Мила Реброва – Как влюбить в себя Жену? (страница 9)

Он говорил это, не отрывая своего рта от моей шеи, из-за чего я не могла сконцентрироваться на его словах. Но как только я поняла смысл сказанного, то тут же ответила, боясь, что он может принять мое молчание за согласие. Он дал обещание, что сегодня ничего не будет от меня требовать, но он вполне может передумать, если мы будем практически обнажены, купаясь в океане.

- Нет, я прияла душ, к тому же я устала после перелета.

Мне с трудом удавалось казаться спокойной и не вырываться из его рук - я хотела, чтобы его воздействие на мое тело прекратилось. Будто читая мои мысли, он спустился поцелуями к ключице, покрывая ее частыми поцелуями. Мое дыхание, с таким трудом пришедшее в норму, вновь сбилось.

Я не мог оторваться от нее, ее кожа была столь приятна наощупь, а ее потрясающий аромат, присущий только ей, дурманил мою голову. Я каждый раз искал его в женщине, с которой был, но так и не смог найти. И теперь, наконец, понял почему. Так пахла только одна девушка на земле. Я был так глуп, когда думал что смогу вытеснить ее из своей головы с помощью других женщин. Я не получал такого жгучего удовольствия даже от многочасового секса с ними, которое дарило мне лишь ощущение ее кожи под моими губами.

Я собирался быть грубым и напомнить ей о сделке, но как только коснулся ее, мой гнев мгновенно испарился.

– Можем лечь вместе, и тогда мне не придется плавать, чтобы измотать себя физически и не наброситься на тебя.

То, как мгновенно она замерла, заставило меня засмеяться прямо ей в шею, от чего она покрылась мурашками. Решив больше ее не мучить, я молча вышел из кухни и направился прямиком к океану.

Рассекая волны мощными гребками, я беспрестанно прокручивал в голове события последних четырех месяцев. В моем плане все было так идеально, и я уж точно не рассчитывал иметь дело со строптивой женой. И раз уж в ближайшие десять лет нам предстоит быть вместе во всех смыслах этого слова, мне придется сделать так чтобы, она как можно быстрее привыкла к своему теперешнему статусу моей жены.

Боже, о чем только думала Лесли, упаковывая мои чемоданы. В них были одни купальники и самое откровенное и соблазнительное белье, которое я только видела. Да я в жизни этого не надену - все эти сорочки открывают намного больше, чем прикрывают. Брайан может придти в любую минуту, а я за сорок минут так и не смогла найти в этой куче белья, что-нибудь поприличнее, хотя бы доходящее до середины бедра. Да, проблема. Если пикантная вещица и не показывала ноги, то полностью оголяла грудь. Сомневаюсь, что Брайан сможет оставаться в бездействии, если я лягу в постель в одном из этих «нарядов для медового месяца», как было написано в записке, оставленном Лесли в чемодане для меня. С таким же успехом я вообще могу лечь обнаженной - не вижу особой разницы. Наконец, выудив с самого дна чемодана нежно фиолетовую шелковую сорочку с отделкой из черного кружева на груди, я издала радостный клич, не веря своему счастью. Я тут же запихнула все остальное в чемодан и запрятала его обратно в шкаф - он мне точно больше не понадобиться. Зайдя в ванную, я переоделась и удовлетворенно отметила, что сорочка почти достигает практически моих коленей – это, конечно, не привычные для меня хлопковые шорты и футболка, в которой я обычно спала дома, но все же лучше, чем все остальное эротические обновки. К тому же я отметила, что шелк приятно холодил кожу. Молясь про себя, чтобы Брайана еще не было, я вернулась в спальню и с облегчением обнаружила его отсутствие. Забравшись на кровать, я полностью укрылась простыней и попыталась как можно быстрее уснуть. Что оказалось не так то просто: то ли из-за того что я слишком сильно нервничала из-за Брайана, то ли из-за удушающей жары, которую я чувствовала каждой клеточкой тела. Простыня, укутавшая меня, вскоре пропиталась влагой – по телу струился пот, но я ни за что не хотела демонстрировать свои прелести Брайану. Не в состоянии больше терпеть, я отбросила влажную ткань в сторону и, приняв наиболее удобную мне позу, попыталась расслабиться и не думать о том, как поведет себя Брайан, когда придет.

Смыв соленную воду в душе, расположенном прямо на пляже, я прошел в дом. Войдя в спальню, я обнаружил, что Синди уже спит. Что было даже к лучшему, учитывая, что я принял решения не давить на нее, а постараться постепенно завоевать доверие жены. И мне бы точно не помогло, если бы я снова на нее набросился, не смотря на обещание, данное ей на террасе. По крайней мере, она больше не будет изображать из себя статую во время поцелуев со мной. Подойдя к кровати со своей стороны, я лег и, притянув Синди к себе, крепко обнял ее за талию, уткнувшись ей в волосы и в очередной раз утопая в ее аромате. Я думал о том, что никогда еще не испытывал такое ощущение легкости и спокойствия рядом с женщиной. Пробормотав что-то не разборчивое, Синди крепче прижалась ко мне, накрывая мои руки, обернутые вокруг ее талии, своими.

