Миклош Дьярфаш – Современная венгерская пьеса (страница 131)
П о н г р а ц
Т а м а ш. Да, наш брак расторгнут.
П о н г р а ц
Т а м а ш
П о н г р а ц. Я пришел тебе сообщить, что мы решили вновь заняться этим делом.
Т а м а ш. Кто же настаивает — завод или институт?
П о н г р а ц. Не завод и не институт.
Т а м а ш
П о н г р а ц. Нет, речь пойдет не о нем, а о тебе.
Т а м а ш
П о н г р а ц. Признаться, я тогда так и не разобрался в своем отношении к тебе. Я ценю тебя как дельного работника, толкового инженера, но в этой ивандской истории твое поведение мне как-то непонятно. Честно говоря, оно мне не нравится. С первого же момента не нравилось…
Т а м а ш
П о н г р а ц. Поведение остальных мне понятно. Завод поставил негодный материал, к сожалению, у нас это еще случается. Кернэр строчил заведомо ложные заключения, чтобы загрести побольше денег, этот сопляк Лукич просто-напросто струсил, его подавил авторитет Кернэра, он и заикнуться не посмел о своих подозрениях, но ты… Как ты мог смонтировать негодные канаты? Неужели ты не заметил, что они с браком? Не могу понять, как это могло случиться.
Т а м а ш
П о н г р а ц. Нет, я проверил.
Т а м а ш. В таком случае меня подкупили.
П о н г р а ц. И этого не было.
Т а м а ш. Но ведь что-то должно же быть.
П о н г р а ц. Вот я и отгадал это что-то.
Т а м а ш
П о н г р а ц. Такая уж у меня профессия.
Т а м а ш. И что же, теперь ты пришел поделиться со мной решением сложного ребуса?
П о н г р а ц
Т а м а ш
П о н г р а ц. Администрация решила снова привлечь тебя к дисциплинарной ответственности, и, пожалуй, тебе лучше пока не ходить в трест.
Т а м а ш. Гуманно, ничего не скажешь — поспешил лично сообщить мне столь «приятную» новость.
П о н г р а ц. Я мог бы и написать, но узнал, что ты нездоров, говорили, будто ты даже на постельном режиме, вот я и решил зайти тебя проведать, узнать, серьезно ли ты болен.
Т а м а ш. Я не нуждаюсь в сострадании.
П о н г р а ц. Я и не собираюсь тебя щадить во имя милосердия.
Т а м а ш
П о н г р а ц. Берусь доказать — ты прекрасно знал, что канаты негодны.
Т а м а ш. Неправда! Демек солгал! Вы сами убедились, он настроен против меня.
П о н г р а ц. Мы вызовем ивандских монтажников, пусть они скажут тебе в глаза, сколько раз предупреждали тебя. Да будет тебе известно — я не согласился с выводами по твоему делу, съездил на стройку и поговорил с рабочими.
Т а м а ш. Еще бы — ведь монтажники лучше квалифицированного инженера разбираются в канатах различного сечения.
П о н г р а ц. Во всяком случае, монтажники уверяют, что, как только заметили, что канаты кое-где стали рваться, сразу же предупредили об этом тебя.
Т а м а ш. Неправда!
П о н г р а ц. У тебя будет время сказать об этом монтажникам. Мы предоставим такую возможность.
Т а м а ш. Все, что они говорили, — несусветная чушь. Я не обязан был прислушиваться ко всякой безответственной болтовне.
П о н г р а ц. Вот и выходит — ты все знал, но тем не менее распорядился монтировать негодные канаты. Ты причинил стране миллионные убытки.
Т а м а ш. У меня на руках был технический паспорт завода-поставщика, да к тому же я предъявил вам заключения экспертов. Кто же после всего этого может предъявлять мне претензии?
П о н г р а ц
Т а м а ш
П о н г р а ц. Ошибаешься, это долг человека.
Т а м а ш. Значит, ты обвиняешь меня в умышленном молчании?
П о н г р а ц. Да, ты обо всем знал, но прикинулся, будто тебе ничего не известно.
Т а м а ш. С какой же целью, по-твоему, я это сделал?
П о н г р а ц. Чтоб избежать лишних хлопот. Ведь, заговори ты, пришлось бы стукнуть кулаком по столу, спорить, доказывать, уличить в подлости старого приятеля, обвинить крупный завод в поставке негодных канатов. Для всего этого нужны мужество, решительность, пришлось бы пойти на риск, ведь в споре можно потерпеть и поражение. Но ты не любитель рисковать. К чему? Куда спокойнее промолчать, пройти мимо. Тобой всегда и во всем движут холодный расчет и осторожность. Иной раз ты напоминаешь мне кибернетического робота.
Т а м а ш
П о н г р а ц. Пришлось. И еще хочу сказать — тебе не удастся прожить легко, как говорится, без сучка, без задоринки, не удастся переждать в сторонке. Пойми, даже самую сложную математическую задачу в конце концов решают. Это я и пришел тебе сказать. О дне заседания по новому рассмотрению твоего дисциплинарного дела я извещу тебя.
Т а м а ш. Постой!
П о н г р а ц. Никакого сговора между нами быть не может.
Т а м а ш. Пусть сам черт с вами сговаривается. Я только хочу заявить — я ухожу, я отказываюсь у вас работать. Считайте, что меня уже нет в тресте. Я не допущу, чтобы меня втаптывали в грязь. Вас много, а я — один, и я слишком щепетилен, чтоб позволить себе такую роскошь — тягаться с вами.
П о н г р а ц. Ты ошибаешься, думая легко отделаться. Знаю, на что ты рассчитываешь. Инженеров твоего профиля мало, они нарасхват, и ты полагаешь, что, уволившись, тут же получишь более выгодное предложение и все пойдет по-старому. Не выйдет! Новое рассмотрение твоего дисциплинарного дела состоится, и ты должен понести наказание. Пусть все узнают, каков ты есть на самом деле, пусть узнают, что подлость никогда не прощается.
Т а м а ш
Е в а. Я готова, только подожду Андреа…
Т а м а ш
Е в а. У тебя?
Т а м а ш. На сей раз, кажется, не удастся. Меня выгоняют с работы. Ко мне только что приходил наш кадровик, он заявил мне об этом.
Е в а. С чего это тебя станут выгонять?
Т а м а ш. Помнишь подвесную дорогу в Иванде?
Е в а. Беда невелика. Сегодня выгонят, а завтра предложат десяток новых должностей, а послезавтра — еще больше.
Т а м а ш. Но меня увольняют с административным взысканием. С таким клеймом трудно будет устроиться на приличное место. Уже и теперь все двери передо мной захлопывают. Звоню этому бесхребетному Седечи — велит мне передать, мол, у него совещание. Звоню Фабиану — тоже где-то совещается. Случись с человеком беда — вокруг него сразу же глохнут телефоны.
Е в а. Кто у вас в кадрах?