Михаил Веселов – Озеро (страница 3)

Протока была очень узкая, и наша лодка с трудом протискивалась сквозь зеленый ковер из плавающих водных растений, огибая сухие стволы деревьев, зловеще торчащих из болотной трясины. Стайки полосатых окуней при нашем приближении бросались в разные стороны, скрываясь под сплавинами.

Вдруг камыш неожиданно расступился, и перед нами предстала вся неописуемая красота водного мира. Вода в озере, издали пугавшая своей чернотой, оказалась необыкновенно чистой и прозрачной. Перед нами, как на ладони, открылась вся удивительная жизнь подводного царства. В толще воды я увидел стайки все тех же полосатых окуней, которые в отличие от своих собратьев из узкой протоки, при нашем приближении не бросались врассыпную, а без всякой опаски с удивлением рассматривали надвигавшуюся на них большую черную тень лодки.

Сколько же тут рыбы!

Первым делом было решено измерить глубину у края сплавины. Для этого я соединил бамбуковые части своей «двухколенки» и вертикально опустил в воду получившееся двухметровое удилище.

– Папа! Дна нет! Не достаю дна–то!

Мы медленно плыли вдоль зыбкого берега, образованного толщей плавающей растительности, состоящей в основном из торфяного мха – сфагнума. Я сидел, а вернее полулежал на носу лодки и, затаив дыхание, всматривался в таинственные глубины озера. Там, внизу под нами, жила по своим законам другая цивилизация, жители которой едва ли догадывались о существовании нашего, «верхнего» мира.

Вскоре показалась еще одна протока, соединявшая озеро с берегом. В ней угадывались правильные геометрические очертания, а по краям торчали из воды остовы рукотворных свай.

Здесь при царе–батюшке располагался причал с лодками и купальнями, а неподалеку на пригорке стояла охотничья избушка купца Лосева. С тех пор народная молва так и окрестила наше озеро Лосевским.

А то еще старики говорили… Рассказывали, что между обитателями Лосевского озера и Высоковского, расположенного неподалеку, налажена таинственная связь. И если щука в озере Высоковском имеет обычную светлую окраску, то щука «лосевская» – наоборот, абсолютно черная. Что как–то раз из Высоковского озера вытянули мужики неводом огромную черную «лосевскую» щуку, внутри которой нашли драгоценности. Высказывали даже предположение, что где–то в мрачных глубинах Лосевского озера спрятаны сокровища бывших середских купцов…

Вечерело. Минуя прибрежные заросли кубышек и кувшинок с красивыми желтыми и белыми цветками, мы направились к середине озера. Здесь сквозь толщу воды уже не было видно следов кипучей жизни подводного мира, но периодически то тут, то там всплескивали и с шумом исчезали в черной бездне озера какие–то неведомые рыбы, стоящие прямо у поверхности.

И вот уж вечернее солнце скрылось за макушками деревьев, и тотчас, словно по команде, замолкли птицы, замерли озерные обитатели. Только всплеск лодочных весел нарушал безмятежное спокойствие загадочного озера. Казалось, что все живое застыло под страхом появления ночного властителя мироздания.

Наступившая ночь, вопреки ожиданию, оказалась довольно шумной. Где–то за лесом рявкали, отдавая неразборчивые команды, громкоговорители. Ревели «погибельным рогом», с лязгом вгрызаясь в землю, карьерные экскаваторы.

Спать совсем не хотелось. Мы сидели у костра, тихонько разговаривали и мечтали. На дворе стоял 1980‑й год, и казалось, что впереди у нас долгая, безоблачная, счастливая жизнь…

***

Утром, как только забрезжил рассвет, в озере закипела жизнь. К берегу вышли кормиться мирные рыбы. С громким чавканьем они охотно пожирали прибрежную траву, не гнушаясь прилипшими к ней прозрачными пиявками и жучками. В азарте охоты небольшая щука–травянка «свечкой» вылетела из воды и с шумом плюхнулась обратно.

Еще с вечера я заприметил посреди прибрежных водорослей небольшое чистое окошко, по краям которого замысловатой каймой разбрелись по водной глади широкие листья кувшинок. Кое–как привязав лодку к их жестким стеблям, мы принялись снаряжать удочки. На этот раз вместо традиционных красных червяков мной было заготовлено кое–что особенное.

Наживку, которая намечалась к использованию, я подсмотрел однажды у ребят, что ловили на городской речке огромных желтоватых окуней. Таких больших окуней я тогда увидел впервые. Их огромные, блестящие темно–зеленые глаза были размером с хорошую пуговицу, что хранились в маминой шкатулке, а крепкая шкура, покрытая жесткой колючей чешуей, походила на настоящую броню.

