Михей Абевега – Агент (страница 26)

— Дознатчик, ты там не уснул ли? — проявил вдруг нетерпение мой тайный визави. — Или передумал за вторую штуковину платить? Я тут всю ночь напролёт торчать не собираюсь.

— Нет-нет, держи, — протянул я гоблину деньги. — Что там у тебя ещё?

— Вот, на. Только, извиняй, цельного не припрятать было. Сильно уж охрана за ними бдит. Вот только стреляный подобрать и смог.

— Ого! — в руках у меня появилась гильза, похоже, от крупнокалиберного пулемёта. — Большая какая!

— Есть и побольше. Но ту я дешевле, чем за тридцать золотых, сюда не попру.

— Не нужно её сюда переть, — довольно ухмыльнулся я, нюхая гильзу. Пахло самым натуральным жжёным порохом. — Всё и так ясно.

— Может тебе ещё чего надобно, а, дознатчик? — обломившись с тридцатью золотыми, гоблин, похоже, решил зайти с другой стороны и, не останавливаясь на уже достигнутом, знатно обогатиться за мой счёт. — Ежели сквалыжничать не станешь, мы с тобой завсегда договоримся.

Если уж Небеня на мои деньги жениться собрался, то этот его таинственный приятель явно вознамерился стать гоблинским нуворишем.

— Я бы не отказался от образцов самого оружия, — попробовал я взять быка за рога. Вдруг прокатит. Жадность и любовь к халяве порою творят чудеса, пробуждая в людях такую изобретательность и смекалку, что всякие там Кулибины просто отдыхают. Вряд ли с гоблинами дело как-то иначе обстоит. Авось и этот извернётся, притаранит мне что-нибудь интересное.

— Эвон ты куда хватил, — разочарованно прошипел мой собеседник. — Такое мне не под силу. Это только ежели из охраны кого подкупить сумеешь. Но я на то и ломанного гроша не поставлю. Охрана тут злая да строгая, нашим жандармам не ровня.

— Ну, может, чертежи хотя бы какие, — закинул я удочку, всё ещё надеясь на никуда не девшуюся жадность гоблина. — Я щедро заплачу.

— Ты ещё попроси на погляд тебя сводить, — проворчал тот в ответ.

— От экскурсии тоже не откажусь. Найдёшь способ на территорию зоны проникнуть, я тебя озолочу.

— Да чего тут искать-то? — внезапно воспряв, на ходу переобулся ушлый делец. — Приходи сюда завтра, приноси полсотни золотых, будет тебе «эскурсия». Я тебя к мастерским направлю, а уж дальше ты сам топай и своей жизнью рискуй, с меня взятки гладки. Если что, я тебя не знавал и даже не видывал.

— Договорились, — удовлетворённо потёр я руки. — Завтра в это же время я прибуду.

— Ну вот и дело, — в шёпоте гоблина тоже послышалось явное довольство. — До завтра, господин дознатчик.

— Постой-постой, не уходи! — вовремя спохватился я, чуть не упустив возможность прояснить чуть ли не главный вопрос. — Ты инженера Ильина с железной дороги не знаешь ли? Не встречал ли его на зоне?

— Видал я твоего инженера, тут он обитает. Ходит смурной весь такой из себя.

— И чем он там у вас занимается?

— А мне-то почём знать? Нашему брату отродясь не по чину с ним ручкаться было. А нынче инженер так и вовсе ни с кем бесед не ведёт. Да оно и не мудрено, за ним повсюду, куда ни пойди, охрана таскается. Блюдут инженера старательно, да всё больше за ним самим бдят, видать, чтоб не убёг. И если за нами обычно войсковые приглядывают, то инженера твоего, напротив, те, что в штатском, стерегут.

— Вот спасибо тебе, порадовал.

— Какое спасибо, начальник? — возмутился мой собеседник. — Золотой гони. Мне за твои спасибы впустую лясы точить недосуг.

— Ладно-ладно, держи, — за такую информацию и заплатить не жалко было.

— Так-то лучше, — успокоился гоблин. — И завтра деньги взять не забудь. Помни, нет денег...

— Нет стульев, — закончил я за него. — Понял я, понял, будут тебе деньги.

Распрощавшись с гоблином и дав отмашку товарищам, я спустился на дно оврага. Причём намного быстрее, чем намеревался, потому как поскользнулся где-то на середине завала и остаток пути пролетел, пересчитав брёвна чуть ли не зубами.

Хорошо хоть руки-ноги не переломал, падая. Но шишку на лбу набил и репутацию подмочил знатно, в конце концов плюхнувшись задом точнёхонько в обмелевший ручей и, пока пытался подняться, основательно извозившись в склизкой глине.

Даже порадовало, что шастал я в последнее время в цивильной одежде. Жалко было бы дорогущий форменный мундир испортить, всю местную грязюку на него собрав.

— Если ты, братец, хотел получше замаскироваться, — придирчиво оглядел меня с ног до головы орк, — следовало это сделать в самом начале вылазки, а не сейчас, когда мы уже уходить собрались.

— Очень смешно, — огрызнулся я, ощупывая промокшие штанины. — Что там наверху, спокойно всё?

