Мила Любимая – Шторм в моём сердце (страница 52)
С мясом отрываю свой взгляд от Карины. Это не очень-то просто, на самом деле.
Белая рубашка с высоким воротником и наглухо застегнутыми пуговицами лишь распаляет мою безумную фантазию. В своих влажных мечтах я давно сорвал с неё эту бесполезную тряпку. А ещё уложил девчонку на стол и взял во всех допустимых и запретных позах.
Да, батенька, кроет вас конкретно. До того нафантазировал, что низ живота потянуло, а в штанах всё стало горячим и каменным. Благо, из-под стола никто моего эпического позора не видит.
Что называется, приплыли.
— Круто было бы с ней зависнуть, — раздается голос Макса.
— Что?
— Я говорю, интересно, какая она в постели? А может, эта вишенка только и ждет, чтобы её кто-то сорвал?
Да поздно уже. Моя вишенка. Моя!
Молчу, сжав зубы, потому что если начну говорить, то ни к чему хорошему это не приведет. Последние пять минут мне только и хочется, как отправить Золотарева в полный нокаут.
— Дэн, — Макс пихнул меня в бок и хитро подмигнул. — Давай пари, м-м-м?
КАКОЕ НА ХРЕН ПАРИ?!
— Ты спятил?
— Ну а что, совместим приятное с полезным. Я слышал, систер Кира тебя конкретно продинамила. Попробуй взять реванш. Разумеется, если я не возьму её первым.
Моей выдержки ничтожно мало, чтобы продолжать держать себя в ежовых рукавицах. Руки сами собой сжались в кулаки, и я едва подавил желание врезать Золотареву.
— Не, я пас. Тем более, у неё бойфренд есть.
— Ты про того с клюшкой? — Макс усмехнулся. — Расслабь булки, не отсвечивает уже.
— А я и не напрягаюсь. Но парень у неё есть, проверенная инфа. Запалит тебя, с челюстью можешь попрощаться.
— П-ф-ф! — фыркнул Макс. — Мы это ещё посмотрим, Дэн. Не стенка, подвинется. Так как?
— Никак.
— Ах да, ты же у нас большой моралист, Дэн. Ну-ну.
Антилопа-гну. Реально достал, сам напрашивается.
— Держись от неё подальше.
— Чего? — недоверчиво переспрашивает этот клинический дебил.
Наклоняюсь к нему и тихо, но отчетливо повторяю:
— Держись подальше от Карины Вершининой, если не хочешь оказаться в больничке, заново отращивая свои кости. Так понятно?
— Более чем, — он усмехнулся и встал. Очень вовремя к нам приблизились Динара и Виолетта. — Только, Решетов… теперь нагнуть её реально спортивный интерес.
Да чтоб вас.
Такой ему спортивный интерес устрою, на веки вечные с физическими нагрузками любого типа завяжет.
Девчонки садятся по обе стороны от меня, что-то начинают бессвязно пищать, ещё больше раздражая меня. Каждая пытается перетянуть одеяло на себя, то есть завладеть моим вниманием.
Всё ни то, они ни те.
Представляю, как Макс начнет тянуть свои лапы к моей Пироженке и меня выносит окончательно. Без скафандра в открытый космос. Босиком по стеклам и осколкам Млечного Пути по одной простой причине – я идиот.
Без понятия, что сейчас происходит.
То ли включился режим собственника, то ли что-то другое, но я не уступлю мою Карину Максу. Я не уступлю её никому.
— Дэн? — шепчет на ухо мне Виолетта. — Может, уже пойдем? У меня сегодня родителей нет дома.
А я смотрю в её глаза и не вижу ничего настоящего. Ни капли искренности, в этой девчонке тупо нет души. В ней нет ничего. Та же, в ком заключался целый мир, всегда находилась у меня под боком.
Я был катастрофически слеп…
— Хочешь иди, — пожимаю плечами. — Впрочем, лекция уже подходит к концу, так что я тоже поеду.
— В смысле?
— В смысле отдельно. Ты к себе домой, я к себе.
— Н-но…
Она не понимает, что происходит. Я, признаться, тоже. Но точно знаю, чего хочу. Вернее, кого.
Студенты постепенно начинают расходиться. Надо успеть поймать Карину.
Она проходит мимо меня, словно окатив без предупреждения с головы до ног крутым кипятком. Кажется, я ещё долго не смогу себе позволить встать из-за стола.
Короткая расклешенная юбка, сапоги на небольшом каблуке, волосы собраны в хвост на затылке. Я бы мог вечно смотреть на неё. Хотя нет, хочу уже закинуть эти ноги себе на плечи, а не довольствоваться визуальным вылизыванием любимого силуэта.
— Динара, свали в туман, — шипит Виолетта чирлидерше. — Не видишь, у нас тут разговор тет-а-тет.
— Почему я?! — взвилась на дыбы та.
К моей удаче, Динару утащили за собой девчонки из группы поддержки. У них соревнование на носу, тренировки и репетиции, все дела. Хвала «Золотому кубку» чирлидинга.
Одной проблемой меньше.
— Дэн, я не понимаю! Объясни мне, что случилось! У нас… что между нами происходит?
— Ничего, — коротко отвечаю и встаю, подхватывая со стола телефон. — Прости, Виолетта, но между нами ничего нет.
Вышел из аудитории, явно недооценив однокурсницу. Она помчалась вслед за мной, вцепившись в мой локоть. Ещё немного и расплачется. Впрочем, на неё мне стало тупо плевать в тот момент, когда я увидел в коридоре Макса и Карину. Этот смертник что-то лил ей в уши с блаженной улыбкой на губах.
Мозг будто выключился, а глаза заволокло густой пеленой ярости вперемешку с ревностью.
Да, я её ревновал. И никак иначе это не назвать. Теперь даже понимаю Кира, который каждому второму был готов переломать кости за Фиалку в своё время, не исключая из этого списка жертв и мою скромную персону.
Всерьез начала подумывать над тем, чтобы закатать Макса в трехлитровую банку.
— Дэн! — ревет Виолетта, её нисколечки не смущает размазанная тушь. — Что произошло? Что я сделала не так? Ты только скажи, как исправить и я…
Вот что в голове у этих баб? Ей прямым текстом говоришь – всё, а она готова в ногах валяться, реально. Никакой гордости и самоуважения нет.
— Виолетта…
— Что, наигрался? — взвыла блондинка. — Да?! Да?! Козел!!!
Устало вздохнул.
Наконец, ей надоело строить из себя обиженную невинность, и она бросилась в туалет, сыпля направо и налево проклятия.
А дальше я, как гребаный сталкер со стажем проследил за Дашей и Кариной. Убедился, что девчонки сели в машину и уехали. Причем в гордом одиночестве, без Золотарева. Не буду говорить, какое облегчение испытал при этом.
План был проще пареной репы – вернуть Вершинину.
Просто вернуть её себе.