет с лекарствами стегал Катю по ноге, кеды скользили по мокрому асфальту, и всё это под хор карканья ворон и случайных выкриков прохожих:
– ОСТОРОЖНО!