Мила Младова – Муж моей подруги (страница 5)

- Ой. Здравствуйте!

- У вас было время подумать о нашем предложении?

- Андрей Семенович, честно говоря, у меня пока совершенно нет свободного времени. Я еще даже Максиму об этом не говорила. Школа закончится, и тогда я…

- Я не хочу вас торопить. Не спешите. Мы и не ожидаем, что вы приступите к работе раньше сентября.

- Это хорошо.

- Не хотите зайти к нам в офис и со всеми познакомиться?

- Возможно, позже.

- Хорошо. Будут вопросы - звоните. Надеюсь, до скорой встречи!

Я смотрю в пространство, кусаю губы, барабаню ногтями по столешнице, затем выливаю свой кофе в раковину, завариваю ромашку, сажусь напротив окна и начинаю успокаивать себя мыслями о скорой поездке в Сочи. Мы ездим туда каждый год после того, как моя тетя оставила мне там свой домик. Своих детей у нее не было, а меня она обожала.

Во многих отношениях в Сочи я больше являюсь собой, чем здесь. Там я другой человек. Более свободный, открытый. Менее скованный.

Здесь я не могу уединиться, спрятаться от посторонних глаз. Здесь меня постоянно преследует желание что-то изменить, сделать что-то… дикое.

Что бы я ни хотела сделать, я не могу осуществить это здесь, где могут увидеть соседи. Я люблю нашу жизнь тут, но иногда меня угнетает тот факт, что я должна быть примерной матерью, женой, сотрудницей, подругой. По мере того как я становлюсь старше, это чувство ответственности все больше давит на меня. И оно очень меня тревожит. Я как будто просто ношу на себе эту маску сотканную из приличий, но внутри меня бушует пламя страстей.

И только Кира Степанова знает об этом.

Если бы меня спросили, кто знает меня лучше всех, я бы, конечно, назвала Максима. Мы женаты пятнадцать лет. Он видел меня в разных ситуациях. У нас двое детей.

Но Кира увидела скрытую сторону меня, ту, о которой Максим не знает. Дикую сторону. Именно Кира всегда подстрекала меня наслаждаться той толикой порочности, которая осталась в моем стареющем ответственном теле. Конечно, я отплатила ей тем же.

Однако ни Кира, ни Максим не знают обо мне всего. У меня есть несколько секретов от них обоих. Например, я не говорила им, что меня зовут на работу. Кира точно будет уговаривать меня согласиться. И, независимо от того, соглашусь я на эту работу или нет, она поймет. Во многих отношениях она понимает меня больше, чем Максим. Но как долго я смогу продолжать лгать ради нее?

Глава 6

Лето 2010 года

В тот первый год в Краснодаре Максим практически жил в редакции. Я все понимала. И в целом я была довольна, вила свое гнездышко, писала статьи, когда Максим нуждался в моей помощи, и при этом у меня было достаточно времени, чтобы до безумия любить своего дорого птенчика.

Тем летом Максим был судьей футбольного матча, организованного газетой для детей сотрудников. Я подумала, что Рите было бы интересно понаблюдать за своим отцом, а для меня было за счастье просто выйти из дома. Я надела летнее платье в цветочек, а Риту нарядила в желтый спортивный костюм. Для своей любимой куклы Даши она тоже подобрала желтый наряд.

- Ну что, Солнышко? Поехали? - сказала я Рите.

- Ну что, Солнышко? Поехали? - сказала Рита Даше.

Когда мы доехали до стадиона, и я вынесла ее на руках из автобуса, она начала извиваться, настаивая на том, чтобы идти пешком. Когда мы приблизились к трибунам, мое сердце воспрянуло при виде широкого зеленого поля под безоблачным голубым небом.

- Видишь папу? - воскликнула я, указывая на Максима. - Он стоит у забора.

- Видишь папу? - спросила Рита у своей куклы. - Помаши папе, Даша.

- Рита!

Маша, одна из подружек моей дочери, заметила ее, подбежала к нам и повела ее к группе маленьких девочек. Я присоединилась к матери Маши.

- Я хотела, чтобы Рита посмотрела на папу в роли судьи.

Ленка улыбнулась.

- А я подумала, что Маша захочет поболеть за Игоря. - Она кивнула в сторону своего девятилетнего сына, бегающего по зеленому газону. - Всякий раз, когда народ аплодирует, она кричит «Вперед, Игорь!», даже когда забивает другая команда.

Я рассмеялась.

- Они, наверное, слишком маленькие. Ну хотя бы погреются на солнышке!

Я села на трибуну и оперлась локтями о колени. Максим не видел меня, он был сконцентрирован на игре.