Почувствовав, как прогнулся матрац кровати, я сразу же проснулся, и успел уловить лишь силуэт Синди, мелькнувший в направлении к ванной комнате. В спальне было светло, значит уже расцвело, я устроился поудобней, решив подождать Синди на супружеском ложе.

Она не выходила, наверное, уже полчаса, из-за чего я начал беспокоиться. Встав с широкой постели, я решил проверить, что она там так долго делает, и я очень надеялся, что она не прячется в ванной от меня, потому что если это так, ей точно не поздоровиться.

- Синди ты в порядке?

Постучавшись в дверь, спросил я, но ответа так и не дождался.

- Синди я вхожу!

И то, что я обнаружил, попав во внутрь, явно не предвещало ничего хорошего, так как моя молодая жена лежала без сознания на кафельном полу ванной…

5 глава

  - Синди, я вхожу!

И то, что я обнаружил, попав во внутрь, явно не предвещало ничего хорошего, так как моя молодая жена лежала без сознания на кафельном полу ванной… Подскочив к ней, я перевернул Синди и увидел на ее лбу кровь: должно быть она ударилась, когда падала. Подхватив ее тело на руки, я понес ее в комнату и опустил на кровать. Надеясь, что она не сильно ударилась, я прощупал ее пульс, который был слишком медленным.

К тому же я заметил, что у нее была повышенная температура, что не могло быть следствием удара. Не зная точно, как долго она пролежала в ванной без сознания, я попытался привести ее в чувство. Сходив ванную и намочив в холодной воде полотенце, я приложил его к ее лбу, предусмотрительно вытерев кровь, где уже начал проявляться внушительный синяк. Ее кожа была мертвенно бледной, что также вызывало мое беспокойство. Мне нужно было привести ее в чувства и выяснить, что с ней не так.

- Синди…

Поняв бесполезность своих действий, я решил поискать аптечку. Ничего не найдя в ванной, я переместился на кухню и, спустя пятнадцать минут поисков, смог, наконец, ее найти на верхней полке кухонного шкафа. Бросившись обратно в спальню к Синди, я увидел ее в том же положении, в котором и оставил - к моему сожалению, она так и не пришла в себя. Выудив из аптечки флакон с нашатырем, я поднес его к ее носу - через несколько секунд резко вздохнув, Синди начала приходить в себя. Она резко поднялась, от чего у нее наверно вновь закружилась голова.

- Тише, тише, котенок, не вставай…

Удержав ее за плечи, я вновь уложил ее на подушки.

- Я …что случилось?

Она выглядела такой потерянной, что захотелось обнять ее и успокоить, но мне нужно было прояснить ситуацию.

-Ты ударилась в ванной, по-видимому, когда упала, у тебя жар, Синди.

- Мне было плохо, голова закружилась.

Она говорила медленно, обдумывая каждое слово, как будто никак не могла сконцентрироваться. Скорее всего, это было из-за удара и поднявшейся температуры.

- Что-то еще беспокоит?

- Живот ужасно болит.

Черт, она явно отравилась и точно не в легкой форме. Хорошо, что я знал, как надо было поступать в таких случаях, и вызывать врача не было необходимости. Тот год, который Дерик заставил меня проучиться на медицинском факультете, не прошел зря. Отец всегда хотел моего следования по его стопам. Для него это было что-то вроде семейного дела, передающегося по наследству. У Бейкеров в каждом поколении были врачи, и я, несомненно, разочаровал отца, когда перевелся с медицинского на архитектурный факультет. Несколько лет он даже не разговаривал со мной из-за этого. Но я хотел достичь чего-то в этой жизни - мы никогда не бедствовали, но мне нужно было нечто большее, а средний заработок, который получает врач. Я хотел иметь миллионы, и они у меня есть, и я ни о чем не жалею.

Синди простонала - видимо живот беспокоил ее больше, чем она хотела это показать.

-Тошнота присутствует?

Ей явно было неловко обсуждать такие подробности со мной. Но я решил сделать вид, будто не замечаю ее зажатости. Меня всегда умиляла ее стеснительность, но сейчас был не тот случай, когда бы я об этом мечтал.

- Синди, если я не буду знать симптомов, то не смогу тебе помочь. Не упрямься, пожалуйста, и ответь на вопрос.

Я разговаривал с ней терпеливо и нежно, совсем как с маленьким ребенком, надеясь, что это поможет ей расслабиться и прогнать свой страх передо мной. Я знал - она боялась меня, и мне это не нравилось в сложившейся ситуации.