Михаил Жебрак – Пешком по Москве (страница 4)
Революция разорила тысячи граждан, а вот музей обогатился. За счет переданных, брошенных и отобранных коллекций фонды музея выросли с 1 миллиона 200 тысяч единиц хранения до 4 миллионов. Дом Пашкова стал мал. Решили все, как говорится, непрофильные собрания передать в другие музеи, а здесь оставить только книги. Так Румянцевский музей стал Библиотекой имени Ленина. Был объявлен конкурс на новое здание Ленинской библиотеки, в котором участвовали ведущие архитекторы того времени. Проекты были авангардные, все-таки на дворе стоял 1928 год. Но выиграла работа Владимира Щуко и Владимира Гельфрейха. Именно они верно отразили дух времени – возвращение классической архитектуры. Архитекторы поставили корпуса библиотеки углом с отступом от перекрестка (Воздвиженка ул., 3/5, стр. 3). Получилась парадная площадь с колоннадой по периметру. Над главным входом двухуровневый мраморный фриз – классическое шествие с плодами труда в руках. В соответствии со статусом соавторов верхний ряд вырезан по эскизу Щуко, нижний – по рисунку Гельфрейха.
С 1925-го по 1935 год директором библиотеки был Владимир Невский. Профессиональный революционер, организатор октябрьского переворота в Петрограде, нарком путей сообщения и заместитель председателя ВЦИК. Когда в партии начались чистки, Невского понизили сперва до директора Третьяковской галереи, а затем перебросили на библиотеку. Именно при Невском была образована Библиотека имени Ленина и началось строительство нового здания. Авторитет крупного партийца и связи в верхах помогали Невскому строить огромный комплекс. В 1935 году директор Ленинки был арестован, а в 1937-м расстрелян. Все его труды, а ученый написал около 500 научных работ и журнальных статей, в основном – по истории коммунистической партии, были запрещены и изъяты из библиотек, но сохранились в запасниках созданной им Ленинки.
Библиотека соседствует с огромной усадьбой Талызиных (Воздвиженка ул., 5/25). Сегодня протяженный грузный главный дом раскинулся на всю ширину владения по Воздвиженке. Но когда в конце XVIII века шло строительство, трехэтажный главный дом занимал только центр участка, с двух сторон были ворота и дальше двухэтажные флигели. В начале XIX века появились переходы к флигелям, а в конце XIX века весь дом сделали трехэтажным. И заезд во двор организовали из Ваганьковского переулка.
Сегодня усадьбу занимает Музей архитектуры. Поэтому во дворе можно полюбоваться чугунным декором Триумфальных ворот. Ворота были сооружены на площади Тверской заставы в 1834 году в честь победы над Наполеоном. В 1936 году Триумфальное сооружение разобрали. Чугунные барельефы, капители колонн, доски с надписями, выполненные скульпторами Иваном Витали и Иваном Тимофеевым по рисункам архитектора Осипа Бове, демонтировали и передали в Музей архитектуры. Когда в 1966 году ворота воссоздали на Кутузовском проспекте, то сделали точные копии скульптурного декора, а подлинные детали оставили в музее. Самый выразительный барельеф – «Освобождение Москвы»: Александр I, одетый в богатое платье римского цезаря, протягивает руку русской красавице, опирающейся левой рукой на щит с древним московским гербом. То ли поднимает Москву, растоптанную неприятелем, то ли просит денег у богатой Первопрестольной на борьбу с Наполеоном.
Во дворе усадьбы Талызиных сохранились старинные службы и дом садовника. Каретный сарай также остался на своем месте, но за двести лет подрос до трехэтажного дома. О былом назначении здания напоминают широкие окна-арки первого этажа, сквозь них когда-то вводили лошадей.
Напротив Музея архитектуры, на солнечной стороне Воздвиженки, так говорят в Петербурге применительно к Невскому, расположены бывшие владения Шереметевых. Участок, разрезанный Шереметевским переулком, ныне – Романов переулок, состоял из старого дворца (Романов пер., 2/6, стр. 3), поставленного в 1780-е годы фасадом на Воздвиженку в глубине участка за большим парадным двором, и нового дворца, его чаще называли наугольным домом (Воздвиженка ул., 8/1, стр. 1), построенного на углу Воздвиженки и переулка в 1790-е годы. Здесь жил владелец Кусково и Останкино Николай Шереметев, здесь праздновал он женитьбу на своей крепостной актрисе Прасковье Жемчуговой. Наугольный дом сохранился. Это одно из немногих зданий с допожарными деталями на фасаде. Большой дворец также стоит, но полностью заслонен зданием Кремлевской больницы.
В 1920-е годы дворец Шереметевых заняла больница, и на месте служб, выходивших на Воздвиженку, архитектор Николай Гофман-Пылаев поставил новый корпус (Воздвиженка ул., 6). Здание в стиле конструктивизма обыгрывает традиционную структуру городской усадьбы. Центральная часть чуть заглублена, словно въезд на курдонёр. По бокам закругленные объемы, намекающие на боковые флигели. Ротонда на углу переулка и круглая башня в центре советского корпуса перекликаются с формами наугольного дома XVIII века.
Бывший главный дом усадьбы Шереметева занимает столь секретная организация, что и с Романова переулка дворец не увидеть. Из-за высокого забора торчит только кусочек фронтона бокового ризалита (Романов пер., 2/6, стр. 3). Но дворец можно обойти и посмотреть на него сзади. Из Романова переулка мы поворачиваем направо во двор и видим непритязательную заднюю сторону огромного дворца и изящную церковь Знамения на Шереметевом дворе (Романов пер., 2/6, стр. 8). Церковь была домовой, а построена она в конце 1680-х годов тогдашним хозяином участка Львом Нарышкиным. Такой стиль как раз и называют нарышкинским барокко, ведь храмы в Москве по новой моде начали строить именно представители этой семьи. Церковь Знамения несет почти все элементы нового стиля: храм приподнят на высокое гульбище, состоит из трех восьмериков, поставленных пирамидой на четверик. Два верхних яруса отданы под колокола. Стены украшены шестигранными окнами. На карнизах белокаменные резные «петушиные гребни». Барабаны, граненные по западной традиции.