— Было бы неспокойно, ты бы узнал о том раньше, — продолжил петросянить Тимон, — а так преспокойно успел мокрозадое детство вспомнить.

— Узнали что-то полезное? — инспектор не дал мне высказать всё, что я думаю про умственные способности этого клыкастого стендапера.

— Ильин жив и скорее всего находится на зоне принудительно. Его охраняют те же молодчики из службы безопасности, что напали на нас вчера. И на, Тимон, держи. Смотри, что передал мне приятель Небени, - я вручил орку свою добычу.

— Что ж, — покривил губы Холмов, глядя, как орк крутит в руках и с интересом изучает патрон с гильзой, — ваши сведения пока что не отменяют ни мою, ни вашу версию исчезновения инженера.

— В любом случае, — развёл я руками, — пока Ильин жив, у нас есть шанс вызволить его из плена и вызнать правду от него самого. А заодно порасспросить о том, что происходит внутри зоны.

— И как ты собрался такое провернуть? — удивлённо выставился на меня Тимон. — Выпишешь и станешь месяц дожидаться пару полков из столицы? Меньшим-то числом никак не обойтись. Тут поначалу потребуется всю зону окружить, чтоб не улизнул никто, и уж только после на штурм идти.

— С тем вооружением, что в зоне имеется, нам никакие полки не помогут. Даже один бронепоезд всех в капусту покрошит, и даже не заметит. А тут, как мне сказали, не меньше двадцати таких составов уже наклепали. Мы сами туда пойдём завтра ночью, вдвоём, — обрадовал я названного братца. — И не на штурм, а тайком. Я договорился, нам дорогу покажут.

— Куда? В серые пределы к праотцам? — вскинулся Тимон. — Ты в уме ли, братец? Даже мне такое в голову прийти не могло. Ты хоть представляешь, раз уж там действительно оружия тайного немерено, сколько народу может стеречь подобный секретный объект?

— Весьма сомнительная авантюра, — поддержал орка инспектор.

— Давайте сначала уберёмся отсюда, — не стал я лезть в бутылку под самым носом у неприятеля, — а после я вам свой план озвучу.

Вот тут со мной никто спорить не стал. И если сюда мы шли крадучись, назад к машине рванули чуть ли не бегом. Потому и добрались раза в два быстрее.

Первым делом я поспешил скинуть сюртук с рубахой и поплотнее завернуться в защитный плащ. А то и ночь вроде тёплая была, но даже торопливый бег не смог избавить меня от мерзких ощущений, вызываемых липнущей к спине холодной мокрой одеждой. Штаны снять постеснялся, хотя тоже сделал бы это с превеликим удовольствием. Честно говоря, не отказался бы я сейчас и от порции-другой чего-нибудь горячительного.

— Так что ты там, братец, задумал? — орк запалил дрова в топке парохода, и теперь нам предстояло дождаться, когда уже успевший подостыть котёл вновь забурлит кипятком.

— Наш информатор сообщил, — за неимением согревающих напитков я решил воспользоваться жаром огня и встал поближе к чугунной печке, — что Ильина на зоне охраняют люди в штатском.

— И что с того? — пожал плечами Тимон.

— Скорее всего это те же безопасники, что напали на нас вчера. И чьи трупы хранятся в леднике жандармерии. Одеты они, вы сами видели, почти что одинаково, словно в униформу. А ты, братец, сам сказал, что охраны на зоне может быть немерено. И значит все друг друга даже в лицо знать не могут.

— Если вы, — вступил Холмов, едва я взял паузу, — предлагаете воспользоваться одеждой убитых, то всё равно отправиться в это приключение вам вдвоём не представляется возможным. Наш друг Тимонилино в любой одежде будет привлекать нежелательное внимание, даже издали, в силу своего немалого роста и, мягко говоря, очень запоминающейся внешности.

— Это да, — вздохнул я, — тут я тупанул, не подумал.

— Но вы можете взять с собой меня, — продолжил инспектор. — Я не столь приметен, однако тоже смогу вам помочь, случись какая надобность. Единственное, мне хотелось бы знать цель нашей вылазки, чтобы оценить целесообразность таковой и понимать, какого результата нам должно достичь.

— Я думал, вы против, — глянул я на Холмова недоверчиво. — Почему вы поменяли своё мнение?

— Отнюдь. Я назвал сие предприятие сомнительной авантюрой, но не собирался отговаривать вас от него. И сам с удовольствием поучаствую. Видите ли, Владислав Сергеевич, ваше появление в нашем мире и работа в сыскном ведомстве некоторым образом нивелировали ценность моих профессиональных навыков. Вам ведь достаточно пообщаться с душой умершего, и вы уже знаете, кто преступник, не прибегая к изучению и тщательному анализу улик. Я в определённой степени почувствовал собственную ненадобность, хотя и понимаю, что это не совсем так.

— Что вы, Шарап Володович, — возмутился я, — правильнее сказать, что это совсем не так. Сколько раз я уже имел возможность убедиться, насколько казалось бы явно видимое не соответствует истинному положению дел. Уверяю вас, напротив, я оценил важность ваших умений докапываться до сути, не полагаясь на дар медиума. Мне у вас учиться и учиться.