Мила Реброва – Как влюбить в себя Жену? (страница 8)

Я хотела, остановить его, как только он прикоснулся ко мне, и напомнить о соглашении: ведь мы договаривались лишь о поцелуе. Но мое тело совершенно не желало останавливаться. То, как он целовал мои губы, было непередаваемо приятно: он мог быть грубым и одновременно нежным, будто извиняясь, что за секунду до этого буквально искусывал мои губы, словно голодный хищник свою добычу. И этот контраст сводил меня с ума. Как только его пальцы вошли в меня, я почувствовала мимолетную боль, которая исчезла, как только он вновь дотронулся до моего комочка нервов. Я буквально задыхалась от наслажденья,…как вдруг все прекратилось. Его руки и губы одновременно покинули меня. Открыв глаза, я в недоумении уставилась на него, не в состоянии скрыть своего глубокого разочарования. Я чувствовала себя просто ужасно - как будто меня, не предупреждая, окатили холодной водой. Но как только я осознала, что происходило минуту назад, мое лицо моментально покрылось краской стыда, и мой неизменный румянец в очередной раз заявил о себе, с космической скоростью распространяясь по всему телу.

Твою мать! Зачем она это делает? Я так живо представил, как покраснела ее грудь под этим чертовски соблазнительным платьем. Никогда не встречал женщин, способных краснеть вплоть до кончиков ушей. Я и так с трудом себя контролировал, а ее румянец совсем не помогал мне сосредоточиться на том, чтобы вновь не накинуться на нее. Но я напомнил себе, что совсем не хочу повторения вчерашней ночи. Когда я вновь займусь с ней сексом, она будет умолять меня не останавливаться, а не наоборот. Взглянув на нее, мне с трудом удалось сдержать довольную ухмылку. Я знал – она стыдится предательской реакции собственного тела, но также я был уверен - ее тело жаждет продолжения того, на чем я предусмотрительно остановился. Опустив голову Синди, разглядывала воротник моей рубашки, будто нашла в нем нечто, весьма ее интересующее. Погладив ее нежную щечку, я спустился до ее подбородка и, приподняв голову, заставил взглянуть мне в глаза. В ее глазах читалось замешательство вперемешку со жгучим стыдом, от того что она позволила себе наслаждаться моими действиями.

- Как насчет ужина, котенок? - она явно не ожидала столь резкой перемены темы. - Или ты передумала и хочешь продолжить то, на чем я остановился? Я с удовольствием это сделаю, но боюсь, после этого я не смогу остановиться лишь на поцелуях. Что ты выбираешь?

Я знал ответ, но попытаться все же стоило.

- Я...мне нужно переодеться, - она вновь опустила свой взгляд, видимо поняв собственный промах: не стоило упоминать про раздевание.

- Зачем? Можешь просто снять свое платье, кроме меня здесь никого нет.

Черт, мне бы так этого хотелось, но из того, что я знаю о Синди, она еще не скоро будет расхаживать голой при мне. Мне предстоит адская работы. Притянув ее за талию, я осыпал поцелуями ее шею, слегка посасывая кожу, так, чтобы не было отметин. Она тут же уперлась мне руками в плечи, отталкивая меня. По ее телу прошла дрожь возбуждения, и она еле слышно простонала, и как бы мне не хотелось продолжить, я все же отстранился.

- Иди, жду тебя на кухне через пятнадцать минут.

Не хотелось бы, чтобы она заперлась от меня в комнате и просидела там весь вечер. Встав с моих коленей, она поплелась в дом с опущенной головой.

В столовой уже был накрыт стол с нашим ужином. Харди как всегда все предусмотрел. В ожидании Синди я мерил шагами комнату, пытаясь проанализировать, как вести себя сегодня вечером. Если я вновь на нее накинусь, она опять будет продолжать упрямиться, как бы ей все это не нравилось. А в том, что ее тело реагирует на меня, так же как и в ту ночь, когда я впервые почувствовал вкус ее губ, у меня не осталось сомнений после поцелуя на террасе. Мне стоило огромных усилий остановиться и не взять ее прямо там. Но ее взгляд после того, как я не дал ей кончить, определенно того стоил. Я не знал, что делать дальше. По моему гениальному плану: она не должна была сопротивляться. Согласившись на сделку со мной, она должна была осознавать, что секс является основой брака. Для меня уж точно. Возможно, не испорть я все вчера ночью, она бы вела себя по-другому. Чертов Харди умышленно спаивал меня, надеясь на мою отключку прежде, чем я доберусь до новобрачной. Но вчера вместо того, чтобы просто заснуть, я потерял над собой контроль опять же из-за выпивки. Мне предстоит уйма работы из-за вчерашней оплошности. И я понятия не имел, с чего начать. Обычно я не старался понравиться женщинам и как-то им угодить. Да это было и не нужно, так как они сами велись на мою внешность и деньги. Но Синди, казалось, это не волнует, и я не знал, что с этим делать. Я не хотел больше ждать – я и так потерял напрасно уйму времени. В конце концов, мы заключили сделку, и придется завтра ей об этом напомнить. Она согласилась, и пришло время платить.

