Михей Абевега – Легавый (страница 25)

Но меня больше впечатлило отсутствие какого-либо оружия в руках эльфа. Гадёныш словно на прогулку вырядился и не считал нашу встречу чем-то для себя опасным.

— Я слышал, — произнёс он ещё на подходе, — вы страстно мечтали пообщаться со мной?

— У меня неподходящая для «страстных мечтаний» ориентация, — нацелил я в живот удивлённо глянувшему на меня эльфу укорот. — Но пристрелю тебя, не скрою, с огромным удовольствием. Очень сожалею, что не успел сделать этого ещё в школе.

— От чего же не стреляете? — ухмыльнувшись, поднял брови эльф и остановился в нескольких шагах передо мной. Его бородатая свита, чуть приотстав, выстроилась в ряд позади. — Хотя понимаю, расклад сейчас не в вашу пользу.

Бородачи, как по команде, подняли оружие, наставив на нас.

Впрочем, по лицам барона с ротмистром не было заметно, чтобы этот милитаристский демарш хоть как-то их впечатлил. Анатоль весело скалился. Пехов, напротив, был чертовски серьёзен. Но страха в их взглядах, могу ручаться, не было. А ведь жилет с кольчужной подстёжкой только я на себе имел. Это мне должно было больше на опасность плевать, чем им.

А я чего-то разволновался. И да, не за себя, но как раз-таки, за ротмистра с бароном. Почувствовал вдруг ответственность за этих храбрых солдафонов, доверившихся и сунувшихся за мной в эту ситуационную клоаку. Если выживем, повинюсь перед ними и покаюсь.

— Дело не в раскладе, — постарался я состроить самую бесстрастную мину. — Мне очень хочется узнать, кто твой хозяин.

— У меня нет хозяина, — чуть поморщился Шварц. — Есть наниматель. Очень влиятельный господин, между прочим, который всё никак не может решиться убрать вашу фигуру с игровой доски. Хотя сильно вы ему за последнее время подпортили игру, ибо вечно суёте свой нос куда не следовало бы.

— А мне показалось, очень даже решился. Иначе зачем было твоему дружку Клариусу пытаться меня убить?

— Клариус вовсе не собирался убивать вас. Его задачей было захватить и по возможности перевербовать человека с таким полезным багажом знаний. Это вы, чуть что, сразу начинаете стрелять по кому ни попадя. Бедные Клариус и его сестра…

Зашибись! Этот душегуб виноватит меня в убийстве своих дружков! И это при том, что я тогда еле жив остался.

— Экзекуторы запретили использовать мои знания, — сдерживая эмоции, я постарался перевести беседу в другое русло. — Да и не так уж их много, знаний этих.

— О, да, — кивнул эльф, похоже, пропустив мои последние слова мимо ушей, — моему нанимателю сильно мешают ограничения, наложенные комитетом. А ваш герцог, уж простите, слабак и дурак. Он мечтает о прогрессе, но мыслит очень узко и боится радикальных мер. Постоянно приходится подталкивать его к нужным решениям.

— То есть вся затея с мятежами, бунтами и революционерами — это лишь способ повлиять на герцога? За всем этим стоит твой наниматель?

— Ну что вы! Вы же умный человек, раз умудрились связать всё воедино. Но мой наниматель гораздо умнее. Он, естественно, умеет создавать ситуации, способствующие достижению его целей. Но ещё лучше он умеет пользоваться уже существующими обстоятельствами. Ничего не стоило подтолкнуть ребятишек, заигравшихся в революцию, якобы напасть на арсенал. Ещё проще было сподвигнуть и без того недовольных коблов к бунту, ещё и вооружив их.

— Значит, вы действительно специально подбросили тело Бронева гоблинам? А Жмых потом продал тебе меня за оружие, украденное из арсенала? Вот мерзавец!

— Надеюсь, вы про Жмыха? — хитро прищурился эльф. — Не судите коблов, глядя на них лишь со своей башни. Те, кто знаком с историей этого народца, в курсе, что человеческий род всегда был для них воплощением врага. А врага не зазорно и обмануть. Это касается и орков. Впрочем, данные при свидетелях обещания, пусть даже человекам, коблы, как и орки, всегда держат.

— Я заметил, — поморщился я.

Формально Жмых, конечно, договорённость исполнил, встречу устроил. Только вот не в том формате, на который я рассчитывал. По факту, подставил меня уже во второй раз.

Внутри меня просто клокотало всё от возмущения, но я старался не показывать это эльфу. Потому и спросил максимально сдержанно:

— Так всё же, кто этот твой таинственный наниматель?

— Если я откроюсь вам сейчас, ваших друзей придётся убить. Стоит ли оно того? Лучше скажите, согласны ли вы оставить должность дознатчика и перейти на службу к моему нанимателю? Подумайте, это ваш последний шанс. Больше спрашивать никто не станет. Вы и так уже знаете слишком много, чтобы просто быть отпущенным. Да или нет? Обещаю, в случае согласия ваши друзья не пострадают.

Надо же, этот хмырь мне дедлайн обозначил! Уверен в себе, гад! А вот я не уверен, что, если и соглашусь, то барона с ротмистром спокойно домой отпустят. Наверняка, если и отпустят, то потом втихаря прирежут.