Мальчишки не скрывали своих секретов и рассказали, что крупные окуни ловятся на маленьких блестящих рыбок, что в огромных количествах водятся во всяком городском пруду. Рыбка–верховка – вечная спутница карася, всегда голодная, отлично ловилась на самый малюсенький крючок с подсадкой хлебного мякиша. Единственным, но очень существенным недостатком верховки было то, что рыбка засыпала практически сразу после поимки и в качестве полноценного живца считалась малопригодной. На речке этот недостаток частично компенсировался естественным движением воды. Течение шевелило мертвую рыбку, придавая ей ритмичные колебания, провоцирующие хищного окуня на хватку. Иногда верховкой соблазнялись даже небольшие щучки.

Щучья поклевка принципиально отличалась от окуневой. Небольшие щурята, цепко удерживая наживку в пасти, усеянной многочисленными мелкими зубами, сначала старались уплыть в укрытие и уже там в уединении и спокойствии поглощали свою добычу. Поплавок сначала плыл по поверхности воды вслед за щучкой и только потом, когда щука приступала к трапезе, неторопливо погружался в воду. А вот окуни хватали жадно и не мешкая проглатывали поживу. Поплавок моментально скрывался под водой, и уж тут рыбаку медлить было нельзя никак.

Сегодня в моем бидоне лежала целая пригоршня маленьких верховок. Выбрав самую красивую, покрытую по бокам мелкими серебристыми блестками–чешуйками, с осторожностью, чтобы не повредить, не сбить чешуйки раньше времени и не испортить природную красоту, прилаживаю рыбку на крючок.

Однако напрасны, тщетны были мои усилия. Мы просидели в лодке все утро, но хищная рыба никак не проявила себя, наотрез отказавшись от предложенного ей угощения. Не сработала, казалось бы, самая передовая, самая лучшая моя идея.

Вот уже взошло солнце, и щучьи всплески стали раздаваться все реже. Стало понятно, что утренняя рыбья трапеза подошла к концу.

Мы было собрались на берег, как вдруг спящий поплавок неожиданно ожил и медленно поплыл вдоль лодки. Случилось то, чего я с таким нетерпением ожидал все утро.

«Спешить не нужно. Как только он доплывет вон до той кувшинки, тогда и потащу», – прошептал я.

Увы, поплавок так и не добрался до намеченной точки. Постепенно начав замедляться, он, остановившись на полпути, окончательно замер. Стало понятно, что случилось непоправимое – рыбе не понравилось мое угощение, а я опоздал с подсечкой.

«Эх, ну что же ты! Надо же было раньше!» – досадовал я. А на глаза уже наворачивались горькие детские слезы. Первая рыбалка на сказочном озере заканчивалась ужасно.

Мы плыли к берегу, а я, маленький первооткрыватель с мокрыми от слез глазами, всматривался в темные воды в надежде, что волшебное озеро сжалится и раскроет мне напоследок хотя бы одну из своих тайн.

Вот малюсенький щуренок–сеголеток, прятавшийся под большим листом кувшинки, поняв, что его обнаружили, резко взмахнул хвостом и, с глухим бульканьем пустив по поверхности воды несколько пузырей, молнией кинулся прочь. А вот стайка каких–то рыб плавает рядом с лодкой и, кажется, совсем нас не боится.

– Пап, давай здесь встанем. Попробуем их изловить, – прошептал я, боясь спугнуть рыбацкую удачу.

Я успел заметить, что рыбки не были одеты в полосатый окуневый наряд:

«Это не окуни. Скорее всего, это мирная рыба, а значит, хлебушек будет им хорошей наживкой».

Я достал из кармана корочку хлеба от недоеденного утреннего завтрака. Обмакнул в воду, а затем размял в руках, словно пластилин, получившийся колобок. Шансы изловить небольших мирных рыб на огромный крючок были невелики. Но вошедшему в раж настоящему исследователю ничто не может служить помехой на пути познания.

Рыбки с жадностью набрасывались на хлебный мякиш, а поплавок в бешеном танце подпрыгивал на воде, нырял и метался из стороны в сторону. Я то и дело дергал удочку, но ни одна рыбка так и не засеклась на большущем крючке.

Мы вернулись к костру и за кружкой ароматного чая принялись делиться впечатлениями и обсуждать сделанные открытия. Первое, что приятно удивило, это необычайно прозрачная вода озера. Никогда еще не приходилось встречать водоемов с такой прозрачной, кристально–чистой водой, в которой жизнью подводных обитателей можно любоваться даже на очень большой глубине. А еще мы сошлись во мнении, что дно у озера все–таки есть, потому что в прибрежной полосе растут водяные и полуводяные растения, корни которых должны находиться в грунте. Открытым остался лишь вопрос о глубине в центре озера.

Озеро. Подготовка к новой рыбалке.

В школе я с восторгом поделился с одноклассниками впечатлениями от поездки на сказочное озеро. Никто из ребят ранее ничего не слышал о нем и никогда не бывал в тех краях. И только Славка Трофимов задумчиво произнес:

– Лосевское? Я знаю. Это где церковь утонула. А щуки там та–акие, что могут и под воду утянуть.