Михаил Востриков – по прозвищу Кобра III. Москва 1980 (страница 19)
Та-а-к, вспоминаю… когда у нас Суслов-то помрёт? Да, вроде, в январе 1982-го. Хм-м, долго ещё гадить будет, СССР разваливать. Может его, того⁈ Ладно, посмотрим… может и того. Ну, а что, кыль ему в пятку маленькая гадючка, да и всё.
Ага! Репортаж с фото со встречи ветеранов 18-й армии в ЦДСА. Как всё у них душевно-то там было… Обновлённый Брежнев. Усталый, но, счастливый Высоцкий с огромным букетом цветов на сцене. Значит, они встретились и даже поговорили… и кажется, подружились… Что и требовалось… Звание, пластинка, писательский союз… Всё это уже дела моих умелых и неленивых ручек… вернее, их последствия.
А было так…
Демон Систель без звука притащил мне банку с «Жизненной Силой» на 15 дополнительных лет для Брежнева. Пересчитал, конечно — на целых 50 золотых герр сделал скидку, а всего, на это дело мною потрачено — 700 золотых герр из моих у Систеля золотых запасов. Это, если в пересчёте на советские деньги, будет
«Подальше положишь, поближе возьмёшь», — так говорят в народе.
А что Систелю… всё принял, конечно. Герры-то за хранение капают.
Моя зелёная заместительница, красавица-кобра по имени Офиофаг, ночью, в сумраке, сгоняла в Заречье и с ложечки скормила всю банку с «Жизненной силой» «дорогому Леониду Ильичу», пока тот находился в полуобморочном лекарственном забытьи. Говорит, его покойной мамочкой прикинулась, песенку ему детскую спела…. А чтобы, всё съел! А он и съел. И молодец! И почти сразу, вон, какой стал…
Хорошее это дело, оказывается — сумрак — первый слой пространства… Змеи, как и коты, сразу на всех слоях пространства живут… и им это всё равно. А, вот, маги… только в сумраке более-менее нормально двигаются. В других же слоях пространства — уже по-разному, вязкость другая. Вот, знал бы всё это раньше, не лазил бы по щелям и трубам. Ведь, как удобно — в сумрак, хоп, зашёл… а где и когда надо, вышел. И никто не мешает… Красота! Только, прохладно там…
И вот теперь мне уже нужна встреча с Брежневым… Не магическая, реальная. Обсудить все мои предложения. Но, пока я даже не представляю, как её организовать… Зайти-то я к нему зайду… Через тот же сумрак, например. И хрен кто меня задержит. Но, что я ему скажу? Здравствуйте, Леонид Ильич, я — маг Антон «Кобра», повелитель змей, Вас вылечил, Высоцкого, и вот мои предложения по бизнесу со змеями, гляньте? Хм-м… и что он мне скажет⁈ Вот, именно… а-ха-ха!
СЦЕНА 12/5
18−00, там же
Конец рабочего дня. Зоопарк тоже закрывается, сейчас уже мои сотрудники приползут снизу, кто в ночную смену… А я домой! А не махнуть ли нам сегодня с Татьяной на 19−00 в «Пламя» на «Пиратов ХХ века»? Премьера, народ ломится… но, на брони, уверен, хорошие билеты есть, и я их возьму, точно!
Звоню домой:
— Алло, Танечка! На «Пиратов» через час пойдём в «Пламя»? Да, потом поужинаем, в кафе сходим.
— Конечно, пойдём! Уже все наши сходили…
— Тогда одевайся, я быстро. Только за билетами в кассы метнусь и сразу за тобой поднимусь, жди. Целую!
Свою тетрадь в клеточку 48 листов за 48 коп., вместе с карандашом кладу в пакет с ручками и беру с собою. Я в этой тетрадке записываю разные свои мысли, когда они приходят. Особенно ночью, чтоб с утра, банально, их не забыть. Прощаюсь с сотрудниками, выхожу на Большую Грузинскую, огибаю Планетарий, и неспешно иду по Садово-Кудринской… Погодка отличная… Никуда не тороплюсь, до «Дома Авиаторов» — два шага… В кассах кинотеатра тоже дело на минуту… только студенческий билет МГУ показать, да рубль отдать. По 50 коп. билеты на вечер.
Поворачиваю к метро за «Вечёркой» в киоске. 2 коп. Широкая лестница с брусчатки площади Восстания наверх к, собственно, дому. Да, та самая, с двумя огромными чёрными «водолазами» — «Мальчики, поздоровайтесь с Чапой!».
Вижу внизу две припаркованные черные «Волги» ГАЗ-24 со спецномерами серии ЕКХ — «Еду как хочу», так это расшифровывается в народе. Вижу двух совершенно одинаковых ребят-качков в светлых чехословацких костюмах, стоящих на верхних ступеньках лестницы.
«Кого-то пасут чекисты…» — лениво думаю я и иду себе дальше, я-то тут причём?
Делаю несколько шагов вверх по лестнице и слышу в спину уверенный голос, от машин:
— Не торопитесь, товарищ! Остановитесь, пожалуйста…
Оглядываюсь и вижу высокого лысоватого мужчину. Явно, начальника. Его рука с раскрытой ксивой протянута ко мне — «КГБ СССР. Полковник Медведев Владимир Тимофеевич».
— Антон Максимович Архипов? — спрашивает меня полковник.
