Мила Любимая – Любимая девочка Мажора (страница 10)
Самое интересное, почему я? Почему снова я, чёрт побери? Пальцем щёлкнет и к нему ни то что весь универ с радостью сбежится, а половина города в придачу. Девочки его просто обожают.
Конечно же! Тоже была такой. Залипающей, влюбленной наивной дурочкой с разбитым сердцем. Никита просто не мог не нравится – красивый и опасный плохой парень, который мог надрать задницу любому. Ему и дорогу-то редко кто переходил.
Когда-то польстилась на красивые глаза, мужественное и сексуальное тело, непревзойденный ум и очаровательный юмор Тарасова. Не слушала никого вокруг и придумала себе образ благородного во всех отношениях героя. Вот только он никогда не был рыцарем без страха и упрёка.
Получил от меня всё, что нужно, перешагнул, растоптал мою любовь в едкий пепел и оставил после себя пустоту. Кромешную, полыхающую ядом пустоту. И что бы он сейчас ни сказал, чтобы ни сделал… не поверю ни одному слову. Истина в одном – девочкам вроде меня стоит держаться подальше от таких парней. Закон жизни.
День хоть и начался отвратно (в постели Ника!), но особенно страшных событий не предвещал. Переоделась без лишних приключений, пусть моё платье оставляло желать лучшего. Мятое, с порванным рукавом и пропахшее дымом от костра. Да уж, без него точно было лучше.
— Мира? — неожиданно раздался за спиной голос Авдеева. — Можно тебя на минуту? Пожалуйста.
Разговаривать с бывшим парнем не улыбалось. От слова «совсем». Вот что он может сказать, кроме простого и очевидного? Не вижу смысла сотрясать воздух лишний раз. Вчера сам расставил все точки над «и». Весьма доходчиво объяснил, кто я, а кто он. Девочка по абонементу и мажор, которому всё можно.
— Привет, Егор, — спокойно развернулась к нему, но внутри бушевал смертельный торнадо. — Думаю, нам больше не стоит поддерживать каких-либо отношений. В том числе, и просто разговаривать.
— И что, это всё? — он порывисто подходит ближе, хочет дотронуться до меня, но я держу безопасное расстояние между нами. — Пожалуйста, дай один шанс! Мира, знала бы ты, как мне стыдно, как жалею о своих словах. Был не в себе, когда говорил тебе всю эту чушь. Я ведь тебя…
О, господи! С чего он решил, что поверю в бред сумасшедшего? Услышав лживое «люблю», по крайней мере, раза три, уяснила для себя, что Тарасов не самое худшее за последние сутки. Он хотя бы предельно честен и до ужаса напорист.
А дальше пошла куча нелепых оправданий, ненужные извинения, километры сказочной лапши на уши. Всё у этих мужиков до невозможной степени просто. Захотел – унизил девушку, захотел – забрал свои оскорбления назад. Вот только так не выйдет. И я слишком уважаю себя, чтобы повестись на сладкие и обманчивые речи. Был хороший учитель. Дьявол с изумрудными глазами с именем на букву «Н».
— Всё кончено, — оборвала парня грубее, чем хотелось. Но продолжать оставаться милой и хорошей девочкой больше не могла, не хотела. — Егор, ну можно догадаться, что после вчерашнего мы никогда…
— И чем же он лучше? Его ты простила. Я даже готов опустить момент, что застал тебя в спальне лучшего друга, Мира. Слышишь, готов?!
Чего-чего? Готов он? К чему, блин?
Застал, ага. Просто поражаюсь бесконечной наглости некоторых индивидуумов. Завидная супер-способность, у меня так точно в жизни не получится. Да, Авдееву не на физмат надо было поступать, а в театральный. Шикарный актёр пропадает.
А если без шуток, то это начинает дико утомлять. Не знаю, что там на уме у двух якобы лучших друзей, но их фатальная одержимость мной пугает. Буквально до дрожи. Не желаю быть между ними. Игрушкой, которую два мальчика не могут поделить, как лопатку в песочнице.
Егор скользит взглядом по футболке Тарасова в моих руках, по не заправленной постели, полирует взглядом пространство за моей спиной и выглядит почти, как сам чёрт во плоти. Мамочки, и этого парня я считала идеальным? Хорошим, с которым надёжно и спокойно? Официально заявляю – выбирать не умею!
— О, — Авдеев расплылся в снисходительной улыбке. — Быстро вы успели, ребят. Я и не думал, что у тебя вышло зайти так далеко. Высший балл, Ник.
Ник?
О, господи! Устроили тут дешёвый бразильский сериал! Мамочки, домой хочется.
Бросила быстрый взгляд назад, а потом повернулась обратно к Егору, собираясь поставить точку в наших отношениях раз и навсегда. А Тарасов, будет отсвечивать, тоже огребёт по первое число. Я уже на той стадии раздражения, когда гори всё синим пламенем.
— Кхм, — Егор по-настоящему недобро усмехнулся и упал на ближайшую горизонтальную поверхность. — Знаешь, умываю руки. Кажется, на этом поле мне точно уже ничего не светит. Но… слегка волнует один вопрос. Ты уже рассказал ей, Ник?
