Мика Мисфор – Если ты выберешь уйти (страница 4)

Хосе не ответил, но перезвонил ей через пятнадцать минут, за которые она вся извелась.

– Нет горячей воды? – удивился он так, словно она сообщила, что нашла у себя в гостиной пришельца. – Этого не может быть. Подойди к Кирану и спроси, в чем дело.

– Ладно. Спасибо, – пропищала Соня в трубку, хотя Хосе ни капли не помог.

Перед сном Соня помолилась, чтобы утром горячая вода появилась сама собой, однако молитвы оказались тщетны. Двухминутный ледяной душ с утра пораньше быстро заставил ее изменить решение никогда не обращаться к Кирану, и она вылетела в холл, сжимая в руках телефон с открытым приложением переводчика.

Киран сидел за стойкой, печатая что-то в компьютере. Услышав шаги, поднял на нее взгляд, и Соня мгновенно оробела.

– Здравствуйте, – тихо поздоровалась она, и Киран кивнул, вопросительно приподнимая густые темные брови. Его взгляд был глубоким и спокойным, будто он смотрел сразу внутрь Сони, читал ее насквозь. – Э-э… секундочку… – Она ввела в поле переводчика сообщение и повернула экран к парню.

Он слегка прищурился, читая текст, и Соня обратила внимание на то, какие у него длинные и густые ресницы. Он поднял взгляд на нее, и она сжалась от стыда за собственные мысли.

Киран кивнул с усталым вздохом.

– Пойдем. Покажу, как включать горячую воду, – произнес он, поднимаясь.

Соня безропотно пошла за ним, и осознание настигло ее только несколько секунд спустя.

– Ты говоришь по-английски? – вскрикнула она, споткнувшись от неожиданности.

Киран притормозил, пропуская ее вперед, но Соня застыла и ошарашенно уставилась на него. Увидев выражение ее лица, парень вдруг улыбнулся, и темно-карие глаза превратились в полумесяцы.

– Как видишь. – Пожал плечами и поправил сам себя: – Точнее, как слышишь. Ты собираешься открывать дверь?

Соня глотнула воздуха, не зная, что на это ответить. Она приложила ключ-карту к ридеру, и дверь с писком отворилась. Войдя внутрь, Киран указал на щиток с предохранителями.

– Крайний отвечает за горячую воду. Его нужно поднять, – объяснил на безупречном английском. Даже акцента не слышно. Соня ошарашенно моргнула.

– Как так вышло, что ты знаешь язык? – изумленно поинтересовалась она. – Вчера ты ни слова не понимал…

– Почему же не понимал? – ухмыльнулся он. – Это вы думали, что я не понимаю.

Соня снова растерянно моргнула, глядя на него.

– Но… зачем…

Киран вздохнул и взъерошил волосы.

Соня проследила, как длинные пальцы погрузились в блестящие черные пряди, как они рассыпались по его лицу от этого движения, и на мгновение забыла, о чем вообще спрашивала.

– Мне не нравится общаться с риелторами, – пояснил парень. – Когда они уверены, что я ни слова не понимаю, диалог значительно сокращается. Вот и весь секрет.

– Ты что же, настолько ленивый? – ахнула Соня, но, осознав, что это могло прозвучать обидно, накрыла рот ладонью и округлила глаза, однако Киран не обиделся. Он рассмеялся, выходя из квартиры.

Соня засмотрелась на его ровную спину и широкие плечи. Как в парне все могло быть настолько идеально? Это несправедливо!

– Зато эффективно работаю, – не оборачиваясь, ответил он.

Эхо его шагов затихло в холле, и Соня, встрепенувшись, захлопнула входную дверь и прижалась к ней спиной. По лицу расползалась неприлично широкая улыбка, но она не пыталась ее удержать – все равно никто не видел.

Так Соня поняла, что от обращения к Кирану мир не разрушится и сама она не провалится под землю. Парень не излучал дружелюбия, но и враждебности от него не ощущалось. Скорее, ровное спокойное безразличие. Безразличие – это не плохо. Это даже хорошо. И если Киран дал ей понять, что знает английский, значит, он не против того, чтобы она к нему обращалась. Не то чтобы Соня планировала злоупотреблять своей привилегией. Ее робость и не позволила бы ей такой роскоши. Однако даже периодически перебрасываться с ним несколькими словами – это уже замечательно…

Из мыслей ее вырвал телефонный звонок.