— Да, это я. А в чём, собственно, дело?
— Здравствуйте! С Вами хочет встретиться Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев. Да, прямо сейчас. Прошу в машину.
Хм-м, вот это да! И впрямь — если не гора идёт к Магомету… Без ломаний сажусь в машину полковника и мы несёмся по вечерней Москве. Недалеко. На Кутузовский, 26. Зачем он меня туда везёт, полковник не знает, я слышу его мысли… Ему сказали найти меня и привезти, он нашел и привёз. Всё!
СЦЕНА 12/6
Хозяин квартиры — сама любезность и обаяние. Домашние брюки, рубашка без галстука, лёгкий джемпер. Значит, разговор будет неформальным, иначе, повезли бы в Кремль.
— Здравствуйте, кхм, молодой человек, надевайте тапочки и проходите ко мне в кабинет! Сейчас принесут чай.
— Здравствуйте, Леонид Ильич!
— Ну, вот, кхм, меня Вы знаете… А Вы — маг Антон «Кобра», повелитель змей, кхм, правильно? Меня вылечили, Высоцкого, и у Вас есть ко мне предложения по совместному бизнесу! Поговорим, кхм?
— Э-э-э… А как Вы узнали? — я внимательно слушаю мысли собеседника. Всё, понял, — А можно мне от Вас домой позвонить?
— Конечно…
— Алло, Танечка, прости, но кино сегодня отменяется… Я в гостях у Леонида Ильича Брежнева на Кутузовском и, кажется, надолго…
— ⁇!!
Сюжет 13. Профессия — змеелов
Сцена 13/1
Днем ранее.
17 августа 1980 года, воскресенье, 11−00. Ленинские горы, 1, стр.12.
« Что же это со мною произошло… или происходит?» — без всякой печали думает Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев в простой «Волге» охраны, без кортежа, только в сопровождении полковника Медведева и ещё одного телохранителя, направляясь в… МГУ! В воскресение! Рано утром! На лекцию!
«Время сжалось и полетело в разы быстрее… На себя, голого, в зеркало стало приятно смотреть… Нина, опять же… Ох, и жаркая она… неуёмная. Как моя ППЖ Тамара на фронте… здорово они похожи! И Нину я уже на жену Викторию не променяю, как тогда, Тамару. Пусть хоть запишется в Партком свои жалобы… Сколько хочет пусть их пишет, теперь, дура. Развестись с ней, да и дело с концом…! А то уже смотреть страшно на бабку старую… какое, там, с ней спать! Как же, она меня тогда… в 1945-м… когда дернул меня чёрт к ней в Алма-Ату с Тамарой с фронта прикатить… Попрощаться с ней хотел, по-человечески, вот, что. Сказать, что, мол, так и так… любовь у меня, но тебя, Галю и Юру не брошу… помогать буду… А, она⁈ Взяла, и своими угрозами доносов меня сломала…. И, ведь, как сломала… за пять минут. Пока Тамара за дверью меня ждала! Да, испугался я тогда… за паровозом бежал, когда любимая одна, без меня, уезжала… Готов был колеса ему грызть… так мне больно и стыдно было. Зато, теперь, я уже хорошо вижу — кто враг, а кто друг и что мне дальше делать… и с собою, и со страной! Чазов говорит, за 15–20 лет ручается… А значит, всё только начинается… как тогда, в 1964-м, сразу после Хруща! Ох-х, не люблю я о нём вспоминать…»
— Володя, кхм, покури в машине, пожалуйста. «Новость», конечно, — просит Брежнев полковника, сидящего рядом с ним.
«Да я ли это вообще⁈ Вроде, я… ну, конечно! Уже, под моим напором принято решение о выводе войск из Афганистана… И правильно, это была ошибка! Братьев-пОляков, ясновельможных захребетников этих — нах… Вот, уж кого не жалко… Да, они всегда были гордецами-подлецами, но деньги наши брали… с войны их помню. И это, всё, та змея, что ко мне приходила — та зелёная кобра! Вылечила меня, Высоцкого… надежду и силу дала… чёткий план действий! Я найду её… и не таких находили. Змея, так змея! Мало ли гадюк в моей жизни — жена Виктория, дочь Галинка… А эта кто же будет? Да, мамочка же это моя любимая… я видел, я знаю!».
— Володя, наддай овса, неудобно опаздывать…
СЦЕНА 13/2
Биофак МГУ.
С открытой лекцией народного факультатива «Профессия — змеелов!» под своим руководством в Москву приглашён знаменитый ленинградский профессор-серпентолог, фронтовик — Илья Сергеевич Даревский. В некотором смысле, одержимый человек… С детства Илюша Даревский, буквально, бредил ящерицами, змеями и черепахами. С тех времён на одном плече у него татуировка — черепаха, на другом — ящерица.
Он уже стоит на кафедре и ему кажется… или среди слушателей — разновозрастных и людей из совершенно разных социальных слоёв — студентов, рабочих, домохозяек… пришедших на лекцию в свой законный выходной, в поточной аудитории биофака МГУ он действительно видит… Брежнева?
Ну, нет, конечно… Что Брежневу здесь делать? Он вряд ли в серпентологи собирается записываться, а-ха-ха! Просто, похож товарищ… Да, и гораздо моложе…
Профессор Даревский здоровается с собравшимися и начинает свою лекцию…