Михаил Вертепа – Птицы (страница 15)

– Сова сказала, что шрамы украшают мужчин.

– Может и так, Воробушек, но получать их уж точно не самое приятное дело на свете. Может, парочка шрамов украсит тебя, но не пара десятков. Не стремись их получать.

Мик потрогал рану. Она оказалась куда глубже, чем он ожидал. Наемник хотел оставить царапину, но дернулся, когда Воробушек убивал его, и нож вонзился глубоко в плоть, скрежетнув о кость. Скопа обработала и зашила рану, каждый день ему нужно было ходить к ней и проверять, как заживает ранение. Заживало оно благополучно.

Мальчишки теперь смотрели на него со страхом и завистью – многие из них еще не были в бою, тем более, не убивали человека. Птенцов пугало то, что он смог убить человека, они боялись его и старались не оставаться с Миком наедине. Девочки же бросали на него странные взгляды. Да, чаще он видел в них страх, но иногда замечал что-то еще. Когда он рассказал о них Воробью, тот посмеялся и сказал, что ему еще рано понимать. Ему рано понимать? Он убил наемника, взрослого мужчину, которого наняли Кошки, чтобы угрожать его ненастоящему дяде, а Воробей считает его ребенком. Да, он мал, но он вырос внутренне. Филин дает ему знания наравне со взрослыми, Козодой учит владеть оружием, а Ворон – быть скрытным, теперь Воробей учит его ядам, но Мик остается для него тем плачущим мальчиком, которого он забрал с собой в ночь убийства родителей. Тогда он еще был тем неженкой, который чуть не разрыдался, попав в Гнездо, но прошло уже много дней, и внутренний огонь высушил его слезы. Того мальчика больше нет, его заменил Воробушек, который не плачет. Он не боится испытаний, ожидающих его в будущем, он готов к встрече с ними лицом к лицу. Месть теперь важнее мертвецов, бывших его родителями.

Воробей собирал яды со стола в свою сумочку, но Мик не заметил противоядий.

– Ты говорил, что носишь противоядия, – напомнил Воробушек.

– Да, но ты их не нашел. Они в потайном кармашке.

– Чтобы было меньше шансов на выживание?

– Чтобы было меньше шансов, что их найдет тот, кто не должен.

– Сегодня ты мне о них не расскажешь?

– Мы ядами сегодня не займемся, так к чему нам противоядия?

– Будем метать?

– Будем метать, Воробушек. И не только ножи.

Мик вышел из комнаты, оставив Воробья одного. Мышцы ныли, сообщая ему о прогрессе. Козодой говорил, что каждое движение должно причинять боль. Мальчик не был полностью с ним согласен, но понимал, что имеет в виду учитель. А сейчас ему надо выполнить поручение Ворона: украсть чужую вилку, чтобы этого никто не заметил. Без лишнего шума. В предыдущий раз, чтобы украсть ложку у Снегиря, он устроил войнушку в столовой. Все кидались приборами, но нужную ложку Мик припрятал себе в рукав. Как Ворон понял, что это нужная ложка – осталось для него загадкой. Зимородок однажды рассказал ему, как один из Птенцов принес Ворону свою ложку, а тот отчитал его за проваленное задание. Мик все же считал, что это был исключительный случай, а Ворон знает не все на свете. Никто не может знать все на свете. Принеси он ему свою ложку, вместо ложки Снегиря, тот бы не заметил разницы.

Но сегодня он должен действовать тихо. В столовой Мик сел рядом с Зимородком, который уже сидел за столом, вскоре к ним подсел запыхавшийся Снегирь.

– Ну, как яды? – интересовался Зимородок.

– Рассказывал, какими пользуется, а потом учил метать предметы. Только потом будем изучать яды, – даже те, которые можно подсыпать или намазать куда-то. А пока что нужно научиться метать.

– Повезло тебе, что Воробей взялся вести у тебя яды. У нас тут мало ядовитых, так они еще и не очень любят делиться своими секретами. Берут себе одного-двух учеников и считают себя выше остальных. Один выстрел – бам! – и они уже трупы.

– Если ты не завалишься раньше. – Зимородок рассмеялся, а Снегирь улыбнулся картошке.

– Хорош! Свалюсь я только в постель, но лучше не один, а вместе с Колибри. Она, кстати, тебе ничего обо мне не говорила?

– Я даже не видел ее, Зим.

– Но ты мне скажешь, если встретишь?

– Скажу. – Мик взял вилку. – Торжественно клянусь этой вилкой.

– Принимаю клятву, – смеялся Зимородок. – Все, картошка стынет! – Он принялся жадно поглощать картошку с овощами.

– Я наелся, будешь картошку? – Мик предложил ему недоеденную картофелину.

– С радостью, дружище! – Зимородок переложил ее себе на тарелку.

– Ладно, – Снегирь встал из-за стола, – я пойду, мне нужно готовиться к уроку Филина.

– А что нам нужно готовить к уроку Филина? – поинтересовался Зимородок, смотря в спину уходящему Снегирю.

– Я уверен, он побежал к своей Тоди, – сказал Воробушек.

– Не очень похоже, что он ей интересен.