Минуточку, что рассказал?
Если бы только знала, что ответа на этот вопрос мне лучше бы совсем не слышать.
Где-то тут подсознание начало тревожно звонить в колокола, предупреждая об опасности. Но нет бы послушать, да сделать соответствующие выводы, а поступила в корне наоборот.
Авдеев одной своей фразой запустил цепную реакцию. При всём желании уже не могла соскочить с умело заброшенного крючка. Проглотила наживку, словно глупая рыбка.
— Ну, Тарасов, давай, — продолжает издеваться Егор и это явно доставляет ему большое удовольствие. — Нехорошо заставлять ждать красивую девушку.
— Князева, тебе пора, — напрочь игнорирует его Ник. — Шуруй.
Значит, у него правда есть что мне сказать. Ни то чтобы в другой ситуации он не способен выставить кого-то за дверь, но прямо нутром чую электрическое напряжение между этими двумя. И, кажется, всему причиной именно моя скромная персона.
От этого в душе расползалось какое-то страшное, липкое и неприятное ощущение. От проклятых мажоров чего-угодно можно ждать. Однажды стала трофеем для одного и повторять своих ошибок не намерена. Но мне очень нужно знать, очень!
— Значит, не сказал, — усмехнулся бывший и радостно потёр ладошки друг о друга. — Знаешь, будет честно поставить нас в равноценное положение. Чтобы Мира смогла сделать свой выбор в пользу кого-то. Разумеется, если наша девочка не хочет поэкспериментировать в…
Господи, как же он жалок! Весь ядом так и полыхает, ещё чуть-чуть взорвётся и накроет своей отравляющей токсичностью всех окружающих. Каждое слово направлено, чтобы унизить меня, сравнять с землёй только потому, что сам был послан далеко и надолго. С парнями нечто странное происходит, когда им «нет» говоришь. Страдает больное эго. И совсем не важно, что это он кувыркался с другой девушкой.
Ни о каком выборе и речи быть не может. Ещё и это его «наша девочка» … я фигею! Прививку от мании величия кое-кому забыли сделать.
— Авдеев, — Никита медленно подошел к другу и поднял его с дивана буквально за шиворот. — Свали по-хорошему и не отсвечивай. Я не собираюсь делить с кем-либо Мирославу и уж тем более с тобой.
— Всё-то у тебя получается, Ник. Любая девчонка на шею кинется с тупой улыбкой, — Егор зло оттолкнул его. — Даже та, которую ты сломал на несколько частей.
Ау, я вообще-то здесь! Может, хватит уже за спиной обсуждать, будто куклу?
— Мирочка, — не успокаивается проклятый бывший и теперь смотрит прямо на меня. Глаза в глаза. — Быстро же отдалась ему. А ты знаешь, солнышко…
Но ответа на свой самый главный вопрос так и не получила, потому что Никита одним движением выставил Авдеева за дверь. И для надёжности щёлкнул замком, снова запирая нас один на один. Знаете, в моей жизни было очень мало вечеринок, но эта самая отвратная.
— Объяснишь? — спросила, не особенно надеясь, что Тарасов хоть раз в жизни решит быть честным. — Имею право знать.
— Князева, с чего ты вообще взяла, что я должен отвечать на твои глупые вопросы?
Ох, простите! Забыла, с кем имею дело. И о чём только думала?
— Никита, ты совсем не изменился, — тяжело выдохнула и решительно направилась к двери. — Такой же невыносимый, наглый…
Ник прижимает меня к двери своим телом, заранее скрутив руки за спиной, чтобы сопротивляться толком не могла.
— Что ты вытворяешь? — выгибаюсь дугой в его объятиях, но делаю только хуже. Учитывая, как жадно заблестели глаза мажора. — Отпусти! Отпусти меня!
Сердце от страха выбивает какую-то глухую дробь, а разум твердит, что Ник большой мальчик, который вряд ли захочет остановиться на невинных поцелуях. Мне никаких сил не хватит, чтобы его остановить. Значит, надо быть умнее и хитрее.
— Князева, — он тяжело вздохнул. — Не буду я тебя трогать. Сейчас.
А знаете, это очень обнадёживает. Особенно «сейчас».
— Тогда какого?
— Хочу, чтобы ты успокоилась.
— Я совершенно спокойна, — и на губах Ника заиграла самодовольная улыбка. — Буду, когда прекратишь меня лапать своими конечностями. Ты, как маньяк, Тарасов. До тебя вообще доходит? – Я не хочу, мне противно!
— Малышка, не провоцируй, — наклонился ниже и слегка прикусил за мочку. Язык скользнул внутрь ушной раковины, заставляя потерять связь с реальностью. — Шш, не дёргайся.
— Ник, — выдыхаю со стоном, но он только продолжает свою сладкую, мучительную пытку. — Пожалуйстааа…
Сильно прикусила нижнюю губу, потому что его наглые и такие решительные губы спускались всё ниже и ниже, руки давно затекли в стальной хватке парня, а тело горело от уверенных и горячих ласк.
Хочет и берёт.
— Остановись! — стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно твёрже. — Тарасов, имей совесть!