Микаэлин Дуклефф – Утраченное искусство воспитания. Чему древние культуры могут научить современных родителей (страница 45)
Поставьте кукольный спектакль. В следующий раз, когда ребенок будет затрудняться с заданием или самоконтролем, попробуйте воспроизвести проблему с помощью кукольного представления. Возьмите две мягкие игрушки или даже пару носков и превратите их в действующих лиц, не имеющих к вам отношения. Например, с Рози в персонажи я часто беру Манго (нашу овчарку) и Луи (собаку соседа).
Такой подход поможет ребенку расслабиться, а не чувствовать себя так, будто его призывают к порядку или читают нравоучения. Затем опишите обстановку, разыграйте проблемное действие и последствия такого поведения.
Иногда мы с Рози воспроизводим сцены даже с героями из лего или игрушками из киндер-сюрприза. Идея в том, чтобы помочь ребенку вернуться к сложности без стресса и как можно веселее. Тогда он сможет думать об этом опыте по-новому, рационально и укрепляя при этом самоконтроль (5).
Можете вовлечь ребенка в представление, задавая вопросы («Манго ведет себя как маленькая, когда бьет Луи?», «Это задело чувства Луи?»), позволяя сыграть за одного из персонажей или даже весь спектакль. Посмотрите, что у ребенка получается легко и естественно, и развивайте это в следующих представлениях. Если есть братья и сестры, можете попросить их побыть одним из действующих лиц.
Перенесите проблему в игровую зону. Ранее я уже упоминала концепцию игровой зоны психолога Ларри Коэна – технику, которую он советует использовать для детей всех возрастов и даже подростков. Для иллюстрации возьмем широко распространенную проблему – успокоить ребенка перед сном. Чтобы разорвать порочный круг напряжения, говорит Ларри, дождитесь умиротворенного момента в течение дня (не перед сном) и скажите ребенку что-то вроде «Послушай, Рози, я заметила, что перед сном мы часто ссоримся. Давай-ка в это поиграем?»
Если ребенок захочет придумать эту игру сам, позволить ему ее описать. Если нет, просто распределите роли: «Кем ты будешь в этом спектакле? Хочешь, ты – мама, а я – Рози?» Затем вместе – и непринужденно – разыгрываете, что происходит, когда Рози отказывается ложиться спать, а мама злится или расстраивается. «Не бойтесь вести себя возмутительно и действительно преувеличивать плохое поведение и его последствия, – подначивает Ларри. – Цель в том, чтобы посмеяться, повеселиться и снять напряжение, которое накапливается вокруг проблемы. Так что тут чем больше эпатажа и гротеска, тем лучше».
Некоторые родители могут обеспокоиться тем, что при этом происходит как бы моделирование неправильного поведения. Но Ларри уверен, что дети способны отличить игру от реальной жизни: «Из этой игры ребенок вынесет не “моделирование”, а то, как крепко он связан с родными. Он запомнит теплоту, творчество и снятие напряжения».
Устройте представление. Я покажу, как они работают, на примере нашей хронической проблемы. Рози – драчунья. Если она бьет меня сейчас – как бы сильно ни шлепала, я больше не сержусь. Я всем сердцем пытаюсь не обращать на это внимания. Просто полностью игнорирую. А если не получается, говорю только «Ай, мне больно» как можно спокойнее (как это сделала Салли, когда Калеб расцарапал ей лицо).
Затем позднее, когда мы обе успокоимся и расслабимся, я устраиваю небольшие спектакли. Подхожу к Рози и прошу ударить. Если она попадается на удочку, я снова разыгрываю последствия. Драматично говорю «Ой, как больно! Святые угодники, ну как же больно!», чтобы показать, что удары причиняют физическую и эмоциональную боль.
Я тебе не нравлюсь?
Я вижу, как в ее мозгу крутятся маленькие шестеренки. «Что? Я оскорбляю чувства мамы?» – кажется, думает она. (И я вижу, что Рози не хочет выводить меня из себя. Ей не наплевать на мои чувства. Она просто не осознавала, какую боль причиняет!)
Затем я задаю ей вопрос, сотканный из утрированного страдания: «Я тебе не нравлюсь?» Часто она отвечает что-то вроде «Нееет, я люблю тебя, мама» – ужасно мило. Чтобы помочь ей лучше понять последствия ударов, я приравниваю плохое поведение к незрелости. И эта часть разговора обычно проходит примерно так:
– Ты еще маленькая?
– Нет, мама, я большая девочка.
– А разве большие девочки дерутся?
– Нет, мама.
Если нежелательное поведение промаркировать как незрелое, младенческое, это невероятно сильно подействует на маленьких детей, отчаянно стремящихся быть «большими».
Когда наш дантист сказал выбросить пустышку Рози, я испугалась: они вместе три года, и так просто это не провернуть. Поэтому я побудила Рози отказаться от соски, назначив ее атрибутом грудничка. Каждый раз, когда дочка брала пустышку, я просто как бы мимоходом замечала: «А, это потому что ты еще ребенок». Через три дня «еще ребенок» подошел ко мне и сдал соску:
– Она мне больше не нужна. Я большая девочка.
