Мила Лимонова – Ведьма домашнего очага (СИ) (страница 11)

Завтра… Я задумалась. Надо в расписание глянуть, конечно. Сомневаюсь, что у Летисии будет время толком помочь мне, но, по крайней мере, кое-что рассказать она сможет. Да и идея одна возникла.

– Я, наверное, загляну на чердак. А, да, я тут ключик нашла, – сказала я, вытянув свою находку за ленточку. – Не знаешь, от чего он?

– Нет, – наморщила лоб Летисия. – Хотя есть ощущение, что я его где-то видела…

ГЛАВА 16. Вещи на чердаке

Я не торопила Летисию, хотя мысленно посылала ей сигналы: “Ну, ну, давай, вспомни! Вдруг это что-то важное?”

Не знаю, почему я вдруг решила, что этот спрятанный ключ имеет какое-то значение. Мало ли, вдруг он вообще от старых хозяев особняка остался. И замок, который ему положено открывать, давно потерян и сломан. А в вазу его засунули совершенно случайно, без какого-то умысла.

Но все равно, эти в высшей степени рациональные предположения заглушал какой-то внутренний голос, подсказывавший, что здесь точно есть какая-то тайна.

– Я нашла его в вазе, – сказала я наконец, прервав повисшее молчание. – Такая красивая, фарфоровая, горлышко с раструбом…

– Вазы здесь фамильные, – кивнула Летисия. – Леди Портлейн за ними всегда следила, чтобы прислуга не разбила. Точно, мне кажется, этот ключик принадлежит леди Портлейн! Недаром мне кажется, что я его где-то видела!

– Откуда ты знаешь? – спросила я.

– Видела на ее портрете, точно, – закивала она, наконец вспомнив. – Мне он запомнился. Какой-то изящный, необычный… – Она повертела в пальцах ключ, любуясь.

– А где этот портрет?

– Наверное, так и стоит на чердаке, – предположила Летисия. – Я его не видела давно. Портреты леди убрали по распоряжению хозяина дома. Лорд Мартин каждый раз плакал, глядя на них… Пришлось убрать. Может, висит в какой-нибудь дальней комнате, но я редко где-то бываю, кроме детской и столовой… Вроде бы и незачем мне там бродить. Еще наткнусь лишний раз на нашего лорда, брр, а он так сурово всегда смотрит…

Весь следующий день прошел в изнуряющей уборке и готовке. И хоть я уже знала, где и что стоит в кухонных шкафах, это пока не сильно упрощало мои обязанности. Летисия порывалась мне помочь, но, как назло, сегодня дети капризничали больше обычного.

Ближе к вечеру я наконец-то управилась с большинством дел, немного передохнула, минут двадцать, перекусив и послушав звуковой кристалл, по которому передавали сегодня особенно приятную, мелодичную музыку

Я снова поднялась на чердак, ощущая этот самый запах сухой травы, пыли и старины, даже какой-то старинности. Впрочем, старинным мне казалось все потому, что я попала сюда со сдвигом во времени назад относительно моего родного мира – как я поняла из прочитанного много в книгах по магии, обычные переходы вели в одинаковые эпохи. Здесь же уже было “радио”, но не было телевидения, а тем более компьютеров и интернета. Все эти шляпки, перчатки и платья, которые носили аристократы, были не обязательны для обычных людей: на улицах легко можно было встретить девушек, одетых в самые обычные платья и юбки с блузками. Да, не такие короткие, к которым я привыкла в моем мире, но все же это были не корсеты со шнуровками и многослойные юбки. Словом, по одежке можно было легко различить, кто перед тобой – представительница родовитой знати или простолюдинка. Кстати, магов правило одежды не касалось – те могли надевать все, что им хотелось.

Ох, кстати об одежде. Мне же завтра надо будет ею заняться – и детской, и взрослой. Обувь лорда Гарингема чистил его лакей, он же подавал ему новое чистое белье и костюм с утра, но стирка была также моей обязанностью!

Я твердо решила как можно скорее поговорить с лордом Гарингемом о своих обязанностях – своих и Летисии. Так долго продолжаться не может!

Что-то шорохнуло, и мне навстречу, ловко перебирая лапками, вышел давешний паучок.

– Привет, король чердачный, – сказала я. – Поможешь еще разок? Я за картинами пришла. Где тут вещи леди Портлейн? Вон там? – указала я рукой на какие-то картины у стены.

Паучок потоптался рядом и неуверенно пополз к ним. Возможно, он и сам не знал, которые картины чьи. Я начала осторожно стягивать мешковину, вынимая одну за другой. Тут были и пейзажи – залитые солнцем золотистые поля, мощное узловатое дерево посреди леса, несколько живописных городских улочек неизвестных мне городков.

О, а вот и портреты. Интересно, кто это? Портретов я нашла восемь, и не смогла понять, были ли это родственники лорда Гарингема или какие-то известные люди. И как выглядела леди Портлейн я, честно говоря, не знала, но надеялась узнать – должны же у нее быть общие черты с братом, отцом или детьми.

– А еще картины есть? – спросила я у паучка, словно он мог мне ответить.

Тот пополз в другой угол. Там, за сундуком, я нашла то, что искала.