- Давай, Мишка! Ты сможешь - Женщина рядом со мной кричала так сильно, что ее голос стал хриплым. – Извините, что я так кричу, – сказала она мне. - Я ничего не могу с собой поделать.

На второй половине поля тоже играли в футбол. Игроки были студенческого возраста, все они были высокими, худощавыми и уже загорелыми. Наблюдая за одной молодой девушкой в красной футболке и очень коротких шортах, которая вертелась и металась между двумя молодыми людьми. Я не понимала, как она могла сосредоточиться на игре среди таких красавчиков!

Как раз в этот момент Митя Степанов промчался мимо трибун. Его мать бросилась за ним. Кира подхватила сына на руки, вытащила у него из рук банку газировки и направилась ко мне. На ней было простое платье лимонного цвета, а ее светлые волосы были стянуты сзади зеленой лентой.

- Тут играет знакомый мальчик, - сказала она, покачивая Митю на бедре и вытирая ему лицо салфеткой. - Митя обожает Гришу.

Я рассмеялась.

- Мой муж - судья. Я подумала, что Рита захочет посмотреть на него, и посмотри, где она в итоге.

Я указала на тенистое место под трибунами, где Рита и Маша играли в куклы, футбол им было совершенно безразличен.

- Который из них твой муж?

Я указала на Максима. В этот момент кто-то объявил тайм-аут, и Максим вытер пот с лица, его черные кудри были растрепаны.

- Он очень милый, - сказала Кира.

- Я тоже так думаю. Он выглядит еще лучше, когда помоется.

- О, они мне даже нравятся такими, - сказала Кира, и, прежде чем я успела ответить, Митя заерзал.

Она опустила его на землю; он убежал, и она последовала за ним.

Я наблюдала за игрой. Какой-то мальчик в синей форме пнул мяч в ворота, но промахнулся. Мяч ударился о штангу, и его перехватил худой мальчик из команды красных. Худой мальчик ударил по мячу с такой силой, что тот перелетел через все поле и залетел в ворота.

Мальчик в синей форме, не сумевший забить гол, был готов расплакаться.

- Паша.

Я повернулась и увидела, как молодой человек лет двадцати подошел к полю и подозвал мальчика в синей форме.

- Иди сюда.

На молодом человеке были джинсы и белая футболка с какими-то надписями. У него были широкие плечи, плоский живот. Наверно, старший брат мальчика.

Он облокотился на ограждение. Его руки были мускулистыми, а светлые волоски на них блестели на солнце.

- Ты чего нос повесил? Со всеми бывает!

- Я всех подвел, - сказал Паша.

- Ничего страшного, бывает! Зато всю остальную игру ты хорошо держался, - он присел на корточки, чтобы быть на одном уровне со своим младшим братом. - Давай, соберись. Забудь о том, что произошло. Сосредоточься.

Когда Максим в последний раз надевал джинсы? Я не могла вспомнить. Что такого сексуального было в джинсах? Брат расстроенного Паши, не обращал внимания на то, как джинсы подчеркивают изгиб его бедер и аккуратную выпуклость в промежности.

Мне захотелось провести своими прохладными ладонями по его горячей спине. Приподнять его футболку и увидеть, как блестят на солнце завитки волос на его груди, животе и паху. Смутившись, я заставила себя отвести взгляд от молодого человека.

Словно притянутый туда ее собственным магнетизмом, мой взгляд остановился на лице Киры. Она одарила меня улыбкой, полной озорства и дерзости. Она пошевелила бровями и посмотрела на сексуального брата Паши, затем снова посмотрела на меня и кивнула. Она точно знала, о чем я думала. Она тоже так думала. Я громко рассмеялась и на несколько секунд почувствовала себя свободной от своего образа ответственной матери и жены.

Через несколько дней после футбольного матча позвонила Кира и пригласила нас с Ритой в гости.

- Наденьте что-то, что не жалко, - сказала она мне. - У нас слишком привязчивый щенок.

Когда мы подъехали, Кира уже ждала нас у своего шикарного дома, держа на поводке жизнерадостную колли. Ее светлые волосы были собраны сзади в хвост, на ней были потертые джинсы и блузка с коротким рукавом.

Рита отступила назад, обняла мои ноги и посмотрела на собаку, которая нетерпеливо скулила и извивалась.

Кира присела на корточки, чтобы быть на одном уровне с моей дочерью, крепко обхватив одной рукой пушистого щенка.

- Привет. Ты, наверное, Рита. Я Кира. А это Изольда. Она не кусается, но любит запрыгивать на людей.