Мил Рэй – Развод, который ты не забудешь (страница 9)
Диван в гостиной скрипит так, как никогда не скрипел. Он с силой вколачивается к нее, а я иду, не дыша, на звуки.
В кармане нащупала телефон, включаю запись…
На белом ковре в гостиной следы грязной обуви. Тут же валяются ее черные лодочки. Словно она в душу мне плюнула. Не просто легла под моего мужа, но еще и загадила мой дом.
– Я хочу и сегодня ночевать здесь, с тобой, – хнычет женский голос.
– Заткнись, – рычит Воронцов, поднимая голову вверх.
Кирилл в ней, сзади, а брюнетка, аппетитно отставив бедра к нему, уперлась головой в мой диван, который мы недавно выбирали вместе с мужем.
Кирилл с рыком двигается быстрее. Кадык дергается на его мощной шее. Кажется, пол с сейчас провалится от его напора.
Девушка стонет, они на пике.
И тут мой муж опускает стеклянный взгляд в ту сторону, где я стою.
Он меняется в лице.
– Котенок, это не то, что ты думаешь! – кричит Кирилл, быстро высовывая член из незнакомой брюнетки.
Слез нет, наверное, так бывает от шока. Но рваная рана в душе ноет все сильнее.
– Ты изменил мне! Как ты мог?! С ней, в нашей постели, – схожу с ума от боли.
– Я не хотел, чтобы ты это видела. Прости, – спокойно произносит муж.
– Забирай свою подстилку! Пошел вон отсюда! Это и мой дом тоже. И здесь не будет ни твоих потаскух, ни твоей мамаши! – мой голос ломается.
Я не знаю, откуда у меня взялась смелость так кричать на мужа.
Я всегда была кроткой с Кириллом, любила его, а сейчас мне все равно.
– Котенок, успокойся и не неси чушь. Я никуда не уйду! Тебе нужен уход после больницы. Я не могу оставить тебя в таком состоянии! – говорит мне муж.
Муж идет ко мне. Он все еще возбужден. Мне так мерзко, будто я последняя ханжа.
– Прикройся! И проваливай отсюда, вместе с ней! – повторяю так же грозно.
– Катя, хватит. Это ничего не значит. Я люблю только тебя.
Он говорит с такой заботой и нежностью, словно ничего не произошло.
Мне же будто по сердцу лезвием полоснули.
Кирилл голый, и не даже не думает одеваться.
Из-за спины Воронцова победно скалится полуголая брюнетка.
Девушка, которую он только что натягивал на нашем диване, возмущенно смотрит на меня, словно это я влезла в их семью.
– Хватить орать! Кириллу нужна настоящая женщина, а не духовка в ссаном халате! – впервые подает голос любовница моего мужа.
Ее слова больно отражаются в моей памяти.
И понимаю, что с любовницей мужа уже заочно знакомы.
Муж изменял мне, пока я лежала в больнице.
И, оказалось, что его любовницу я знаю слишком хорошо….
Кирилл пытается обнять меня за плечи и выпроваживает из спальни.
– Кать, иди в кухню. А мы пока тут с Никой разберемся. И забудь про развод, поняла?
Глава 7
– Посмотри на свое лицо! Квазимодо! Прислуга, сделай нам лучше кофе, – пыхтит от смеха Ника, натягивая на полную грудь красивое кружевное белье.
Мой муж говорил, что такое не любит.
Когда я купила полупрозрачный белоснежный комплект, чтобы надеть в первую брачную ночь, Кир сказал:
– Зря тратилась, Котенок. Я сорву с тебя его зубами. Вообще, нормальному мужику не нужны все эти фетишистские штучки. Я люблю тебя и без всего этого!
Наша гостиная сейчас походила на нечто противоположное.
Голая девушка в чулках наспех надевает лифчик, мой муж, который вообще жаждет продолжить с ней.
Ника красуется передо мной и перед Киром, поправляет грудь и нагибается, чтобы найти трусы на полу.
Кирилл слюни пускает на изогнувшуюся любовницу.
– Кать, уйди уже. Малыш, тебе нужно уйти, – негодуя, хрипит Кирилл.
Дальше я не знаю, что со мной произошло…
Перед глазами блеснула радуга слез, потом острая боль разрезала душу из глубины.
Он ведь был моим первым мужчиной.
Я отдала мужу сердце, а он его безжалостно втоптал в грязь.
Да еще и приказывает мне убраться, чтобы продолжить…
Я вылетаю из гостиной, сразу же спешу в кухню, куда меня и послали.
Касаюсь руками своего лица, которое разлиновано полосами от грубых рук нападавших.
Боль и обида скручиваются в жгучий, ядерный комок внутри меня.
Не понимая, что делаю, я бросила взгляд в окно на машину мужа.
Новенький Порше подарил ему все тот же проклятый сноб-дядюшка.
– Чтоб вас всех, Воронцовы! – шиплю я, разыскивая в кухонном шкафу аптечку.
Я сразу сообразила, что убьет мужа больше всего.
Но сначала Ника…
Я не могу терпеть, когда передо мной та, кто разрушил мою жизнь и едва не сделал уродом и инвалидом…
Через минуту я возвращаюсь в гостиную.
Ника ноет и что-то требует от моего мужа.
Кирилл в расстёгнутой рубашке теребит ремень своих брюк.
Но видно, что он в самое сердце убит тем, что я помешала им трахаться в нашем доме.
– Одевайся уже! Какой может быть секс, если Катя тут! – рявкает ей Воронцов.