Мила Синичкина – Моя! И это не обсуждается (страница 7)

– Ты новенькая, многого не знаешь, – не сдается Ксения.

– Да? – выгибаю вторую бровь. – То есть всерьез весь поток будет стоять и терпеливо ждать, пока ты усмиришь свое эго?

– Мы драку хотим!

– Разборки! А не просто так стоять!

Доносится с разных сторон.

«А мне казалось, что оборотни и обладатели гена менее цивилизованны. Но нет, самая неуправляемая и кровожадная масса – это люди», – отстраненно думаю про себя.

Блондинку я не боюсь, ничего даже не торкает в груди, она не оборотень, не парень, в списке моих страхов она не числится. Не будет же она в самом деле со мной драться. Это ведь как–то… Тупо? В институте–то, взрослым людям, девушкам.

– Ладно, будут вам разборки на обеденном перерыве за углом от крыльца, – с ленцой произносит Ксения.

А народ радостно улюлюкает в ответ. Одногруппница отходит в сторону, пропуская меня вперед. Я качаю головой на этот детский сад, кому–то очень хочется стать королевой потока, и с легкостью замечаю подставленную мне подножку. Мои обостренные инстинкты годны не только на обольщение Альф.

– Потренируйся в следующий раз, – произношу, оборачиваясь, – от такой подножки даже трехлетка не упадет.

Народ посмеивается и вползает следом за нами в аудиторию. Все занимают свои места и весело шушукаются, обсуждая только что увиденное. Я сажусь в этот раз выше, если Ксения опустилась до подножек, то может вспомнить и другие детсадовские действия вроде кидания бумажками и прочее.

– Ты всерьез будешь с ней драться? – шепотом интересуется у меня Настя, она единственная из одногруппниц, решила сесть рядом со мной, остальные заняли места посередине между мной и Ксенией.

– Вообще–то не собиралась, я таким примитивизмом никогда не страдала, но что ты предлагаешь делать, если не это? – Немного нервно вытаскиваю тетрадь и ручку из сумки. – Ты сама была свидетельницей, мне не оставили выбора.

– Выбор есть всегда, – тихо замечает Настя, а мне приходит на ум мысль, что злобная блондинка и ее ставила в схожее положение, только та предпочла нейтрализовать конфликт.

– Я не собираюсь позволять неуравновешенной выскочке вытирать о меня ноги дабы потешить свое самолюбие, – невозмутимо отвечаю.

Цирк! Настоящий цирк творится в этом институте. Не иначе как наличие стольких оборотней в одном месте повышает градус отношений между всеми.

– Я другого не пойму, – задумчиво произношу, – в пятницу все было нормально, чего она на меня взъелась–то? Ведь не из–за восклицания о язве в самом деле.

В нашу сторону оборачивается брюнетка, пора бы вспомнить, как ее зовут, кажется, все–таки Юля.

– О, а я, наверное, знаю почему, – сверкает она глазами, – ее кое–кто бортанул в пятницу, и угадай причину!

15

Перевожу свой взгляд на Юлю и чувствую, как закипаю внутри. Отчего–то эти тайны и сплетни выводят меня из себя даже больше нежели откровенно хамское поведение Ксении. Я чувствую, что не понимаю их, никого из присутствующих. Я словно не город сменила, а планету.

– Даже не буду стараться, ведь ты нас и так просветишь, – отвечаю одногруппнице нейтральным тоном.

Настя бросает на меня обеспокоенный взгляд, но молчит. Ее тревога и нервозность уже физически ощущаются в воздухе, не хотелось бы ругаться с единственной девчонкой в группе, которая и на второй день общения хочет поддерживать со мной дружеские отношения, но блондинка всколыхнула во мне что–то темное, задавленное где–то давно внутри, и меня действительно раздражают абсолютно все теперь.

– Просвещу, конечно, просвещу, – кивает головой Юля, не почувствовав мой скрытый сарказм.

«Нет, все–таки, пожалуй, дело во мне, – устало тру переносицу. – Переезд, новые люди, новые реалии, вот я и реагирую острее, чем нужно».

– В пятницу была вечеринка, – продолжает Юля как ни в чем не бывало, – Ксения тебя на нее звала, если ты помнишь. Тогда ты ей казалась кем–то вроде Насти, такой же безобидной ее статусу.

– Я и сейчас безобидная для ее статуса, – перебиваю одногруппницу, – я не претендую вообще ни на какой статус, кроме студентки, пришедшей в институт за знаниями.

– Как скажешь, я в это не лезу, только Ксению ты едва ли переубедишь, ведь в пятницу случилось нечто невероятное, Дмитрий подошел прямо к ней! – Юля произносит это таким тоном, словно речь о звезде кино мирового масштаба. Хотя устроитель регулярных бесплатных вечеринок для студентов гораздо круче какого–то там актера. – И знаете, что он сделал?

Театральная пауза затягивается, и мне приходится вставить реплику. Почему–то Настя не вмешивается, хотя по ней видно, что как раз–таки у нее сплетня вызывает больше интереса, чем у меня.

– Что же? Неужто поцеловал и объявил своей истинной? – спрашиваю скучающим тоном.

