Мика Ртуть – Во власти чудовища (СИ) (страница 45)

Она ничего этого не слышала, она летала…

А затем полет резко прервался, и Тина с визгом понеслась к огненному озеру, вытекающему из расщелины в земле. Она уже чувствовала опаляющий жар и понимала, что спасения нет, когда над головой мелькнули черные кожистые крылья, и когтистая лапа подхватила ее за талию. Шум крыльев, толчок, короткий полет — и вот она стоит на голой скале, а напротив замер высокий рогатый демон в черных доспехах.

— Вот мы и встретились, моя драгоценная невеста.

Демон был красив чуждой нечеловеческой красотой. Огненный взгляд, черные кудри, широкие плечи и тонкая талия затянуты в черный доспех. Витые загнутые назад рога и огромные кожистые крылья, сложенные за спиной наподобие плаща, придавали ему устрашающий вид. Он вызывал ужас, дикий первобытный ужас, но в то же время притягивал взгляд.

— Почему ты называешь меня невестой, Сиат?

Имя само всплыло в памяти, как и история изгнанного и преданного сидхе демона.

— Хорошо, что ты помнишь мое имя.

Демон предложил Тине руку и она, поколебавшись мгновение, приняла ее. Они медленно пошли по каменистой тропе появившейся среди скал.

— Мои дети были сильны, талантливы и опасны. Мужчины могли дарить жизнь умершим, а коварные и прекрасные женщины — отбирать не только магическую силу, но и душу. Много испитых душ… Все они здесь. — Демон приложил руку к груди. — Каждая душа делала меня сильнее. Но союзники превратились в предателей. Их испугала мощь моих детей, и они истребили всех. Погибли лучшие целители этого мира, мои сильнейшие жрицы, источник моих сил. Я ослаб, и меня заточили в бездне.

Тина прикусила губу, сон становился слишком реалистичным. Она чувствовала жар, исходящий от черных доспехов, ощущала мощь и силу идущую от демона и это пугало. Сможет ли она проснуться, или так и застынет в этом сне, как мушка в янтарной капле?

— Мой мир жесток, и выжить в нем может только самый сильный, самый хитрый, самый коварный. А чтобы быть таким, мне нужна пища, та подпитка, которую давали мои дети. Души, сила, жизни… Это делает меня неуязвимым. Я демон, Тин-на, а демоны не бывают милыми.

— Пока ты больше похож на человека, чем на демона, — пожала плечами Тина. — Рога, конечно, делают тебя неповторимым, но видела я существ и пострашнее.

Она вспомнила жуткую тень, упавшую на фейри в саду Арма, и дернула плечами.

— Я стараюсь тебе понравиться, — низким рокотом отозвался демон. — Ты последняя сумеречная сидхе, и я рассчитываю с твоей помощью возродить наш род.

— Я же твоя пра-пра…

— Слишком разбавленная кровь, чтобы думать об этом, — взмахнул демон рукой и резко притянул Тину к себе.

Она уперлась руками в каменную грудь в попытке оттолкнуть от себя Сиата, но не преуспела в этом.

— Но я замужем! — сделала Тина отчаянную попытку, отворачивая лицо от губ демона. — Я не хочу тебя!

— Это не имеет никакого значения, — пророкотал Сиат и впился в ее губы жестким болезненным поцелуем.

Тина зажала губы, чувствуя омерзение, задергалась и с ужасом поняла, что одежда исчезла, и раскаленное мускулистое тело, которое прижимается к ней, тоже голое! От осознания этого и особенно от ощущения твердого, большого, горячего, упирающегося ей в живот, она оцепенела. Демон понял ее неправильно, он решил, что она смирилась, ослабил объятия, и Тина воспользовалась мгновением. Она вывернулась и бросилась бежать по тропе вниз, туда, где виднелся полыхающий алым разлом. Лучше сгореть в лаве, чем быть изнасилованной демоном. Нет, только не это!

— Ашер! Спаси!

Сиат настиг ее в два прыжка, дернул, повалил на землю, подмял под себя. Острый камень попал под спину, и Тина вскрикнула от боли. Рука демона болезненно сжала грудь, сминая нежную плоть. Он нависал над Тиной, и в его лице не осталось ничего человеческого, сейчас на девушку смотрела страшная полузвериная морда с черными провалами на месте глаз.

— Пусти!

Она колотила его по плечам, извивалась, раздирая спину в кровь о камни, но демон перехватил ее руки, завел за голову, больно сжимая запястья.

— Не сопротивляйся, и тогда это не будет болезненно.

Не будет болезненно? Да там бревно, он просто разорвет ее!

— Ашер!

Удар по щеке, еще один… И Тина открыла глаза.

— Ашер…

Он обнял ее, прижал к себе, гладя по голове и спине, а она плакала, вцепившись в шелк его рубашки.

— Тихо, тихо, душа моя. Это просто сон. Просто сон…

— Это было так реально, — всхлипнула Тина. — Так реально.

Лорд поднес к губам ее руки и осторожно подул на запястья, кожу обдало холодом, и синяки исчезли, он провел рукой по спине, убирая неприятные ощущения.