Первым мне попался какой-то парадный портрет лорда и леди Портлейн. Даже свадебный – как я прочитала на обороте картины. Надеюсь, что художник написал их похожими на самих себя.

Лорд Портлейн оказался писаным красавчиком. Ростом, фигурой и самодовольным выражением лица он напомнил мне того, от кого я сбежала в эту глушь – от навязанного (и очень навязчивого) жениха. Леди Портлейн же выглядела какой-то серьезной и не слишком счастливой. Желала ли она этого брака или просто вышла замуж, не желая огорчать родителей или нарушать какую-нибудь давнюю договоренность между семьями?

А вообще, она была красивой женщиной. Мне кажется, Лорина на нее похожа. И с лордом Гарингемом они тоже похожи – сразу видно, что родственники.

На этом портрете, разумеется, никакого ключика не было, значит, надо продолжить поиски.

Вскоре нужная картина нашлась – это был отдельный портрет молодой женщины в лучах солнца, сидящей за туалетным столиком вполоборота и опирающейся на него локтем.

Возле кипенно-белого кружевного рукава был виден лежащий ключ – с затейливым растительным узором на кольце-головке. Рядом виднелся и уголок светлой резной шкатулки, и я сразу ощутила уверенность, что именно ее ключик и должен открывать – ведь узоры на них были очень похожими.

Осталось только найти шкатулку. И я это сделаю!

ГЛАВА 17. Кошка

Конечно, как ни чесались мои руки начать копаться на чердаке – да и ведь на собеседовании лорд Гарингем упоминал, что мне придется разобрать залежи вещей там, – я задавила в себе это желание. Мне требовался отдых.

Я попрощалась с Королем чердака и ушла к себе. Из головы не выходил портрет леди Портлейн. Какая красивая молодая женщина, еще и с магическим даром… И чего, спрашивается, она вышла замуж за это смазливое ничтожество, родила ему детей и свела себя в могилу?

Жалко, конечно, что ушла Эмилия – ведь она служила здесь намного дольше, чем Летисия, вот она бы могла мне рассказать куда больше о покойной хозяйке. И Интернета здесь еще и в помине нет, и мобильников. Нет, телефон, конечно, есть, но он не предназначен для того, чтобы слуги могли поболтать между собой, перемывая косточки хозяевам дома.

Моя комнатка мне нравилась. Хотя бы потому, что здесь все было нейтральных цветов: светло-серые обои с серыми же силуэтами букетиков роз, насыщенного шоколадного цвета шторы на окне, небольшой столик темного дерева, кровать с темно-синим покрывалом… Словом, ничего напоминающего мой розово-конфетный образ. Добавить бы ей еще немного уюта, моей индивидуальности, что ли, но вдруг сюда кто-то заглянет. Лорд, понятное дело, нет: с чего бы хозяину дома по комнатам для прислуги шастать? А вот Летисия или дети…

Под дверью поскреблись и требовательно мяукнули. Ага, вот и первый гость, вернее, гостья.

– Заходи, – сказала я, не будучи уверена, Белла это или Стелла.

Почесала мурлыкающую визитершу за ушком, аккуратно подцепила медальон на тонком ремешке ошейника, на котором было выгравирована кличка.

Ага, Белла.

Кошка принюхивалась к моим рукам и чулкам, терлась об меня, оставляя белые волоски, требовательно бодала головой. Возможно, потому что от меня до сих пор пахло чердаком – наверное, там сушится какая-нибудь местная валерьянка или кошачья мята, вот кошка и оживилась, почуяв дурманящий аромат.

Я валялась на покрывале, почесывая кошку, которая перекатывалась с боку на бок, уютно мурча.

Как же я все-таки устала, хорошо хоть послезавтра выходной… Они у меня, согласно контракту, бывали всего три раза в месяц. У Летисии, как она рассказывала, два в месяц. Конечно, этого маловато, с учетом того, сколько здесь уборки… Однако здесь все-таки не мой родной мир, где законы, регулирующие рабочие вопросы, довольно гуманны.

Да, я знаю, что согласилась на сущую каторгу, но мне было от чего бежать. Оставшись в столице на более приличной работе, я рисковала быть найденной и насильно осчастливленной…

А здесь мне начинало нравиться. Кажется, дом принял меня безо всякого ритуала. Словно чувствовал, что я хочу его обновить, сделать чище и уютнее. С Летисией мы отлично поладили и даже подружились, можно сказать. По крайней мере, могли вечером вести долгие приятные разговоры за чаем. Возможно, нашим беседам не хватало задушевности и искренности с моей стороны, но я ужасно боялась проболтаться о своем прошлом – как иномирском, так и здешнем. Вдруг она слышала о моем женихе?

Честно говоря, жених меня не вдохновлял – так же, как и настоящую Таниту. Вроде бы он не был гнусным, отвратительным на вид старикашкой. Скорее, его можно было назвать симпатичным, пусть и не на мой вкус. Почти сорок лет, вид даже моложавый, никаких особенных изъянов во внешности. Но сердцу не прикажешь, мне было с ним не по себе и даже порой страшновато. Чего конкретно я боялась – не знаю. Или это говорил мой прошлый опыт отношений со Стасом? Так или иначе, но душа моя кричала, что я никогда не смогу быть с этим человеком счастлива, разве что обопьюсь приворотными зельями и буду принимать их до конца жизни.