Мила Любимая – Прежде чем мы разобьёмся (страница 49)
— Как будто не знаешь, что мы давно расстались.
Весело…
— П-ф-ф! Откуда мне?
— Ну да, — хмыкнула Регина. — Всё время забываю, что вы словно кошка с собакой.
— Сойдетесь, — взял в руки акварельный карандаш. — Как обычно.
— На это раз нет. Он нашёл другую…
Регина откинула назад длинные тёмные волосы и вперила в меня свой непроницаемый взгляд из-под густых наращенных ресниц. После она наигранно вздохнула, взяла со столешницы свой телефон, разблокировала его и повернула экраном ко мне.
Оттуда смотрела блондинка с яркими голубыми глазами и улыбкой, сверкающей как грёбаный звездопад. Симпатичная… и совершенно не похожа на Филатову. Какая-то настоящая, что ли.
— Маша Савельева, — со злостью и ядом выплюнула Регина. — Староста нашей группы. Нудная выскочка… что только он нашёл в ней?
— Откинь в сторону внутреннюю стерву. Она красивая. И, очевидно, умная.
— Я тебя умоляю, Ян… кому это интересно? — она посмотрела на мой холст и перегнулась через плечо, пытаясь лучше рассмотреть. — А это кто?
— Неважно.
С мольберта на меня смотрело лицо Пожаровой. Я и сам не понял, как это у меня получилось. И в какой конкретно момент начал писать именно её.
Дьявол.
Эта ведьма уже все ментальные каналы собой заполнила.
— Дай телефон, Филатова.
— Зачем?
— Я тебя не ноги прошу раздвигать. Дай грёбаный телефон.
— Лечиться тебе надо, Ян. Псих.
Но смартфон всё-таки протянула, с издевательской усмешкой наблюдая за моими действиями.
А что я?
Готов сам ржать над тем, куда вдруг скатился. Если это не дно, то я не знаю, что это тогда.
Это уже нифига не смешно. Меня ломало по Пожаровой по полной, мать её, программе.
Нажал на иконку знакомой социальной сети и вбил в поиске её ник. К моему счастью, булочка выложила несколько фото.
И да, она действительно умотала к чёрту на куличики.
На одном снимке она позировала на фоне голубого деревянного домика, на втором — сидела на больших садовых качелях в кругу яблонь и смородиновых кустов, на третьем забралась на стог сена и улыбалась во все тридцать два зуба, а на четвёртом стояла в обнимку с рыжеволосым долговязым парнем, лицо которого было сплошь усыпано веснушками.
Что за хрень?!
У меня реально все внутренности вспыхнули, и пожар внутри разгорелся с новой силой от одной только мысли о том, что готов с ней сделать.
Скопировал геолокацию и отправил себе…
— Девушка появилась? — хохотнула Регина, забирая телефон.
Скорее смылась. Но за это она ещё получит по заднице. Уже через какие-то десять часов.
— Лучше сделай что-нибудь со своей мазнёй в духе посредственного экспрессионизма.
— А ты её ревнуешь, — озвучила Филатова мои собственные мысли.
Ревную.
Потому что МОЁ — значит МОЁ.
Я не собираюсь ни с кем делиться Пожаровой. И плевать, что думает об этом сама Аврора.
Глава 27. Давай поговорим
— Не останавливайся! — в исступлении кричу я. — Возьми меня!
— Я ещё никогда и никого так не хотел, — хрипло отвечает Ян, покрывая моё лицо беспорядочными поцелуями.
И каждое его слово отдаётся микро-оргазмами в моём грешном теле, которое сейчас просто адски ноет от невыносимой огненно-сладкой боли.
Задыхаясь от желания и без остатка растворяясь в бездонном омуте страсти, я… просыпаюсь.
Дьявол!
Неудовлетворенно простонав, со злостью отшвырнула от себя подушку, так что она улетела в дальний угол комнаты.
ЭТО. ПОЛНАЯ. ЗАДНИЦА.
Даже во сне я его хочу.
Даже во сне я не могу сопротивляться гребаному Яну Сотникову.
Моё тело достигло самой крайней точки кипения. Мне нужна долбаная разрядка. Пришлось опуститься до банальной мастурбации. Где я с закрытыми глазами представляю в своих мыслях ненавистное и прекрасное лицо Яна, и трогаю себя так, как делал это ОН…