— С этим я тоже разберусь, — тихо произнес лорд-советник. — Даже если мне придется спуститься в бездну Темной стороны.

Он держал Тину на руках, нежно перебирая волосы, и целовал везде, куда мог дотянуться, постепенно его поцелуи стали более настойчивыми, а руки переместились на талию и бедра.

Тина тихонько вздохнула, ощущая, как по коже бегут острые искорки от прикосновений лорда.

— Ты такая холодная, — шепнул мужчина, склоняясь к ее лицу и целуя в щеку. — И кожа у тебя нежная, гладкая, бархатистая, на ней будут изумительно смотреться топазы.

Он отвел в сторону ее волосы и защелкнул на шее Тины ожерелье из пяти больших, ограненных в серебро топазов.

— И рубины тебе тоже подойдут, — с лукавой улыбкой шепнул Ашер, продолжая водить кончиками пальцев по ключицам. — Хотя, знаешь, давай посмотрим заодно и бриллианты. — На руку невесомо лег браслет. Лорд поднес к губам ее ладонь и поцеловал пальцы. — М-м-м, мне так нравится, когда ты одета только в украшения.

Тина сразу не нашлась, что ответить, противиться подаркам не хотелось, как и теплым губам, скользящим по щеке. Лорд держал крепко и бережно и ни к чему не принуждал, но совершенно не хотелось, чтобы он останавливался, голова кружилась от запаха первого снега, мысли улетучились, остались лишь желтые глаза напротив, руки на теле и наглые губы, целующие ушко.

— Тин-на, ты сводишь меня с ума.

Ашер был неугомонен, происходящее ему безумно нравилось, и он не собирался останавливаться.

— Ты решил скупить все драгоценности в городе? — пошутила Тина, рассматривая изящный витой браслет, украшенный множеством мелких бриллиантов.

— Если захочешь, куплю, — без улыбки ответил Ашер. — Только захоти.

— Нет-нет, не надо! — испугалась Тина. Ведь купит! И что ей тогда со всем этим делать? — Ты невыносим, — рассмеялась она, когда Ашер осторожно опустил ее на кровать и поцеловал пупок.

— Знаю, и мне это нравится.

Ей тоже нравилось, за окном была тьма, в комнате легко пахло ночными фиалками, горячие руки любимого мужчины ласкали тело… Кто бы сказал Тине еще месяц назад, что она будет млеть от прикосновений Северного лорда, она бы только рассмеялась в ответ. А теперь жизнь свою без него не представляла.

— Какое зрелище, — раздался вкрадчивый голос лорда. Он лежал рядом, подперев голову одной рукой, и выводил кончиком пальцев снежные узоры на животе девушки. — Твоя кожа сияет в лунном свете. Завораживающе красиво.

Тина встретилась с взглядом мужа, до бесстыдства довольным и жадным.

— М?..

Ашер резко наклонился, нависая над Тиной, и она притворно ойкнула, принимая правила игры.

— Дразнишься, моя леди? — большим котом промурлыкал Ашер.

— Исполняю твои мечты, мой лорд, — Тина провела кончиками пальцев по его скуле.

Ашер вздохнул и прикрыл глаза, наслаждаясь ее прикосновениями, легкими, невесомыми и такими ласковыми… Рука его леди поднялась выше к виску, а затем запуталась в густых волосах мужчины, притягивая его к себе. Ашер не сопротивлялся, он склонился и шепнул в губы желанной до спазма женщины:

— Все же дразнишься…

Вместо ответа Тина запрокинула голову назад, открывая шею, и Ашер не стал больше разговаривать. Губы скользнули по щеке, спустились на горло, прижались к местечку, где пульсировала вена. Кожа горела от прикосновений, у Тины по спине пробежали мурашки, она тихонько застонала и попыталась обнять мужа, но он перехватил запястья, прижимая их к постели.

— Такая покорная, такая доверчивая… Не спеши, душа моя.

Пристальный взгляд, под которым чувствуешь себя особенно беззащитно, и не отвести глаза, не сбежать…

Он целовал Тину долго, настойчиво, уверенно; целовал, пока она не стала ерзать под ним, и только тогда отпустил руки.

— Прошу тебя…

— Да, моя девочка, — обожгло щеку горячим шепотом. — Для тебя — все, что захочешь, только пожелай.

Но желать что-то еще совершенно не хотелось, настолько было хорошо.

— Мой лорд, — выстонала Тина в губы мужа, выгибаясь и прижимаясь к нему всем телом, шалея от близости, не понимая, где она и что она. — Я люблю тебя.

Ашер на мгновение замер, в желтых глазах сузились до тонкой линии зрачки, он подался вперед, Тина охнула и широко распахнула глаза, ее приоткрытый в стоне рот тут же оказался захвачен горячим властным поцелуем. Не разрывая поцелуя, Ашер начал двигаться, заставляя ее постанывать и вжиматься в него разгоряченным телом.

— Девочка моя… Желанная… Самая любимая… Никому не отдам…