Часто в представлениях Рози хочет поменяться ролями и сыграть маму. Она говорит что-то вроде: «Ударь меня, мама!» Я осторожно хлопаю ее по попе или слегка толкаю в плечо. Затем она очень театрально разыгрывает последствия удара. Кричит, убегает или, жалостливо стеная, произносит: «Я тебе не нравлюсь?». К финалу мы обе хохочем.
Спустя месяц после первого спектакля я заметила, что Рози стала бить меня гораздо слабее и реже. Иногда она даже останавливалась на полпути или намеренно «мазала», не попадая в болезненное место. Но окончательно она прекратила драться, только когда я перестала придавать этому значение. Как только я научилась относиться к ее щипкам – и даже пощечинам – как к слабостям «маленького ребенка», теряющего контроль над эмоциями, Рози перестала видеть смысл в подобном поведении. И знаете что? Вслед за этим и у меня отпала надобность практиковаться в сдерживании собственного гнева, поскольку его больше не было.
• Пока ребенок расстроен, ему трудно слушать и учиться.
• Если ребенок расслаблен и понимает, что наказание не грозит, он открыт для изучения новых правил и исправления ошибок.
• Если ребенок не сотрудничает в конкретной сфере (например, отказывается делать домашку), скорее всего, между ним и родителем возникнет напряжение в отношении этого вопроса. Снимите его с помощью игры или истории – и ребенок будет станет гибче.
• Дети любят учиться на устных историях, особенно если они включают персонажей, переживания и предметы из знакомой реальной жизни. У них есть естественная склонность учиться подобным образом. Например, дети любят:
– узнавать об истории своей семьи и детстве своих родителей;
– представлять предметы оживающими и совершающими ошибки;
– представлять призраков, монстров, фей и других сверхъестественных существ, живущих вокруг и помогающих научиться правильному поведению.
• Дети любят учиться в игре. Так они снимают напряжение и практикуют правильное поведение. Им нравится воспроизводить проблемные решения или ошибки и наблюдать за их последствиями в веселой, доброжелательной и безопасной обстановке, не испытывая страха наказания.
• Перестаньте читать нотации и взывать к взрослой логике, чтобы скорректировать поведение детей или передать им общечеловеческие ценности. Лучше дождитесь момента спокойствия и расслабления и воспользуйтесь одним из инструментов:
• Расскажите историю из своего детства. Опишите, как вы и ваши родители справились с ошибкой, проблемой или проступком. Вас наказали? Как вы отреагировали?
– Поставьте кукольный спектакль. Возьмите мягкую игрушку или пару носков и разыграйте последствия поведения ребенка и то, как бы вам хотелось, чтобы он себя вел. Предложите ему сыграть за одного из персонажей.
– Перенесите проблему в игровую зону. Скажите ребенку: «Я заметила, что мы часто ссоримся по поводу выполнения домашки [или другой проблемы, которая у вас есть]. Давай в это поиграем. Ты кем будешь? Собой или мной?» Затем в увлекательной игровой форме воспроизведите момент ссоры. Не бойтесь преувеличивать и вести себя гротескно. Цель в том, чтобы посмеяться и снять напряжение, возникшее в связи с проблемой.
– Сочините страшную историю. Создайте монстра, который прячется рядом с домом. Скажите ребенку, что чудище наблюдает и, если он будет плохо себя вести, придет и заберет его (всего на несколько дней).
– Очеловечьте предмет. Пусть мягкая игрушка, брюки или другая вещь поможет уговорить ребенка выполнить задание. Вещь может выполнить задание сама (мягкая игрушка почистит свои зубы) или попросит ребенка помочь (зубная щетка попросит ребенка почистить собою зубы).
Часть IV
Здоровье хадзабе
TEAM-элемент № 3
Автономия
Глава 13
Как воспитывали детей наши далекие предки?
Охота начинается со свиста. В серых шортах в тонкую полоску и со шкурой павиана на груди, Таа вскакивает со своего места у костра, хватает лук и стрелы и начинает свистеть. Длинный пронзительный свист. Фьюююю. Фьюююю.
Со всех сторон к нам сбегается около дюжины собак. Рыжие, черные, белые. Одна даже окраской, напоминает рисунок «в елочку». Все размером с лису, худые, из боков выпирают ребра. И, похоже, они очень хотят помочь.
Таа свистит еще раз. Фьюююю! Еще несколько собак мчатся к нам по тропе снизу. Двое друзей Таа поднимаются от костра и присоединяются к нему. У каждого в руках лук и несколько стрел. Все высоки, стройны, крепки, атлетичны. Прежде чем понимаю, что происходит, они практически растворяются в кустах. Собаки следуют за ними по пятам, уткнувшись носами в землю и задрав хвосты.