Михаил Злобин – Песнь Надежд (страница 41)
— Енвальд, ты погляди, какого чудно́го странника я повстречала! — обратилась северянка к коренастому мужику, заросшему бородой по самые глаза.
Селянин, мастерящий какую-то ловушку из оструганных прутков, бечевы и кожаных ремней, поднял взор на меня, и тотчас же напрягся. Ладонь его потянулась к рукоятке тесака, торчащего из-под голенища меховых унтов. Но обнажать оружие он пока не стал.
— Ступай, Журка, я сам побалакаю с заблудшим господином, — изрёк мужчина, не сводя с меня пристального взгляда.
Девица пожала плечами и убежала, оставив меня наедине с охотником и другими жителями длинного дома, которые высунули любопытные носы из всех углов. А сам Енвальд, как назвала бородатого моя провожатая, отчего-то облегчённо выдохнул, когда северянка ушла. Ужель думал, что я на неё нападу?
— Кто ты, и как проник за ограду⁈ — с ходу потребовал ответа мужик.
— Это неважно. Тебе следует знать, только то, что я не представляю угрозы для вашего поселения. В противном случае, от деревни осталось бы одно пепелище. Я понятно изъясняюсь?
Могучая пятерня охотника до побелевших костяшек сомкнулась на рукоятке тесака. Несколько его соплеменников из другой части дома, учуяв, как накалилась обстановка, подобрались ближе. Кто с дрыном, кто с ножом, а кто с рогатиной. Ну а я, стараясь выглядеть как можно грозней, принял живописную, но бестолковую позу, поигрывая расслабленными пальцами. Смешно, но это, кажется, подействовало. Северяне не спешили нападать на странного чужака.
— Чего тебе нужно? — процедил Енвальд.
— Всего лишь расспросить об отродьях из пустошей. Как давно они изменились? Как далеко забредают? Насколько выросло в минувшую пару лет их количество?
— Так вы посланник тингмана Фрёлле? — заметно подобрел собеседник. — Ужель наши мольбы о помощи были услышаны⁈ Слава богам… Господин, верите, нет, но от жутких тварей совсем спасу не стало! Никак с ними не сладить! Лес ломают, дичь изводят, ловушки портят, люд воруют! Уж и не вспомню, когда последний раз выходили за частокол без охраны!
На меня обрушился целый поток причитаний и жалоб. Причем, не только от Енвальда. Очень скоро к нему присоединились и другие охотники, побросав свои занятия. Жители, приняв меня за представителя какого-то местного князька, загомонили наперебой, выкладывая всю известную информацию. Ну а я и не спешил их разубеждать. В конце концов, я действительно собирался помочь с этой проблемой. Так какая разница, от кого я прибыл?
Итак, я выяснил, что Гесперия привела меня к восточной оконечности провинции Винхойк. И здесь масштаб бедствия оказался гораздо значительней, чем я думал. Охотники клялись, что из-за нашествия абиссалийских отродий обезлюдело несколько поселений, располагавшихся в опасной близости от пустошей. Порождения кьерров испокон веков посягали на спокойствие здешних земель, но северяне за множество поколений научились им противостоять. Взглянуть хотя бы на то, как они защищают свои деревни. Но с недавних пор твари обнаглели, озлобились и окрепли. Отточенная столетиями тактика перестала работать. Дозорные отряды исчезали бесследно. Торговые обозы подвергались нападениям. Нынче, если возникала нужда заночевать в пути, то лагерь обустраивали как временную крепость, отгораживаясь повозками.
Вследствие этого экономика здешних земель получила ощутимый удар. Добыча пушнины снизилась, возникли перебои с вывозом железа из приграничных рудников. Появились проблемы с продовольствием, поскольку охота занимала важное место в обеспечении пищей населения.
Разумеется, ярлы, ну или кто тут царствовал, не могли проигнорировать такую угрозу, поскольку она чрезвычайно болезненно била по их благосостоянию. Окрестные тингманы, исполняющие роли кого-то вроде мелких наместников и представителей власти, получили приказы собирать дружины и нещадно резать недругов. Но о каких-либо успехах или громких победах над отродьями пустошей охотники не слышали. Да и ситуация с тварями ничуть не улучшилась. А потом и вовсе всё затихло. Словно бы правители, потерпев неудачу, решили подождать, когда проблема сама собой уляжется. Но она только усугублялась.
Впрочем, я не был согласен с последним выводом. Скорее всего ярлы попросту не могли между собой договориться. У одного Винхойка не хватало сил, чтобы защититься от нашествия. А соседи, до которых оно ещё не докатилось, не считали нужным тратить
— Спасибо за обстоятельный рассказ, — поблагодарил я охотников, когда они выдохлись. — Я вернусь, и подумаю, как можно помочь вашей беде.