Появившись на пороге столовой, Синди нерешительно остановилась. Подойдя к столу и выдвинув для нее стул, я сделал ей приглашающий знак, после чего она, молча села за стол. Опустившись напротив, я наблюдал, как она заправила влажные после душа волосы за уши и нервно облизнула губы. Я даже думать не хотел о причине, по которой она приняла душ. Так как этим поводом наверняка служили мои пальцы, побывавшие в ее трусиках, и их незаконченная работа. Мне бы и самому не помешал бы душ, желательно ледяной. Решив игнорировать ее в надежде на то, что она расслабится и нормально поест, я приступил к своему ужину. Пару минут Синди неотрывно глядела на меня, затем она все же принялась за еду. Мне казалось, эта пытка продлиться вечность: напряжение, что витало между нами, не давало забыться ни на минуту. Зная, что зрелище, как она ест, заводит меня еще больше, если такое возможно, я пытался не поднимать на нее взгляд, но мне с удавалось это с огромным трудом. Каждый раз когда ее губки обхватывали вилку, мое воображение представляло, что бы еще она могла так же обхватить своим соблазнительным ртом…

Витая в облаках в мечтах о Синди и о ее чудесном ротике, я и не заметил, что она закончила есть. Жена поднялась со стула, отнесла свою тарелку в раковину и принялась ее тщательно отмывать, как будто хотела протереть дырку в посуде. Мне казалось, она готова делать, что угодно, лишь бы не смотреть в мою сторону и не говорить со мной. И это начинало меня злить – такая напряженность отнюдь не способствовала исправлению сложившейся ситуации. Чтобы хоть как то успокоиться и вновь не сорваться на Синди, я решил поплавать. Но перед этим…

Почувствовав его руки на своей талии, принявшиеся нежно выводить круги животе – я тут же напрочь забыла о несчастной тарелке, которую усердно начищала.

- Продолжай, я ведь тебе не мешаю, котенок?

Это, скорее, был риторический вопрос, и даже если бы я попросила его прекратить меня гладить, он бы не послушался. И, если признаться себе честно, я вовсе не хотела, чтобы он убирал свои руки. Подняв мою кофту, он прикоснулся к оголенной коже моего живота, от чего меня прошил знакомый электрический импульс. Я не понимала, что со мной происходит. Почему я позволила творить такое Брайану со мной на террасе? Именно: позволила - я даже и не думала упорствовать, вместо этого, я сама льнула к нему, как не знаю, кто. Нет, это была не я. Тихая и скромная Синди Эндерсон, которая ни разу даже не побывала в комнате для наказаний, не повела бы себя подобным образом с мужчиной, даже если этот мужчина и являлся ее мужем. Но стоило ему прикоснутся ко мне, и я теряла себя. Вместо меня появлялась страстная ждущая его ласк женщина, которую, мне казалось, я смогла прогнать той ночью, когда по ошибке поцеловала Брайана. Но сейчас она вернулась вновь, благодаря Брайану. Как я могла любить одного, а желать другого? Это ненормально, особенно после случившегося, когда он грубо овладел мной впервые. Теперь по логике вещей я должна была его бояться, а не таять от его ласк. Но сейчас, когда я чувствовала на себе его руки, а его губы путешествовали по моей шее, я не ощущала никакого страха - только желание медленно, но неотвратимо распространяющееся по моему телу. Все эти годы, когда видела Брайана, я удерживала себя, не давая воспоминаниям о той сладкой ночи заполнить мою голову. Каждый раз при попытках Джоша сблизиться со мной физически, я убеждала себя, что мой отказ и моя реакция на его близость не имеет никакого отношения к тем событиям. В миллионный раз я убеждала себя, утопая в самообмане, будто мне только все привиделось, а те невероятные ощущения, которые подарил мне Брайан, являлись исключительно плодом моей больной фантазии. Джош при всем старании не мог мне подарить подобного удовольствия, как бы я этого не желала. Но сейчас, когда эти ощущения и то блаженство, которое я однажды получила, повторились, я не могла себе больше лгать. Все дело в Брайане и в реакции моего тела на него. И это пугало - я не хотела этого испытывать, это было неправильно.

Отодвинув волосы одной рукой, он поцеловал меня за ухом, что заставило меня задрожать от переполняющего меня возбуждения, от которого, как мне казалось, я избавилась не так уж и давно, и которое он вновь во мне пробудил.

- Я собираюсь окунуться перед сном. Ты как?