Мила Младова – Муж моей подруги (страница 4)

- Может быть.

Она направилась к своему сыну.

Мне хотелось плакать. Это была самая интересная женщина, которую я встретила с тех пор, как переехала в Краснодар, первая женщина, с которой я почувствовала мгновенную связь, - а я настроила ее против себя.

- Ты такая дура, - пробормотала я себе под нос.

- Вы что-то сказали? - спросила меня заведующая детским садом.

- Я сказала, что нам пора идти, - резко ответила я и пересекла комнату, чтобы взять пухлую ручку моей дочери.

Ночью, лежа в постели, я рассказала Максиму о своей встрече с Кирой Степановой. Мы лежали в темноте лицом друг к другу. Мы могли разговаривать так часами. Кровать была основой наших отношений: здесь мы занимались сексом, здесь мы нянчили нашу дочь, здесь мы обсуждали работу. Иногда мне казалось, что наша спальня была центром всего мира.

- Она мне очень понравилась, но я боюсь, что обидела ее.

- Нет ничего оскорбительного в том, что ты хочешь написать о ней статью. Может быть, она просто стерва.

- Нет, Максим, - настаивала я. Я не знала почему, но я хотела, чтобы моему мужу понравилась Кира Степанова, или, по крайней мере, чтобы она не вызывала у него неприязни.

- Я думаю, она решила, что я подошла к ней специально. Сначала втерлась в доверие, а потом внезапно стала навязчивой журналисткой.

- Юля. Она не стоит твоих переживаний, - сказал Максим, зевая.

Я долго лежала без сна после того, как дыхание Максима стало более глубоким. Я завидовала способности моего мужа мгновенно засыпать.

Глава 5

Май 2021 года

До конца учебного года осталось меньше недели. Кашель Вани исчез. Он хорошо ест и полон энергии. Я заплетаю волосы Риты, пока Максим готовит на завтрак яичницу с помидорами.

- Папа, - стонет Ваня. - Фууу. Я же ненавижу помидоры!

- Помидоры очень полезные. Если хочешь вырасти, надо есть овощи! - Максим использует свой самый заискивающий голос.

- Я не люблю помидоры! Они становятся коричневыми и противными, когда их жарят! Я хочу печеньку!

Из-под стола доносится звук рвоты.

- Отвратительно, мам, - теперь стонет Рита. - Дуську снова вырвало.

- Дуську снова вырвало! - Ваня передразнивает сестру, хихикая.

Максим - мастер переговоров, как дома, так и на работе.

- Ваня, вот что я тебе скажу. Я дам тебе одну печеньку, если ты пообещаешь съесть помидоры, хорошо?

- Хорошо-о-о...

Ваня всем своим видом демонстрирует ужасные страдания.

- Вуаля, Ритуся. Твоя прическа готова.

Я легонько целую Риту в макушку и отворачиваюсь, чтобы налить себе еще кофе.

Рита спрашивает:

- Может быть Дуська отравилась?

- Выходим через пятнадцать минут, дети, - говорит на это Максим.

Звонит мой телефон. Голос Киры на другом конце звучит бодро.

- Ну что? Сегодня все в силе?

- Кира! Не делай этого, - шепчу я.

- Отлично! Я скоро заеду за тобой.

- Кира…

- Мама! - кричит Ваня. - Я не могу найти свои сандалики.

- Кир, я занята.

- Замечательно, - щебечет Кира. - Я приеду к часу, хорошо? До встречи!

Я вешаю трубку и говорю Ване:

- Твои сандалики на нижней полке.

- Спасибо!

Ваня улыбается и убегает в прихожую.

- Ты отведешь Ваню на футбол? - спрашивает Максим, заходя на кухню с пачкой каких-то бумаг в руках.

- Конечно.

Без предупреждения у меня в животе образуется огромный пузырь страха. Мое сердце учащенно бьется. Я сейчас упаду в обморок.

- Мам, мне нужно заплатить за экскурсию, мы с классом пойдем в краеведческий музей, - говорит Рита.

- Попроси деньги у папы.

Мои губы холодные. Кончики пальцев тоже ледяные. Бюстгальтер стягивает мою грудь. Схватив бумажные полотенца, я опускаюсь на колени и сосредотачиваюсь на дыхании.

- Мамочка, что ты делаешь? - спрашивает Ваня.

- Убираю за Дусей.

Я слышу голос Риты.

- Можно Жанна придет к нам с ночевкой в пятницу?

- Конечно. - Мое сердцебиение замедляется. Давление в груди и голове медленно ослабевает. Мне становится легче дышать. - Но только после занятий в музыкалке, прогуливать я тебе не разрешаю.

- Я помню.

Рита вздыхает. Она сама хотела записаться в музыкальную школу, но в последнее время ходить туда ей явно не нравится, поэтому мне приходится ее контролировать.

Я осторожно поднимаюсь, не желая нарушать равновесие. Выбрасываю грязные полотенца, мою руки и запечатлеваю поцелуи на лбах своих детей.

- Хорошего дня.

Максим наклоняется, чтобы поцеловать меня на прощание, и они всей компашкой выходят из квартиры.

Я стою на своей грязной кухне, такая измученная, как будто только что разгружала вагоны. Схватив телефон, я звоню Кире. Она не отвечает. Я отключаюсь.

Тут же раздается звонок. Я хватаю трубку.

- Ты почему не отвечала?

- Это Андрей Махнев.

Его голос глубокий и властный.

Я стою, застыв, как ошалелый заяц.