Микита Франко – Почти 15 лет (страница 105)

— Ты же замерз, наверное. Пойдем домой, — и, поднявшись, протянул руку Льву.

Тот тоже встал на ноги, отряхиваясь от налипшего снега. Слава, оглядывая его, скептически заметил:

— Твоя одежда совсем непригодна для игр.

— Давай выберем мне другую, — предложил он.

Слава обрадовался:

— Правда? Можно?

Лев пожал плечами:

— Почему нет?

Он взял Славу за руку – сам, первый, взял за руку – и они пошли к подъезду.

А там, разувшись и сняв верхнюю одежду в полутемном коридоре, Слава испытал сильное, непреодолимое желание прижаться к мужу, вдохнуть любимый запах, провести руками по сильной, широкой спине. С их последней ссоры он обнимал его уже много раз, но вот так – не обнимал очень давно. С такой страстью. С таким желанием.

Поэтому, когда Слава неожиданно вжался в него, цепляясь руками за холодную, чуть влажную рубашку, Лев с осторожным удивлением уточнил:

— Ты чего?

— Я так соскучился, — прошептал Слава, и принялся целовать его лицо: лоб, щеки, подбородок, губы – куда попадал.

— Я тоже, — с жаром ответил Лев, и начал целовать в ответ, пытаясь перехватить Славины губы.

— Ты продрог… — с нежностью проговорил Слава, чуть отстраняясь. – Набрать тебе ванну?

Лев кивнул, кажется, разочарованный тем, что вереница поцелуев прервалась. Но Слава хотел предложить больше.

Он спросил:

— А можно будет принять её вместе с тобой?

Почти 15 лет. Лев [71]

Слава замер на пороге гостиной, скрестил руки и недовольно посмотрел на Льва. Лев непонимающе посмотрел на мужа в ответ.

— Что? – уточнил он.

— Я ничего не нашел, — ответил Слава. – Ни банановой, ни шоколадной, ни клубничной, ни в форме уточки…

— Ты о чём? – перебил Лев.

Слава опешил, будто это было так уж очевидно:

— О бомбочках для ванны!

— А. У меня нет.

— Жесть, — сердито выдохнул Слава и скрылся за дверью ванной комнаты.

Лев, глядя ему в след, поежился. Тонкая ткань рубашки стала влажной от промокшего шарфа, но сейчас ему сделалось жарко. Невыносимо жарко.

Слава снова появился на пороге и, опершись руками о косяки, уточнил:

— У тебя гель для душа пахнет как парфюм?

Лев задумался, вспоминая. Потом кивнул:

— Да.

— А ты прикольный, — сказал Слава и снова ушел.

Лев посмотрел вслед его аккуратной («миниатюрной», как говорил сам Слава) фигуре, и со странной смесью грусти и тревоги вдруг подумал, что у них ничего не будет, как ничего не было вот уже почти год. Ничего не было в Канаде, потому что они только спорили и ругались. Ничего не было в день их свадьбы, потому что он обидел Славу. Ничего не было, когда они снова оказались в России, потому что поругались в день Славиного возвращения. И всё, что досталось Льву – те несколько раз перед веб-камерой, когда он мог только смотреть на обнаженное тело мужа. Это казалось мукой: он так близко или как будто близко, но до него невозможно дотянуться.

Когда Слава сказал, что ванна готова, Лев подумал: «Что-то опять пойдет не так».

В ванной комнате стало душно, воздух заполнился горячим паром. Слава кивнул на облако из пены:

— Ныряй, — и двинулся к двери.

— А ты куда? – обернулся Лев.

— Сейчас вернусь.

Дождавшись, когда Слава скроется за дверью, он торопливо разделся и забрался в ванную, прячась в пене по самые уши – как будто стеснялся. Впрочем, он почему-то и в самом деле стеснялся.

Слава оставил толстовку в коридоре и вернулся. Под ней оказалась бардовая рубашка из фланелевой ткани – зайдя в ванную, Слава принялся закатывать рукава, и Лев сглотнул. Один за другим Слава снял кольца, затем – браслеты, и оставил украшения на стиральной машине.

Лев ждал, что муж тоже начнёт раздеваться, но Слава не спешил. Неторопливо приблизившись к ванне, он опустился на колени, оказавшись на одном уровне со Львом, и положил руку на грудь супруга. Нежно проведя пальцами по напряженным мышцам (у Льва закололо в висках от такого простого действия), Слава, опускаясь ниже, нырнул рукой под воду, и Лев ощутил прилив возбуждения, хотя муж его не касался. Но фантазия дорисовывала желаемые ощущения: вот сейчас, сейчас он коснется его там…

Но Слава его больше не трогал: только держал руку под водой неизвестно зачем.

— Ты издеваешься? – выдохнул Лев.

Слава усмехнулся:

— Дразнюсь.

Лев нашел его руку под водой и поднёс к своему члену, сжимая его пальцы вокруг основания и сверху обхватывая своими. Он несколько раз провел Славиной рукой вверх-вниз, показывая, какой нужен темп, и убрал свою руку.

Слава приблизился губами к его уху и с жаром прошептал:

— Так хорошо?

От горячего шепота возбуждение достигло пика, и Лев, тяжело задышав, судорожно вцепился в бортики ванны.

— Спасибо за ответ, — усмехнулся Слава.

Опустив вторую руку на плечи Льва, он исподтишка гладил его то по груди, то по шее, то поднимался к лицу и проводил пальцами по губам, а Лев с жадностью следовал за каждым его движением, выгибаясь навстречу прикосновениям.

Когда в животе сладко затянуло от приближающегося оргазма, Лев через силу схватил Славу за запястье, останавливая, и попросил:

— Стоп, стоп…

Он остановился. Приятное чувство болезненно схлынуло, не найдя выхода.

— Что-то не так?

— Иди ко мне, — попросил Лев. – Сюда.

Слава улыбнулся.

— Хорошо.

Он поднялся на ноги, и топорщащаяся ширинка джинсов оказалась на уровне лица Льва. Не удержавшись, он провел пальцами по очертаниям изогнутого от тесноты члена, и отстегнул пуговицу, желая освободить его. Слава, не расстегивая рубашку до конца, снял её через голову и откинул в сторону. Лев, спуская джинсы, прильнул губами к плоскому животу, медленно уходя ниже и ниже…

Слава, выдохнув, слегка отстранился.

— Ты точно хочешь так? – зачем-то спросил он.

— А ты нет?

— У меня нет с собой презервативов.

У Льва были – где-то в верхнем ящике тумбочки, в спальне – но он не понял, к чему сейчас они.