Михаил Воробьёв – Киссано 2. Падшие боги ужаса (страница 18)

А вот принц Иероним взял внешность от матери – голубые глаза и зачёсанные на бок золотистые волосы. Единственное, чем он выделяется в свои десять лет, так это владением этикета и знанием истории.

Король молча смотрел на собравшихся примерно тридцать секунд. А потом начал: – Во первых: три дня назад, моей дочери Оливии исполнилось восемнадцать лет, – похвастался король. Выслушав чисто формальные аплодисменты, он продолжил: – Во вторых: уже 500 лет в наших землях не было войн…

***

Главная улица Тондама. Девять часов вечера.

Кареты и гужевые повозки стоят у обочины. На тротуарах множество людей, и не один из них не в состоянии отвести взгляд. Из окон торчат головы с открытыми от удивления ртами. Дети плачут. Взрослые восхищаются. Скупые на эмоции, познавшие этот мир старики, вновь испытывают удивление.

Виной тому была карета с гербом семьи Аглас – правящей семьи Пламенных земель. Но людей привлекла далеко не карета. Восемнадцать чёрных, огромных, восьминогих лошадей со змеиными хвостами встав парами тянули эту карету. Они не спеша шли по проспекту, периодически недовольно мотали головой и громко фыркали.

В роли кучера выступал смуглый парень с голым торсом, в соломенной юбке. И всё бы ничего, вот только голова у него не человека, а цапли, на белой длинной шее. Его длинный, острый клюв то открывался, то закрывался издавая странные звуки. Он без особых на то причин, бил длинной плетью лошадей, а они никак не реагировали, даже не замечали его удары. Внутри кареты сидел Киссано, Айли и хозяин этих причудливых созданий – Сатири.

Собирая взгляды окружающих они таки подъехали к замку. Однако, как только все трое вышли – как лошади, так и кучер, да и сама карета неожиданно пропали, словно растворились в пространстве, людям казалось, словно ничего и вовсе не было. А невиданные, восьминогие лошади и человек с головой цапли просто привиделись – галлюцинация. Однако, не может одно и тоже привидится всему городу.

Не одному охраннику на входе в замок и в голову не пришло – попросить представится или показать приглашение у подозрительных незнакомцев. Виной тому была непоколебимая уверенность, какой было пропитано каждое их движение. Вместо того, чтобы как следует насторожится, стражники покорно склонили головы. А когда Киссано кивнул в ответ, не смогли сдержать благодарную улыбку.

Во время речи короля дверь в зал открылась. Вошли трое черноволосых людей.

Молодой на вид юноша с длинной чёлкой зачёсанной на бок. В белом плаще с изображением причудливых животных, драконов и монстров. И с широкой, приветливой улыбкой.

Красивая девушка в изящном, чёрном платье без рукавов и в длинных перчатках по локоть, того же цвета. С красными, как кровь глазами и бледной кожей.

Мужчина в чёрной рубашке с засученными рукавами и обычных брюках. С яркими, голубыми глазами и зачёсанными назад чёрными волосами.

Все обернулись и смотрели на опоздавших. Король молча стоял на сцене.

Киссано повернулся с глашатому внимательно смотревшему на него: – Принцесса чёрного пламени – Айлиния Аглас и колдун Киссано – смерть, – произнёс незнакомец.

Глашатай не потратил ни секунды, чтобы осознать смысл его слов или уместность своих действий. Вместо этого, он что было силы закричал:

– Принцесса чёрного пламени!! Айлиния Аглас!! … Колдун Киссано – смерть! – выкрикивая последнее слово, у глашатого резко побледнело лицо, а голос сел окончательно. То-ли от осознания того, что он пребивает речь короля, то-ли имя колдуна ввело его в страх, да это уже и не важно… Конопатый парень не придумал ничего лучше, чем потерять сознание.

Он просто рухнул на пол, а человек с моноклем в это время, взглянул на Сатири, побледнел и рухнул рядом.

– Уже пятьсот лет в наших землях не было войн!! – повторил король, сделав вид – что ничего не было. Все гости спохватившись перевели взгляд. Два крепких официанта подхватили глашатого и мужчину с прозорливым глазом за подмышки и утащили в коридор.

Киссано, Айли и Сатири пошли в сторону Агаты. Герцог Залем выбежал из зала, Вальтер сел за стол, игнорируя речь короля и зачем-то закрыл глаза.

Как только король закончил – все принялись обсуждать опоздавших. А Киссано не стал терять время и пошёл прямо к Сеорису, который стоял вместе с семьёй и двумя герцогами.