– Ты знала, что он оборотень, да? То есть между вами все же что–то было? – жадно спрашивает меня Юля, мгновенно переключаясь с предыдущей сплетни на новую.

– Кто? Дмитрий? Понятия не имела, просто предположила, у вас тут этих оборотней слишком много единиц на квадратный километр, – отвечаю, с трудом подавляя сильный приступ раздражения на глупую одногруппницу.

– Ааа, в целом да, сходится, чего бы он тогда подходил к Ксении, если бы знал тебя лично, – разочарованно тянет Юля.

– И при чем тут это? Мы когда–нибудь к сути вопроса подберемся? – тяжело вздыхаю.

– Так после дежурных фраз о погоде и делах, а также одном комплименте внешнему виду Ксении Дмитрий спросил про тебя. Поинтересовался, кто ты такая и почему не пришла на вечеринку.

«Вот это номер», – выпадаю я в осадок.

– И Ксения что, приревновала? Или решила, что моя смена имиджа связана с тем, что мне на выходных оказали внимание, которое она сама была бы не прочь получить?

– Как ты изящно изъясняешься, ни разу не слышала, чтобы так рассуждали о случайной интрижке, но да, – Юля кивает, – суть ты уловила.

– Спасибо за информацию.

– Так что? Ты с Дмитрием встречалась на выходных? – Одногруппница все не отворачивается к себе, а преподаватель, как назло, задерживается.

– Я даже не знаю, кто это такой и почему он мной интересовался, – мрачно отвечаю, а у самой в голове возникает образ парня из супермаркета, если это и впрямь он, мне пора переходить на доставки. Жаль, комендант общежития вряд ли обрадуется.

– Вот я тоже решила, что это недоразумение, ты не похожа на такую, Ксения всех по себе судит. Но зачем–то он ведь спрашивал о тебе!

– Может, я случайно спугнула его кошку на улице, и он хотел предъявить мне обвинения, – кривовато усмехаюсь, – а вы сразу о плоскости романтических и горизонтальных отношений подумали.

– Слушай, да может, – с легкостью соглашается со мной Юля. – Но Ксения, она не дружит с рациональным мышлением, да еще и завидует всем, кто в чем–то лучше нее. Если бы не ее финансовое положение, она бы метила в свиту королев, окружающих Милославского и других мажоров, а так ей приходится быть всего лишь королевой общежития.

– Какая у вас строгая иерархия, не кажется ли она вам смешной?

– Какая есть, – пожимает плечами Юля, – не одним оборотням иметь свою, нам тоже хочется. В любом случае удачи в выяснении отношений с Ксенией.

К счастью, в этот момент преподаватель все–таки приходит и приступает к занятию, и мне не приходится отвечать на пожелание удачи.

А вот к несчастью, пара заканчивается слишком быстро, и наступает время обеда…

16

Чувствую себя очень глупо, стоя на асфальте напротив Ксении, в кругу из любопытствующих зевак.

Ай, к черту тактичность, я чувствую себя тупо, а не глупо. Более идиотского поведения для двух взрослых студенток представить сложно. У нас ведь высшее учебное заведение! А не техникум для проблемных товарищей, не в обиду будет сказано последним.

Но ведем мы себя именно как проблемные товарищи, по которым учет соответствующих органов плачет.

– Вы будете что–то делать? Зачем мы тут собрались? – капризно произносит одна из девушек, что была в пятницу в компании Милославского на обеде.

Та, которая его увела в субботу у пруда, стоит скромно в сторонке и неодобрительно поглядывает и на своих подружек, и на нас с Ксенией, и на остальную толпу. Испытываю к ней невольный приступ симпатии. Хоть кто–то в компании Альфы способен проявлять уважение к другим. Ведь что это, если не уважение, если она не одобряет то, ради чего мы все здесь сегодня собрались.

– Я не знаю, что вы тут делаете, – честно отвечаю, – даже я не совсем добровольно обед пропускаю, а вот вы могли бы сейчас спокойно есть, а не торчать на улице непонятно зачем. Хотя погодка у вас неплохая, гораздо теплее, чем там, где я раньше жила.

– Вот и оставалась бы там! – зло выплевывает Ксения и делает шаг ко мне.

Я настораживаюсь, как и стоящая неподалеку от меня Настя, но блондинка останавливается.

Я говорила старосте идти в столовую, не страдать ерундой, но она меня не послушала. И сейчас я чувствую некоторую ответственность за нее. Как–то так получилось, что я словно приручила Настю и расположила против себя Ксению всего за два дня.

– Твои силы будут расти, ты ведь не обычная девушка, а наделенная геном. В нашем городишке из–за регулярного общения со мной твой потенциал не так заметен, люди очаровываются или, наоборот, испытывают злость по отношению к тебе, но потом видят меня и думают, что это реакция на ведьму, но это все делаешь ты, моя дорогая, не я, – В моей голове всплывают слова Элеоноры. – Так что смотри, будь готова к тому, что придется заново учиться общаться с людьми. Советую присматриваться к оборотням, особенно к Альфам, они испытывают схожие трудности, только начинают сталкиваться с ними гораздо раньше.