Мика Танака – Первая любовь (страница 8)

– Да ничего особенного, – оправдывался Нанами, отвернув голову в сторону. – А ты? У меня к тебе тот же вопрос.

– А я изучаю, – ничего глупее не смог выдавить из себя балбес, растерянно почесывая затылок.

 Сакура и Каори на удивление тоже оказались в одной секции. Сама судьба решила столкнуть их лбами. Девушки даже потянулись к одному и тому же пакетику чипсов. Ишида довольно быстро признала девушку, а вот Фуджи смотрела на ту с недопониманием. Откуда столько презрения? Ведь они никогда прежде не встречались.

– Я тут вообще-то с девушкой, – намекнул на серьезных щах Нанами, да с какой гордостью.

– С девушкой? Чувак, да ты шутишь! Когда ты успел?

– Хочешь познакомлю? – кокетливо закусил губу, играясь бровками Кента.

– Конечно же хочу, чувак! – хлопнул его по плечу приятель.

– Берите, пожалуйста, – кивнула Сакура.

 Каори остервенело забрала последний пакетик, ничего не отвечая. Рядом же красовались лишь Читос со вкусом васаби. Слишком остро. Естественно Сакура не стала брать их.

– Вот ты где, а я тебе ищу повсюду! – раздался недалеко голос запыхавшегося Нанами.

 Его глаза тут же округлились, когда он увидел стоящую рядом со своей девушкой Каори. Она смотрела на него с какой-то обидой. Скрывать такое Ишида просто не умела. Сейчас в ней взыграло не самое приятное чувство – ревность. И бороться с ним было невозможно. Масахару же на фоне общей неловкости почувствовал себя как-то неуклюже. Хотя он был таким с детства. Атмосфера, что воцарилась на этом самом месте, буквально чуть ли не била током каждого. Что-то тут явно было не так.

– Так ты…представишь нас? – посмотрел он на друга, почесывая затылок.

– А, да… Это Фуджи Сакура. Сакура-чан, это мои друзья…

– Кондо Масахару. Рад знакомству, – поклонился парень, улыбаясь во все тридцать два.

– А это, – указал Нанами в сторону подруги. – Ишида Каори.

 И опять ни слова от самой Каори. Это ввело каждого в еще больший ступор. В конце концов, девушка, ничего не говоря, просто поклонилась и быстро последовала к кассе.

– Простите, – извинился Масахару, рванув за ней следом.

– Все в порядке? – поинтересовался Кента, настигнув Сакуру практически вплотную. – Она ничего тебе не сказала обидного? И почему ты не выбрала ничего?

 Было видно, что Нанами обеспокоился тем, что Каори была рядом. Могла сказать что-то обидное. Причем запросто. Он как задницей чуял, что она была зла на него. И свою злость она вымещала на его девушке. Поэтому даму сердца Нанами пытался защитить и ободрить.

– Да нет… Она просто молчала все это время. Твоя подруга?

– Подруга детства. У нас даже окна выходят друг на друга.

 Эти слова что-то да сказали самой Фуджи. Девушка отвела взгляд, словно задумываясь о чем-то своем.

– Вот как, – улыбнулась она в итоге. – Должно быть нелегко ей было отпустить друга детства.

– Да чушь какая. Она странная, как черт знает что, – хохотнул Нанами. – Пойдем на кассу самообслуживания. Не хочу стоять за ней.

Что такое "любовь"?

 Все воскресенье не только ребята, но и парочка провела за подготовкой к школе. Им предстояло еще и уроки доделать. Так что делу потребовалось время, а потехе час. Телефон у Нанами по-прежнему разрывался от звонков матери. Он игнорировал ее, попросту не брал трубку. С Сакурой дела обстояли почти также. Только она нашла в себе смелость соврать и сказать тете, что она просто у подруги. Та все равно не интересовалась кругом общения племянницы.