— Я правильно понимаю, сударь, — вмешался вдруг в разговор Анатоль, весело мне подмигнув, — вы предлагаете моему другу стать предателем, нарушив клятву, данную своему сюзерену? Да вы, сударь, мерзавец и негодяй. Не знаю вашего рода, но даже если вы будете подлых кровей, это не помешает мне, барону Штольцу, вызвать вас на поединок чести. Здесь и сейчас. Насмерть.

Ну вот нахрена он это сделал? Я уже сам почти был готов пальнуть в пузо Шварца, пока тот стоял на расслабоне. Пусть, это подло, но зато так шансов захватить эльфа несказанно больше. А с бородачами, я был уверен, мы бы потом справились. Не похожи они на профи, в отличие от эльфа. Вот только не знал я как сигнал своим подать, чтоб готовы вписаться были. А тут этот со своим чистоплюйским геройством поразвлечься надумал.

Я взглянул на ротмистра. Тот выглядел ошарашенным не меньше меня, но высказываться по данному поводу не спешил.

— Дуэль? — скептически воззрился на барона эльф. — Без распорядителя, скрипта и протокола? Что ж, если вам не терпится умереть, я не против. Выбор оружия и дистанции, как я понимаю, за мной?

— Разумеется, — надменно кивнул Анатоль.

— Хм, — эльф сделал вид, что задумался. — Сабель у нас нет, а ножи лишь для простаков. Поэтому я выбираю самострелы. Дистанция минимальная в двадцать пять шагов. Два выстрела. Согласны?

Глава 13

Слышал бы Митиано про ножи, которые лишь для простаков, вот посмеялся бы. Помню я, как этот бугай в борделе на ножах бился. Обзавидоваться можно. Да и сам эльф недавно, помнится, не погнушался ножом приятеля своего замочить.

— Ваше право, сударь. Думается, и двух выстрелов будет достаточно, чтобы решить наш вопрос. Не пожелаете ли стреляться на таких? — Анатоль продемонстрировал эльфу укорот. — У нас как раз пара имеется. Совсем новые.

— Не знаком с подобными образцами, — скривился Шварц. — Не имел ранее удовольствия пользоваться, а посему откажусь и стану настаивать на армейском образце. Самострелы у моих людей тоже из последних поставок будут. Поновее этого, — эльф кивком указал на дротовик ротмистра, — но уже проверенные. Сбоя не дадут, не заклинят. Ваш секундант, если согласны, может выбрать любой из них.

— Как изволите, — кивнул Анатоль с нескрываемым огорчением и повернулся к Пехову: — Илья Игоревич, не окажете ли честь, став моим секундантом? Возьмёте под опеку?

— Не смею отказать, — мне показалось, ротмистр ответил как-то слишком язвительно. Не нравилась ему эта затея. Впрочем, мне тоже.

— Анатоль, — оттащил я барона за локоть немного в сторону, — вы уверены, что всё это стоит затевать? — И понизил голос почти до шёпота: — Этот ублюдок очень хорошо стреляет. Сам видел.

— Не беспокойтесь, мой друг, — барон вновь расплылся в улыбке, — я, смею вас заверить, в грязь лицом не ударю и в долгу не останусь. Будь он трижды отменный стрелок, но и я не лыком шит. Чуть не в главных забияках и записных бретёрах в полку хожу. Уверен, мне двух выстрелов с лихвой хватит. Это у солдатиков в бою по десятку снарядов на одно попадание приходится, как их ни обучай. А дуэль — дело другое. Тут, коли сноровка имеется, глаз верен, а нервы не шалят, то и с полусотни шагов попасть можно. К тому же, ежели и заладится что не так, то сия шалость нам лишь на руку пойдёт: одного-то самострела свита этого вашего Шварца лишится. А вы вот, держите, — и Анатоль сунул мне укорот, — да взвести заранее не забудьте.

— А у Пехова, — приняв из рук барона оружие, я кинул тревожный взгляд на ротмистра, уже о чём-то толкующего с ближайшим к нему бородачом, видимо, тоже определённым в секунданты, — не заберут взамен его оружие?

— Ни в коем разе, — мотнул головой барон. — На то он и секундант, чтобы честность поединка блюсти. В приличном обществе, конечно, порой и одной огласки достаточно, чтобы осрамить нарушителя правил. Но тут у нас случай особый, тут порицанием не обойтись. Посему секунданты и имеют полное право застрелить поединщика, решившегося на бесчестный поступок. Илья Игоревич о том знает, несомненно, но и вы, Влад, не зевайте. Не по душе мне этот субъект, не по нраву.

— Да я и сам от него не в восторге. Но вы всё же постарайтесь оставить его в живых. Мне бы потолковать с ним. С пристрастием.

— Не о том вы думаете, мой друг, — покачал головой Анатоль. — Сей тип нам явно дал понять, что отпускать вас намерения не имеет. Либо убьёт, либо захватит. Нас в расход за ненадобностью или же, что тоже вероятно, под пытки, вам в назидание. А самого вас посадят на цепь да будут по крупицам знания выжимать. Вот оно вам нужно?