Михаил Злобин – Ария Вечности (страница 8)
— Гесперия, время пришло, — шепотом позвал я.
Но первородный дух не явилась. Странно. Может, не услышала?
— Гес-пе-ри-я! — сквозь зубы прошипел я, уже представляя, как глупо будут выглядеть перед своими людьми, если она не придёт.
Слава богам, обошлось. Гибкая фигура дриады мелькнула в слабом мерцании лунного света, подсматривая за нами из-за древесного ствола.
Нервно оглянувшись на спутников, я не заметил какого-либо возбуждения среди них. А на основании этого уже предположил, что они голоса Гесперии не слышали. Ну хотя бы так…
— Она наш проводник по пустошам, — всё так же тихо ответил я, неотрывно следя за движениями первородного духа. — Без неё вся эта затея не имеет смысла.
Хозяйка леса порывисто оттолкнулась от дерева и скрылась, ничего больше не сказав. Я в первое мгновение не понял, что это значит. Неужели её настолько разозлило присутствие Насшафы, что она готова растоптать нашу договорённость?
— Почему ты стоишь, Александр? Иди за мной, — призывно колыхнулась листва.
Облегчённо выдохнув, я побрёл в том направлении, где исчез силуэт Гесперии. Следом за мной тронулась и процессия соратников. И на сей раз нам пришлось плестись по тайным лесным тропам больше часа. Кажется, первородному духу было гораздо тяжелее переправить такое количество народа, нежели меня одного. Я, путешествующий таким образом не впервые, очень точно уловил момент перехода. Ощутил, как бархатная южная ночь сменилась леденящей свежестью, и был к этому готов. А вот лошади взбрыкнули. Да и от моих спутников послышались удивлённые возгласы.
— Я привела вас, Александр… — устало зашелестел ветер, словно засыпая на ходу. — Спасибо тебе, что пытаешься помочь…
Посчитав это разрешением, я скомандовал снимать повязки с глаз. Мои ошеломлённые соратники посрывали их во мгновение ока, а затем принялись напряжённо всматриваться в темноту окружающего нас леса. Первым ко мне подскочил задыхающийся от изумления Тарин. Он был так удивлён, что не находил слов, а только открывал и закрывал рот, уподобляясь выброшенной на берег рыбе.
— Никаких вопросов! — жёстко пресёк я любые разговоры. — Примите произошедшее как нечто само собой разумеющееся. Лучше переоденьтесь пока во что-нибудь более подходящее.
Безликие ещё немного повздыхали, о чём-то там между собой поворчали. Но спорить со мной не решились и полезли в тюки с утеплёнными плащами. Ведь в Патриархии, оставшейся в тысячах вёрст отсюда, погода значительно отличалась от северной. Если говорить привычными для меня аналогиями, то мы из бархатного лета шагнули в промозглую и ветреную осень.
— Значит так, мы сейчас с вами на границе Скальвира и провинции Винхойк, — приступил я к брифингу. — Здешние земли сталкиваются с наиболее агрессивным нашествием порождений пустошей. Однако восприятие масштабов проблемы у жителей окраин и правящих особ сильно разнятся. Последние, кажется, не замечают масштабов изменений. А ведь здесь темпы наступления абиссалийских созданий возросли кратно. Крестьяне вынуждены обносить деревни высоким частоколом и самостоятельно оборонять его. Торговые обозы подвергаются нападениям или бесследно пропадают. Страдает экономика. Однако местные лидеры не спешат объединяться, а ждут, когда чужие руки разделаются с напастью. Наша цель стать этими руками, а по возможности и записать себе в должники окрестных ярлов и скёльвальдов. Задача ясна?
Спутники дисциплинированно кивнули, и я посчитал, что мы можем отправляться в дорогу. Выйдя из леса и скорректировав направление движения по звёздам, я взял курс на Ронхейм — столицу Скальвира. Уж кто-кто, а правитель этих земель за моё предложение должен ухватиться всеми конечностями.
— Ш-ш-ша! — неожиданно вскинула ладонь Насшафа, вынуждая нас натянуть поводья. — Я что-то с-слышала!
Мы замерли, стараясь дышать как можно тише, а абиссалийка принялась крутить головой и принюхиваться, словно ищейка.
— Там, — уверенно заявила она, указывая на поросший мхом и лишайником овражек.
Исла и Гимран спешились. Они отправились проверить, что привлекло внимание альбиноски, создавая на всякий случай проекции боевых плетений. И когда пара магистров приблизилась к оврагу, оттуда резко выскочила длиннохвостая двуногая тень.
— Бей! — выкрикнул Гимран, засылая в подвижный силуэт «Стрелу».
Но Исла атаковала и без команды. Она закидывала неизвестного врага «Серпами», швыряя заклинания так, чтоб от них было сложнее увернуться.
Оба милитария попали. Сначала «Стрела» пронзила навылет существо, заметно поубавив у него прыти. А затем метко пущенный «Серп» развалил фигуру надвое. И пока Безликие настороженно осматривали окрестности, ожидая появления новых врагов, Насшафа спрыгнула с лошади и побежала к свежему трупу.