 Утром парочка распрощалась на остановке и каждый поехал своим автобусом. Непривычно было ездить в школу издалека. Да и обычно он ходил пешком с друзьями. А тут так вышло, что теперь придется все время одному. Впрочем, он особо не расстраивался. Слушал себе музыку в удовольствие и думал об их счастливой совместной жизни, где деньги не добывались тяжким трудом, а просто всегда были в кармане.

***

– Хватит изображать траур, – раздалось недалеко от плеча Каори.

 Та подняла голову и заметила, что около нее стоит Сатоко, опираясь задницей о парту.

– Да что ты понимаешь?

– Думаешь, что меньше твоего? Ты думаешь, что я не знаю, почему ты тут скорбишь публично? Хватит это делать. Только себя не уважаешь больше.

 Не выдержав таких «наставлений», что называется «ни ко времени, ни к месту», Ишида встает и делает пару шагов навстречу к Сатоко.

– Ты понятия не имеешь, что я чувствую. Так что нечего давать мне свои дурацкие советы.

– Неужели? Я не меньше твоего хотела быть с ним. Даже ты была мне не соперницей. Но пора уже признать. Это поражение.

 Сакамото отвлекся от повторения материала и приподнял голову, чтобы пронаблюдать за Сатоко.

– Я не собираюсь ничего признавать! Он такой, какой есть! Всегда таким был! Это временно и он вернется! – настаивала Каори, ощущая, как к глазам начинают подступать слезы.

– А это эгоизм. Если ты любишь его, то ты пожелаешь ему счастья. Если ты просто хотела бы, чтобы он вставлял в тебя, то смиришься и продолжишь жить дальше, находясь в поисках кого-то другого. Выбирай, что тебе ближе.

– Какой еще эгоизм? – уже тихо, но с явным раздражением процедила сквозь зубы Ишида, буквально чуть ли не прожигая взглядом одноклассницу. – Ты хочешь сказать, что это…

– Да, – перебила ее Сатоко, продолжая также спокойно смотреть на девушку. – Твое публичное страдание – это попытка привлечь внимание. Чтобы тебя пожалели. А твоя любовь к нему – это любовь к чувству, к которому ты привязана. Любовь к чувству и любовь к человеку – разные вещи. Если бы ты любила его… Ты бы поддерживала его. Но тут, понимаешь ли, какая незадача… Он выбрал деваху из другой школы. Помешал тебе испытывать сладкое чувство к нему, пока он еще был свободен. Ты потеряла разум, потому что он отнял у тебя этих бабочек животе.

– Заткнись!

 Каори была ранена правдой. Она хотела было ударить Сатоко, уже была готова сделать размах, но Масахару быстро взял ситуацию в свои руки и перехватил ее стремительно приближающееся, словно стрела, запястье.

– Хватит! Не надо ругаться!

 Подошел и Рё, когда увидел, что разговор обретает крайне напряженные обороты.

– В одном я согласен точно. Он – часть каждого из нас. Мы просто обязаны поддерживать его.

– Но, Рё-сан, ты же сам говорил мне, что я не должна сдаваться! – возразила почти в истерике Ишида.

 Повисло тяжелое молчание. К ним присоединились гляделки. Взгляд каждого из участников перепалки так или иначе сталкивался с тем, кто был сейчас замешан в ситуации. Однако никто ничего также не мог сказать. Хотя и хотелось нарушить эту проклятую тишину. Ну хоть как-то. И лишь Каори единственная в этом кругу ощущала себя беспомощно, подавленной. Наверное даже хуже всех. Она смотрела жалостливо, ожидая поддержки для себя. Уже даже не столь важно от кого. Хоть бы кто-то услышал ее немой крик о помощи и протянул руку. Но это лишь больше ребят поставило в тупик. Рё и Масахару опустили головы. Сдались. Они ничего не смогут сделать. Они не смогут утешить ее, хотя и каждый желал бы принять участие в этом. Реальность оказалась слишком жестока к их подруге. И когда Нанами вошел в класс и застал эту сцену воочию, то у него по спине пробежали мурашки. Будто чувствовал, что говорят о нем. Каори оттолкнула Масахару, вырвалась и убежала прочь из класса. Кента только и мог, что провожать взглядом ее отдаляющийся силуэт. Оставалось лишь наивно спросить, что же случилось тут в его отсутствие. Молчали все. Даже Сатоко, что никогда не была причастна к этой компании.