Поняв, что я собираюсь покинуть их деревню, жители пригласили меня к трапезе. Но я вновь твёрдо отказался. На прощание они завалили меня просьбами, адресованными тингману Фрёлле. А мне пришлось соврать, что обязательно передам их.
До ворот меня провожало человек, пожалуй, сорок. Весть о желтоглазом посланнике, каким-то образом разнеслась по селу ещё до того, как я вышел из дома. Наверное, та голубоглазая девица растрещала. Люди перешептывались, смотря на то, как я легко разодет, но при этом не дрожу от холода. И ещё больше они удивились, когда я, оказавшись за частоколом, отправился пешком к темнеющей на фоне снегов лесной опушке. Без телеги, без скакуна, без охраны. Чую, что о моём появлении ещё долго будут судачить в этой деревне.
— Гесперия, ты здесь? — обратился я к дриаде, когда добрался до деревьев.
На этот раз лесной дух сразу же пришла на мой зов. Её утончённая фигура отделилась прямо от ствола могучего дуба и вопросительно воззрилась на меня.
— Я постараюсь сделать так, чтобы абиссалийцы оставили в покое твои владения. Однако понадобится время. Скажи, ты сможешь провести своими тайными тропами не только меня, но и моих товарищей?
Гесперия отрицательно покачала головой:
— Нет, это отнимает слишком много сил. Да и не желаю я видеть в своём лесу столько людей.
— Ты не поняла, я не прошу тебя переправлять целую армию, — терпеливо пояснил я, давно привыкнув к противоречивой натуре дриады. — Нас будет всего несколько дюжин человек. И одна абиссалийка.
Вырвавшийся из груди Гесперии разъярённый клёкот, похожий на соколиный крик, дал мне понять, что моё предложение было воспринято, мягко говоря, негативно. Однако я поспешил успокоить хозяйку лесов и постарался убедить, что конкретно эта представительница расы кьерров для неё не враг. Тем не менее, мои заверения не улучшили настроения первородного духа. Гесперия меня доставила в Патриархию, но не вышла даже попрощаться.
Ну да ладно. Позже выскажу капризной дриаде всё, что думаю о ней. А пока разыщу Насшафу. Надеюсь, она не отправляется спать сразу, как только на горизонте занимается рассвет. Её мудрость и знания уроженки Великих Пустошей станут очень хорошим подспорьем для грядущего похода. Ох, пролюби Ваэрис мои деньги… а ведь мне ещё предстоит как-то решить вопрос с Азарханом! Тем самым злобным первородным духом, который чуть не угробил нашу небольшую экспедицию в прошлый раз. Уж он-то с радостью возьмёт реванш…
Н-да… мои планы привлечь северные государства к участию в битве за Элдрим терпят крах, не успев толком оформиться. С такими темпами продвижения Абиссалии вглубь обжитых земель, глупо ждать от ярлов содействия в моих начинаниях. Хуже того, даже если тамошние правители каким-то чудом согласятся и отправят войска на юго-запад, то что станет с простым людом, населяющим те широты? А я скажу что. Твари пустошей, перестав встречать сопротивление, хлынут широким потоком, выкашивая целые провинции. И тогда южные земли наводнят армии беженцев. Прокормить, допустим, мы их совместно с Медесом и Равнинным Княжеством сможем. И так снабжаем продовольствием ту часть континента. Но вот как нам воевать без северного железа? Да и отродья подземелий ведь не остановятся, а пойдут дальше. Постепенно доползут и до наших рубежей. Вот и как быть? Такую дырку одной котерией «Железных рубах» не заткнёшь. Протяженность границы с пустошами у Королевства Медес несоизмеримо меньше, нежели у северных княжеств. Кроме этого, суровый климат тех мест и непростой горный ландшафт потребуют
Эх-х… ну никто мне и не обещал, что будет легко. Но глаза боятся, а руки делают. Завтра же начну усиленные тренировки совместно с Безликими. А ещё надо поторопить Лиаса, чтобы представил мне наиболее перспективных неофитов. Мне срочно нужны в братстве свободные руки и свежая кровь. Железо надобно ковать, пока оно горячо. И тогда к следующему наступлению алавийцев мы уже будем во всеоружии.
Глава 24
Эпилог
— Не зеваем, господа! Продолжаем тренировки! Исла, что ты творишь⁈ У тебя сейчас конструкт развалится! Подтяни второй фазис! Тарин, молодец! Так держать. Эй, ты с ума сошёл⁈ Хочешь без руки остаться⁈ Я для кого объясняю принципы комбинаторики и сочетаемости истинных слогов⁈