Михаил Визель – Создатель. Жизнь и приключения Антона Носика, отца Рунета, трикстера, блогера и первопроходца, с описанием трёх эпох Интернета в России (страница 39)
Но это было через девять лет. А тогда, в 1999 году, — заметил ли эту ювелирную носиковскую работу кто-то в редакции? Едва ли.
Как подытожил мне один из первых сотрудников «Lenta.Ru», попросивший на сей раз не указывать его имени:
Антон был гениальным издателем, и вот почему: есть интересы инвестора, и он считает, что контролирует информационный канал. Есть интересы редактора, который считает, что делает честную и бескомпромиссную журналистику. А есть издатель, который способен каждому показать его часть картины и не сойти с ума от того, что происходит на самом деле. Так вот, Антон был гениальным издателем, ему даже не надо было искать компромисс между интересами этих двух.
В первый год действительно многое было ещё в состоянии первозданного хаоса, и кампании Кучмы, Кириенко и т. д. делались Соней Соколовой в тот первый год так легко и куражливо, что казались незаметными. Но это не отменяет того факта, что
— Понимаешь, сказать, что «Лента» вообще никогда ничьи интересы [не продвигала] ни одного раза — конечно, это враньё и неправда. Оно так не бывает. С другой стороны, сказать, что «Лента» когда-то обслуживала чьи-то интересы в том понимании, что кто-то имеет право прийти и сказать: «Поставьте!» — тоже сказать нельзя. Такого никогда не было. В вопросах пиара всегда есть определённая черта, «можно-нельзя», у каждого своя. Она потом стала называться «двойной сплошной».
Поэтому какие-то вещи, которые были ОК, которые можно было бы сделать, которые бы не претили и не вызывали скандала, — они безусловно были. Но сказать, что была какая-то история, когда акционер говорит: не пишите про это или пишите про то, — и ты прогоняешь весь монитор, проверяешь, что там не так… Такого не было.
Ярость, с которой Галина Тимченко вопреки вышеприведённым свидетельствам отстаивает изначальную неангажированность «Ленты», объясняется не только выкованным за годы тяжелейшего главредства характером, но и тем, что новостной проект, в который она пришла в качестве наёмного работника информационного конвейера, довольно быстро стал во многом и её детищем.
Вряд ли кто-нибудь сможет короче меня сформулировать, что́ в Гале было такого крутого, предопределившего весь последующий успех, — пишет Носик в «Дорогой редакции». — Профессию новостника прекрасно знали все четверо. Слава был очень крутой тим-лидер и креативщик. Он умел придумать и сделать с нуля любой проект (до сих пор умеет, надеюсь). А Галя умела передавать навыки. То есть она могла нанять и обучить профессии любое количество студентов от станка и от сохи. Как-то само так сложилось, что на ней, помимо собственно новостного конвейера, сразу повисла ответственность за найм и обучение новых сотрудников редакции. Естественно, все они воспринимали её как человека, который ввёл их в профессию. Ориентировались на её указания, старались соответствовать её критериям профессионализма, сверяли часы по её заповедям. В результате, когда штат редакции дорос до 30 человек, 22 из них были Галины подопечные. Так что при моём увольнении из редакции вопрос о том, кто мог бы сменить меня на посту главреда, оказался риторическим.[226]
Уже с лета 2001 года (после ухода Е. Пархоменко) Галина Тимченко стала де-факто исполнять функции «замглавреда», или, скорее, «и.о. главреда». Если Варванин — придумывал, то Тимченко — распекала, учила, мобилизовывала. А в 2004 году она стала главредом и де-юре.
Года три назад я посмотрела «Moneyball»[227]. <…> Знаете, с чего начинается конфликт в фильме? Со слов главного героя: «Вы даже не понимаете, в чём наша проблема. Есть богатые команды, есть бедные, потом 50 метров говна, а потом мы — мы никто, мы доноры органов для богатых. Нужно изменить игру». Это было о нас, о «Lenta.Ru». <…>
У нас уже была миллионная аудитория, наши новости читали на радио и перепечатывали в регионах, мы были поставщиками контента для сотен новостных изданий, — но для отрасли по-прежнему не существовали. Мы даже одно время записывали варианты «стыдливых ссылок»: там был и «поисковик „Lenta.Ru“», и «в Интернете сообщают», и «на одном из сайтов указано», а также наше любимое: «„Лента“ — это какой-то агрегатор ведь, правда?».