— Риз-з, взгляни, — позвала она.
— Похож на шаксатора, — отметил я, подходя ближе.
Память тут же услужливо мне подсунула воспоминание о том, как я давился мясом похожей твари, когда раненным бежал из пустошей. К горлу подкатила тошнота, но я виду не подал.
— О том и реч-чь! Раз-зве ты не понимаеш-шь? — встревожено закусила губу абиссалийка.
— Чего именно?
— Мы на с-севере! За тысячи вёрст от тех мес-ст, где распространены з-знакомые мне заветы!
— Погоди-погоди, ты пытаешься сказать, что в этой части света кьерры привыкли создавать совершенно других отродий? — уловил я ход мыслей Насшафы.
— Да, Риз-з! Наши знания о преобразовании плоти свящ-щенны. Никто ими не с-станет делиться с другими! Даж-же в соседствующих ульях верховные отц-цы могут придерж-живаться абсолютно не похожих заветов. А уж здес-сь, так далеко от моего родного дома, дети Великой Тени прос-сто обязаны отличаться!
— Значит, этот шаксатор забрёл сюда из южных областей? — выдвинул я версию.
— Нет, он бы так далеко не забралс-ся, — отрицательно покачала головой абиссалийка. — Здесь что-то другое… будто смеш-шение двух разных-х учений…
— Но ты же сказала, что никто и ни при каких обстоятельствах не позволит себе передавать рабочие схемы по трансформации мёртвой плоти? — нахмурился я.
— Всё так. Ес-сли только…
— Если только что? — поторопил я Насшафу.
— Если только южные обитатели не покорили север…
Неободрительно цыкнув, я ещё раз взглянул на убитую тварь. Длинный костяной хвост, будто бы собранный из множества позвонков, совершенно точно был мне знаком. А вот остальная анатомия шаксатора явно подверглась модификации. Не особо существенной, но всё же заметной.
— Насшафа, ты можешь остаться здесь и собрать побольше информации о снующих тут созданиях пустошей?
— Да, Риз-з. Так от меня будет больш-ше толку, чем при свете дня в людских пос-селениях, — кивнула альбиноска.
На том и порешили. Подвесив на абиссалийку «Паразита», чтобы потом без труда разыскать её, мы с Безликими двинулись дальше. Ехать пришлось весь остаток ночи. Вскоре лес закончился и начались предгорья, покрытые чахлой карликовой растительностью. И только к рассвету я заметил вдалеке угрюмые мрачные стены, отлично вписывающиеся в угнетающий северный пейзаж.
— Ну вот и Ронхейм, — сообщил я своим спутникам.
— Это? — удивился Гимран. — Какой-то он маленький…
— На севере редко можно встретить города, в которых живёт более пяти-шести тысяч человек, — со знанием дела изрёк Тарин. — Зато их гораздо больше, чем в нашей Патриархии, и все они отменно укреплены.
И действительно. Со стороны Ронхейм выглядел в несколько раз меньше Клесдена и скорее напоминал мрачную крепость.
— А почему так? — вклинилась в диалог Исла.
— Наверное, сказывается близость пустошей, — пожал плечами магистр. — Чем протяжённей периметр стен, тем сложнее их оборонять. Кроме того местное население во многом зависит от охоты и собирательства. Если где-то соберётся слишком большая толпа, которую не сумеет прокормить лес и тундра, то может начаться голод.
И здесь суждения Тарина, похоже, были достаточно близки к истине. Я сам не задумывался о причинах такого расселения, но в том же Медесе, который точно так же страдает от нашествий абиссалийских тварей, картина выглядела весьма похоже. Южное королевство тоже имело множество городков-крепостей, вроде вырезанного моими руками Фанхолда. И располагались они как раз вдоль границ с Абиссалией.
Во врата Ронхейма мы въехали на рассвете самыми первыми. Немного было желающих передвигаться по тёмной поре, когда вокруг рыскают твари пустошей. Городская стража поначалу принялась допытываться, кто мы такие и куда движемся, но небрежно брошенный кошель, набитый низкокачественными медескими серебрушками, сумел растопить холодную принципиальность охраны.
— Выпейте сегодня после дозора, — посоветовал Гимран, не открывая лица. — Вы славно трудитесь, от вашей бдительности зависит безопасность всего Ронхейма. Жаль, что не все проезжающие чрез ваш пост это осознают.
— Э-э-э… спасибо, почтенный тир! — расплылся в улыбке один страж, подмигивая напарнику. — Очень приятно встретить столь понимающего путника! Добро пожаловать в наш прекрасный град!
И после этого обмена репликами наша кавалькада из дюжины безликих всадников беспрепятственно въехала за стены Ронхейма.
Желая поскорее заявить о намерениях здешнему монарху, я направил свою лошадь к самому внушительному комплексу сооружений. В отличие от большинства длинных общинных домов, точные копии которых я уже видел во время первого визита на север, жилище местного скёльвальда походило даже не на цитадель, а на полноценный детинец. Оно имело отдельную стену и занимало процентов десять площади всего Ронхейма.