– Ну, она хотя бы смотрит на него без презрения, – Мик улыбнулся, приунывшему другу. – Зим, почему Колибри к тебе так относится?

– Я ее раздражаю. Еще хуже было, когда меня только взяли в Гнездо, я тогда совсем не умел себя вести не только с девушками, но со всеми вокруг. Семья у меня была не самая богатая, поэтому я рос на улице, там и воспитывался. А она, Мик… Она росла в хорошей семье – не богатой, нет, но хорошей. У нее было все, чего только она могла пожелать, а потом эта стычка между Кошками и Псами на рынке. Ее родителей убили… – Зимородок положил вилку на стол, грустно уставившись в тарелку. – Рядом были Птицы, они ее и забрали к себе, а через два месяца появился я. Она мне сразу понравилась, но я не знал, как сказать. Понимаешь? Я начал говорить вещи, которые сильно задевали Коли, напоминал ей о дне смерти родителей – на том рынке многие лишились кого-то. Вот она меня и возненавидела, Мик. Такие дела… – Он встал из-за стола, не доев картофелину, и пошел к выходу.

Мик тоже встал и ненароком поймал взгляд голубых глаз. Колибри поправила черный локон и затерялась в толпе. «Она все слышала, – всплыло в голове Мика. – Что бы на это сказал Зим?» Воробушек поспешил к выходу, прошел через главный зал и направился к Ворону через длинные коридоры. Дверь была приоткрыта. Мик бесшумно пронырнул внутрь и огляделся. «Ворона еще нет на месте». Воробушек стянул со стола два пера и черное колечко, а сам спрятался за дверью.

Дверь отворилась, и в нее вошел Ворон – как всегда, во всем черном. Мик молниеносно приставил вилку к его спине, тот замер.

– Будь у меня нож, я бы вас зарезал, – с улыбкой молвил Мик.

– Признаюсь, был невнимателен, – со смехом сказал Ворон. – Ну как? Украл?

– Не своей же вилкой я вас буду колоть. – Воробушек протянул вилку учителю, но уронил ее. Учитель поднял ее с пола.

– Молодец. – Мужчина сел за стол. – А колечко мое где?

– Скорее всего, вы забыли его в каком-то кармане.

Ворон прощупал карманы и извлек из одного из них черное кольцо. Под его горбатым носом расцвела улыбка.

– Хитрец! А перья?

– Разве что одно. – Мик почесал макушку.

Учитель поднял руку и нащупал в волосах перо. Он рассмеялся.

– Так вот зачем ты ее уронил, – сказал он, покосившись на вилку. – Ты превосходишь учителя, Воробушек.

– Вы не были готовы.

– А должен был быть готов. Моя оплошность. – Он улыбнулся шире. – Но и ты что-то упустил.

– Да? – Удивился Мик.

– Боюсь, ложка тебе сейчас не нужна. – Воробушек улыбнулся.

– Вы правы, учитель, именно поэтому я отдал ее вам. – Глаза Ворона округлились, он снова ощупал карманы и вытащил на свет ложку.

– Когда ты…

– Я думаю, что заслужил это перо. – Он достал краденное перо из рукава.

– Безусловно, – Ворон смотрел на ложку, будто хотел увидеть в ней что-то, кроме отражения. – Можешь идти, Воробушек.

– А задание, учитель?

– Задание? Да, точно… Отдохни пока, потом я скажу тебе, что делать.

– Хорошо. – Мик выскользнул из комнаты в коридор, оставив перо в замочной скважине.

Воробушек бесцельно бродил по Гнезду, раздумывая о том, что говорил ему Воробей. С завтрашнего дня он начнет принимать малые дозы ядов, чтобы выработать иммунитет. Это правда может спасти его в некоторых ситуациях. Проходя мимо толпы Птенцов, Мик заметил, что каждый провожает его взглядом. Ворон говорит не привлекать взгляды, но как это сделать, когда ты зарезал взрослого мужчину в свои девять лет? «Он не ожидал атаки», – твердил им Воробушек, но все они стали считать его скромником и еще больше возносить за это. А кто-то возненавидел… Он даже почти напал на одного мальчика, который считал его своим кумиром и везде ходил за ним хвостом, но Снегирь и Зимородок решили все словами. Справа его окликнули, рука машинально потянулась к ножу, но Мик остановил ее. Он посмотрел в сторону, откуда его позвали. Сойка, улыбаясь, смотрела на него своими серыми глазами с прищуром, а русые волосы водопадом ниспадали ей на плечи. Пустельга хмурит густые брови над янтарными глазами и поправляет темно-коричневую шевелюру на голове. Синица обнимает Канарейку и смеется, в карих глазах блестят искорки, соломенные волосы собраны в хвост на затылке. Канарейка улыбается Синице, посматривая на нее голубыми глазами и поглаживая длинные золотые локоны. Все они примерно одного возраста с Совой, а одеты в свободную одежду нейтральных цветов. Воробушек подошел к ним.

– Ну что, Воробушек, как живется нашей главной звезде? – спросила Сойка.

– Не очень, если честно, – ответил Мик. – Многовато внимания привлекаю.

– Видела, как на тебя смотрят все мальчишки – все бы отдали, чтобы быть на твоем месте.