реклама
Бургер менюБургер меню

Мила Реброва – Сломанная невеста (страница 36)

18

Но в какой-то момент я понял.

Они не уйдут.

Они не оставят её в покое.

Они не остановятся.

И тогда слова вырвались сами.

– По праву мужа.

Я не осознавал, что сказал это вслух, пока не почувствовал, как все взгляды устремились на меня.

Рашид медленно повернул голову.

Алим моргнул.

Джалил даже улыбнулся.

Братья Сафии…

Они ошалело вылупились.

– Чего? – переспросил старший.

Я выдохнул, но уже не мог отступать.

– Я женюсь на ней.

Слова, сказанные громко. Чётко.

Они ударили по этим ублюдкам сильнее, чем мои кулаки в тот вечер.

– Ты врёшь!

– Нет, – я чуть склонил голову. – Мы объявили никях.

Тишина.

Полиция стояла в нерешительности.

Потому что они не могли ничего сделать.

Она не была больше их сестрой.

Она была моей женой.

С этой секунды. С этого слова.

И они ничего не могли с этим поделать.

Я видел, как их разрывало от ярости.

Как же это было приятно.

– Ты врёшь!

Я знал, что этот момент наступит.

Но наблюдать, как их корёжит от бессилия, было отдельным удовольствием.

– Ты просто хочешь оставить её у себя! – старший брат Сафии сжал кулаки. – Где документ, подтверждающий, что она твоя жена?!

Я не моргнул.

Но внутри что-то дрогнуло.

Документ…

Я не учёл этого.

Чёрт.

Я выдержал паузу, затем спокойно ответил:

– Он ещё не готов.

Я сказал это с таким видом, будто так и должно быть, но чувствовал, как за спиной Рашид напрягся.

Секунду было тихо.

А потом они заорали.

– Лжец!

– Ты сказал это, чтобы нас обмануть!

– Ты думал, что мы поверим?!

Они орали, плевались злобой, грозили судом, богом и всей родословной до десятого колена, но я только спокойно смотрел.

Потому что я уже знал, что делать.

Я медленно достал телефон.

Приложил его к уху.

И набрал муллу.

– Ассаляму алейкум, – голос в трубке был хриплым, но удивлённым. – Бека?

– Валейкум ассалам, – я перехватил телефон удобнее. – Мне нужен никях. Прямо сейчас.

Тишина.

Затем короткий смешок.

– Ты что, с ума сошёл?

– Приедешь?

Мулла молчал.

Я слышал, как он размышляет.

– Ты хоть знаешь, что делаешь?

– Да.

Я чувствовал взгляды всех.

Рашид.

Алим.

Джалил.

Зумрат, выглядывающая из дома, с расширенными глазами.