Ленточные форматы копировали, ленточные онлайны стали отраслевым стандартом, ленточные спецпроекты породили несколько десятков клонов. <…>
И всё же мы были последней собакой в стае — «последыш» это ведь не самый грязный, не самый слабый или болезненный. Это тот, чьё присутствие никак не влияет на жизни окружающих. <…>
Мы, может, и считались тогда аутсайдерами, но мы были злые, голодные, тренированные, хорошо знали тех, для кого работали, внимательно следили за мировыми лидерами, не боялись потерять авторитет среди коллег — на тот момент у нас его просто не было. И мы верили, что наше место — в высшей лиге.
Сочетание тотальной (само)иронии и искренней убеждённости в своей миссии, отчаянного самоуничижения и безмерной гордости, раскрепощённости в общении и жёсткого соблюдения профессиональных стандартов — это и отличало ленточную «дорогую редакцию», делало её уникальным, без иронических кавычек, журналистским коллективом. Это стиль, безусловно, задавался Тимченко и, до 2010 года, в большой степени Варваниным.
Только много позже, при механическом переносе в новые условия, в европейскую Ригу, этот стиль новостного стартапа нулевых оказался неуместным. Что привело к большой проблеме «Медузы»[228] в ноябре 2018 года: вольное поведение подвыпившего главреда на корпоративной вечеринке было сочтено харрасментом, и, проспавшись, ему пришлось добровольно приостановить выполнение своих обязанностей аж до марта 2019-го. «Культура стартапа, которая была уместна в период становления „Медузы“, спустя четыре года стала для нас, скорее, проблемой», — признала в специальном заявлении[229] Галина Тимченко, к тому времени уже не главред, а генеральный директор.
Но создал этот стиль, как и задал направление движения, безусловно, Антон Носик.
Цифровое воплощение его, сохранившееся в виртуальной вечности по адресу nossik.lenta.ru — шутливая «Лента Носика». То есть стенгазета, созданная ко дню рождения главреда 4 июля 2000 года по инициативе Миндер, хорошо знавшей, что́ ему может понравиться. И торжественно показанная ему с моего ноутбука в клубе «Петрович», в который Антон вырвался непосредственно из больницы. Как и все капустнические стенгазеты, она прямо-таки сочилась весьма специфическим юмором. Так, статья «Носик болен, Миндер руководит страной» гласила:
Напомним, что президент страны Антон был госпитализирован 24 июня. Его состояние улучшается, об этом свидетельствуют врачи 50-й московской больницы, где сейчас находится президент.
Особенно полезны президенту психотерапевтические процедуры — он регулярно имеет возможность любоваться видом морга из больничного окна и считать количество похорон. Он утверждает, что в день проходит не менее восьми процедур.[230]
Раздел же «В поисках Носика» весьма лаконичен по содержанию — статья состоит из одной фразы: «Носик в редакции не обнаружен», но богата ссылками по теме. В которых указаны все места, где он может быть обнаружен. А именно: «Медиамост», «Мемонет», «Русские Фонды», «Фонд Эффективной Политики», казино «Инфант», Московский Государственный Университет, «Port.ru», «Ruka.ru», «Izolenta.ru», больница № 50.
Антон поддерживал этот стиль и после переезда вместе с «Рамблером» в гигантское помещение бывшего завода «Динамо» в 2002 году. Когда он появлялся в редакции уже скорее в амплуа «к нам приехал, к нам приехал» — как дорогой, но редкий гость.
Впрочем, история о том, как и почему «Lenta.Ru» оказалась в «Рамблере», требует отдельного последовательного рассказа.
Блестяще проведённая думско-президентская кампания 1999–2000 годов открыла перед ФЭПом множество возможностей — и поставила некоторое количество вопросов. Важный для нашего повествования — «Что дальше делать с „Лентой“?» — не был среди них главным, но оказался довольно болезненным.
Глеб Павловский хотел бы оставаться джентльменом, но, объективно говоря, содержание независимого СМИ, в которое всякий раз для того, чтобы что-то аккуратно и незаметно «поставить», приходится засылать гонцов, перестало вписываться в его планы. А входило в них в первую очередь развитие мега- (и мета-) проектов «SMI.ru» и особенно «Strana.ru»: глобальный ресурс, претендующий на то, чтобы стать новым