Король почему-то оцепенел. Киссано стоял в двух метрах, рассматривая его лицо. Герцоги недоумевали. Заметив чей-то пристальный взгляд – колдун немного повернул голову. Рядом с королём стояла невысокая девушка с синими глазами. Колдун сделал два шага в её сторону, буквально уперевшись в принцессу. Девушка задрав голову, продолжила смотреть в глаза.

– Какая интересная девочка, – ухмыльнулся Киссано, поднося руку к лицу молодой принцессы.

Но Оливия хлёстким ударом отбила ладонь колдуна.

– Что вы себе позволяете? – вытаращив глаза, прокричала она.

Король неожиданно очнулся. Он понял, что перед ним человек, в чьих руках жизнь всего королевства.

– Извините мою дочь, давайте поговорим наедине, – произнёс Сеорис. Королева схватила за руку принцессу и утащила подальше.

Король пригласил Киссано в первую же попавшеюся комнату. Для переговоров она подходила плохо. Одна большая, двухместная кровать и диванчик – вот и вся мебель. Колдун сел на диван, а король встал перед ним.

– Простите. Я не знаю кто вы. Но не хочу войны с вами, – произнёс король и недолго думая сел на колени склонив голову.

– Тсс… думаешь, этого достаточно?

– Я дам всё, что ты захочешь.

– Мне не о чем с тобой говорить. Ты жалкий, как король и как человек. В следующий раз я уничтожу королевский род и всё твоё королевство, а пока… Твоя дочь, – улыбнулся Киссано.

– Что? – поднял голову король.

– Хочу провести ночь с твоей дочерью – принцессой, что оттолкнула мою руку.

– … моя дочь?

– Да, ты готов продать её, в обмен на жизнь всего народа?

– … Хорошо, – сказал король, не выразив никаких эмоций.

– Я буду ждать здесь, – ответил колдун.

***

Одиннадцать часов вечера. На улице полностью стемнело. Единственным источником света служило открытое окно у кровати, в которое попадал свет фонарей со двора и задувал прохладный ветер.

Спустя час, после ухода короля в комнату вошла девушка в тёмно-синем, ночном халате, длинной до самого пола. Её сопровождали две пожилые служанки с зарёванными лицами. Она держала руки за спиной. На лице оставалось всё тоже серьёзное выражение и те-же холодные глаза, всё так-же пристально смотрели на колдуна.

– Уходите, – произнесла Оливия.

Служанки покинули комнату, а когда выходили за дверь, начали рыдать в голос.

Сделав глубокий вдох девушка потянулась развязывать пояс, при этом не сводя глаз с Киссано.

– Погоди … давай поговорим, для начала, – остановил её колдун, кивнув в сторону кровати. Девушка села на указанное место. А Киссано закинув ногу на ногу, всматривался в её лицо.

– Ну и что сказал король?

– Давай так, – серьёзным голосом начала девушка: – Мы будем задавать вопросы по очереди и отвечать на них честно?

– Что…? Ты серьёзно, думаешь можешь выдвигать мне условия? – еле сдерживая смех спросил Киссано.

– И так? – произнесла она, уже начав колебаться в голосе.

– А из тебя получится хороший правитель, даже в такой ситуации умудряешься сохранять самообладание и искать выгоду … я согласен. Что сказал король? … отвечай честно…

– Хорошо… он сказал – это твоя обязанность, как принцессы, и это ничтожная плата за спокойствие в нашей стране…

– Какие красивые слава. А ведь сам, просто продал собственную дочку… А что ты думаешь по этому поводу?

– Подожди, это второй вопрос, моя очередь!

– Спрашивай принцесса, – с довольной улыбкой кивнул Киссано, а его зубы блеснули во мраке.

Девушка задумалась. Отпустила взгляд и немного напрягла брови.

– Ты выступаешь, как представитель Пламенных земель. Скажи… тебе правда под силу уничтожить Тондам, и как ты это сделаешь?

– Да, можете считать, что я отстаиваю интересы Пламенных земель. Да, в моих силах уничтожить королевство… И на это есть уйма способов, например – я могу лично вырезать каждого человека… Я ответил на три твоих вопроса … Так, как ты относишься к решению отца?

– Полностью поддерживаю.

– Считаешь ли ты его трусом?

– … Я бы поступила иначе, ведь проблемы это не решит и угроза останется, – немного подумав ответила принцесса.

– Ай нет. Я спрашивал – считаешь ли ты короля трусом?

– Да считаю, – стиснув зубы, произнесла Оливия.

– Ну ммм… какой у тебя любимый цвет? – махнул рукой Киссано, наобум задав последний вопрос.

– Чёрный… Кто ты?

– Хороший вопрос… Я – это я и никто иной.