 Пока Каори была в уборной и умывалась, она услышала, как открывается со скрипом уже давненько несмазанная дверь. Все же, Сатоко решила последовать за ней. Она встала рядышком, облокотилась так, чтобы ухватиться за края раковины и уставилась в собственное отражение.

– Я знаю, что звучало это не так, как ты бы хотела это слышать. Но если ты сейчас не примешь правду, то потом будет еще больнее. Лучше перестрадать сразу. Да и подумай хорошенько… А что мы можем дать ему? Я понимаю, что мне подвластно будет спасать эти отношения только страстью и постелью. Но как долго я смогу это делать? А ты? Как ты видишь ситуацию? Неужели ты знаешь, что он в действительности ищет?

 И тут Ишида поняла, что она действительно никогда не думала о том, что хотел бы Кента. Всегда были мысли только о том, как же ей будет хорошо, когда он будет с ней. Как она будет счастлива. А как же то, что хотел бы он? Ведь она ни разу не была ласковой с ним даже на минуту. Как он мог воспринимать эту девчонку всерьез? Каори по характеру была пацаненком, заключенным в тело женщины и юбку. Это не то, что искал Кента. Ведь грубости ему и дома от матери хватало.

– Полагаю, что он убежал к ней, потому как она может дать ему то, что он действительно хотел все это время?

– Ласка, – проговорила совсем тихо девушка, опечаленно въедаясь взглядом в собственное отражение.

***

 В короткие переменки он переписывался с Сакурой и присылал ей свои селфи. А в большую перемену и вовсе пошел со своими друзьями на крышу, не пытаясь скрывать разговоров о новой жизни. Долговязый Кондо даже попросил взять с собой Сатоко. Рё не стал препятствовать, что его самого сильно удивило. Нет, он не проникся к ней симпатией. Но вдруг она достойна шанса попробовать стать кем-то, нежели пустышкой? Влиться в их круг. Нанами весело болтал со всеми, как и раньше. Он ни капельки не изменился. Был точно таким же. Через слово проскальзывали восхищения о видеоиграх. Абсолютно все в нем было на месте казалось бы. Да вот только ребята смотрели на него уже иными глазами. Может он стал другим все же? Настал тот час, что их друг решил отделять личную жизнь с девушкой и жизнь с ними, предпочитая не смешивать. Он создал себе небольшой уголок собственного пространства, куда сбегал только к ней и не впутывал их. Сатоко, что интересно, старалась поддерживать его разговоры. Она видела в каком состоянии была Каори. Поэтому намеренно не давала никому молчать. Участие должны были принимать все без исключения. Да и сама она подбрасывала какие-то интересные темы для разговора. А вот Ишида все это время поглядывала на него. И пару раз даже их взгляды встречались. На второй раз Нанами начал чувствовать, что происходит с этой «странной» девушкой. Никогда ранее он не пытался узнать свою подругу и соседку. А сейчас во мгновение ока понял все. И тогда его буквально чуть ли не скрутило от ужаса. В животе начал завязываться неприятный узел. Он так хотел бы оттолкнуть от себя все это и никогда не заводить с ней разговоров на эту тему. Было бы это только в его силах. Каори понимала, что он начал избегать взаимных взглядов. Теперь лишь вопрос времени, когда она придет к нему и начнет кричать о своих чувствах, что были им отвергнуты. Что касается Рё, то он не разглашал, что Нанами сейчас проживает у него на квартире. Она о ней не знала, как и Масахару.