Она подскочила от неожиданности, доставая из заднего кармана джинсов смартфон. На экране высветилось имя дяди.

– Здравствуй, – поприветствовала она, проходя в комнату и опускаясь на диван.

– Привет, Соня, – теплый грубоватый голос мужчины заставил ее улыбнуться. – Как добралась? Прости, что раньше не позвонил, замотался…

Это было в его духе, и Соня совсем не злилась, ей вчера тоже было не до разговоров.

– Все нормально. Как у тебя дела?

– У меня? – хохотнул Томас. – Это у тебя как дела! Ты же на другом конце света находишься!

Соня поморщилась.

– Я стараюсь об этом не думать.

В трубке послышалась возня. Соня взглянула на настенные часы – в ее родном городе было раннее утро, видимо, Томас только проснулся. На душе потеплело от мысли, что дядя первым делом позвонил ей.

– Да брось, – пропыхтел Томас, – будь бодрее. Это отличное приключение!

Соня обмякла на диванчике, запрокинув голову на спинку и уставясь в ровный белый потолок.

– Пока не знаю, что здесь делать.

– Да ты только приехала! Дай себе несколько дней, чтобы освоиться, потом уже будешь думать, чем заниматься. Время никуда не убежит.

В этом был весь Томас. Он не тревожился, что может куда-то не успеть или что-то упустить. Он просто двигался – в том темпе, который ему был по душе. Соня была совсем не такой, тревожность не давала ей покоя. Разве можно наслаждаться временем, если постоянно только и думаешь о том, как оно утекает сквозь пальцы?

– Как дела у Светланы? – поинтересовалась Соня.

Светланой звали дядину собаку, гигантского и свирепого с виду добермана. Но на самом деле Светлана была настоящей душкой, в отличие от бывшей жены Томаса, в честь которой он ее и назвал.

– Что с ней будет, – отмахнулся дядя, – все в порядке. На днях сожрала огромную рыбину вместе с костями, но вроде обошлось.

Он только звучал беспечно, но в собаке души не чаял. Наверняка следил за ней беспрерывно, готовясь при малейших признаках дискомфорта везти ее в клинику.

– Тут жарко, – пожаловалась Соня.

– Я тебя об этом предупреждал, – хмыкнул дядя. – Говорил, возьми вещи из натуральных тканей.

– Я их и взяла, – пробурчала она, – но даже в них мне жарко.

– Ничего, привыкнешь, – не особо посочувствовал Томас.

В действительности Соню не настолько сильно беспокоила погода, просто не хотелось прощаться с дядей раньше времени. Он вдруг вздохнул и следующую фразу произнес с сомнением, будто не был до конца уверен в том, что ее стоит озвучивать:

– Твоя мама звонила.

Соня напряглась всем телом.

– Правда? – пробормотала, стараясь звучать небрежно, но дрожь в голосе сдала ее.

Томас загремел чем-то, наверное, готовил себе кофе. Разговор резко стал напряженным, и он просто искал, чем занять руки.

– Я сказал ей, что ты в Таиланде, – виновато признался он.

Соня потерла лоб, ощущая углубившиеся морщинки. Томасу не нужно чувствовать себя виноватым, все-таки это его сестра.

– Ничего страшного, – откликнулась Соня, бесцветным взглядом сверля все ту же точку на потолке. – Что она сказала?

Томас что-то пробухтел, и Соня скривила унылую гримасу. Вряд ли дядя планировал сообщить ей что-нибудь воодушевляющее, в противном случае он звучал бы более оживленно.

– Что? Я не расслышала, – сказала и сразу же пожалела: некоторым вещам лучше оставаться неозвученными.

– Да ничего толком, – признал поражение Томас. – Спросила только, откуда у тебя деньги.

Соня приподняла уголок губы в невеселой ухмылке. Конечно, что еще могло волновать эту женщину.

– Ты ей сказал про квартиру? – уточнила она.

– Конечно нет! – воскликнул мужчина, и в его голосе зазвенело искреннее возмущение. – Ну я же не совсем дурак!

– Я не считаю тебя дураком, но ты можешь быть беспечным.