Михаил Ульянов – Подражатель (страница 2)

— Идемте со мной до дома, — сказал Магдиев. — Я за инструментом сбегаю.

Открыв дверь квартиры, он шлепнул себе ладонью по лбу, увидев кучу дыма от сгоревшей на плите гречневой каши. Он выключил раскаленную до красна конфорку электрической плиты и открыл форточку. Убедившись, что с бабушкой все хорошо, он достал из шкафа толстое сверло от дрели, положил его в карман и отправился с товарищами добывать деньги.

Парни ходили по улицам и аккуратно заглядывали в машины, стараясь не привлекать внимания прохожих. Короткими тихими фразами и жестами они договаривались, кто какой ряд и двор будет проверять, и где они будут соединяться. Во время одного из таких воссоединений, Куреев сказал Магдиеву:

— В той машине на сидении сумка осталась.

— Скидываемся… — Сказал Магдиев. — Камень-ножницы-бумага…

Магдиев проиграл. Парни договорились о месте встречи, разошлись по разным сторонам, посматривая на машину и ища потенциальные опасности для главного действующего лица. Не найдя их и удалившись достаточно далеко, но оставаясь в пределах видимости, они дали Магдиеву знак, что можно действовать.

Он вытащил из кармана сверло, сжал его крепко в кулаке, подошел к автомобилю и нанес несколько ударов сверлом по стеклу, после чего нырнул внутрь, схватил сумку, залез в бардачок, выхватил оттуда документы на машину и побежал под звуки сигнализации.

2. Предисловие

— Язык повести очень простой – ближе к разговорному, – говорит Опытный читатель, — очень слабо чувствуется авторская речь. Бесконечные лишние притяжательные и личные местоимения, бесчисленное множество повторов. В одном абзаце могут встречаться три-четыре одинаковых фразы или пять-шесть слов. Не хватает работы со словарем синонимов.

— Полностью согласен, — вторит Проницательный читатель. — Автор пользуется очень скудным набором слов. О какой-то образности и красоте говорить не приходится. Эстетически автор глух и слеп.

— Это правда. — Говорю я.

У меня нет художественного таланта, и я плохо владею языком. Поэтому если ты – добрая публика – получаешь удовольствие от книг только тогда, когда там есть сложные и красивые речевые конструкции – то это произведение не для тебя. Иначе – читай, добрейшая публика. У этого и других моих произведений есть достоинства, и я знаю, что ты сможешь их оценить.

— Что-то мне напоминает этот разговор. – Задумчиво говорит Проницательный читатель и хмурит брови, вероятно, вспоминая не самые приятные беседы прошлого.

— Да, – отвечаю я, — но разве я не имею права подражать лучшему произведению русской классической литературы?

3. Место в иерархии

Классный руководитель представил новенького, и Андрей сел на свободное место за предпоследней партой рядом с невысоким чернявым юношей в темно-серой кофте. Этот парень протянул Андрею руку и тихо представился:

— Стас. — Андрей пожал руку и тоже назвал свое имя.

— Так, я пойду, — сказала классный руководитель. — Вы тихонько сидите и ждите учителя.

— А это правда, что у нас новый учитель будет? — спросил кто-то из класса.

— Да.

— А правда, что это мужик, который на бэхе икс шестой приезжает сюда?

— Вот он придет, у него и спросите, а мне некогда, — ответила классный руководитель и закрыла дверь с обратной стороны.

Новые одноклассники принялись обсуждать слухи о новом математике: кто он, какими фирмами владеет. Одни утверждали, что он держит сеть местных торговых центров, другие убеждали, что это не так, а руководит он лишь одной частной медицинской клиникой. И те, и другие в качестве доказательства показывали друг-другу сайты в интернете и немногочисленные новостные сюжеты из городских СМИ, в которых засветился предполагаемый учитель. Третьи не верили, что такой человек пойдет работать в школу.

— Это бред, — говорили они.

— Он, кстати, вроде еще воевал то ли в Афгане, то ли у нас на юге в девяностых, — сказал кто-то.

— Да какая разница? Он все равно не может быть учителем.

Постепенно тема уходила, а уровень шума поднимался. Дети разговаривали, обсуждали планы на вечер. Некоторые пацаны боролись и толкались, бегая по классу.

В то же время несколько парней сидели тихо, не издавая ни звука. Они положили на колени сумки, собрали учебники и тетради в стопки и придерживали их ладонями. Они не двигались, нервничали, и надеялись, что про них никто не вспомнит. Про себя они со страхом повторяли: «Скорее бы появился учитель».

Андрей и Стас разговаривали. Стас расспрашивал Андрея о том, где он жил, учился, какие у него первые впечатления о новом месте. Андрей отвечал на вопросы одноклассника и спрашивал о местных порядках.

Неподалеку сидели два самых громких в классе парня — Дима Магдиев и Лёха Куреев.

— Училка тебе двойку так и не исправила? — спрашивал Куреев, листая при этом ленту в социальной сети. — Надо подходить к ним, просить, уговаривать. Я так и делал. Мне не помогло.

Магдиев усмехнулся и ответил:

— Хорошие оценки на хлеб не намажешь, и еще они не булькают. Так что пофиг.

— Ха! — воскликнул Куреев, показывая пальцем в смартфон. — Я нашел идеальную аватарку для тебя!

— Ты че, псина? — улыбнулся Магдиев, увидев на экране телефона обложку детской книжки «Петушок — Золотой гребешок» с нарисованным на ней мультяшным главным героем произведения, и швырнул в товарища ручкой.

Куреев ответил тем же, и началась перестрелка. Они весело носились по классу и кидали друг в друга бумажки и разные учебные принадлежности. Когда у Магдиева закончились снаряды, он остановился около соседней от Андрея парты и сказал скромному молчащему ученику:

— Мишань, дай-ка ручку!

Миша молчал и не двигался.

— Ты что, глухой?! Дай ручку!

— Зачем тебе? — спросил Миша, вытаскивая пенал из рюкзака.

Магдиев выхватил пенал из рук Миши и продолжил перестрелку карандашами, ластиками и ручками, лежащими в нём.

Андрей почувствовал возмущение, вспомнил сюжет книги, прикинул свои шансы на победу в бою с Магдиевым. Габариты потенциального врага были больше, и выглядел он натренированным. Но и Андрей и себя не считал слабаком: в недавнем прошлом он несколько лет занимался самбо. И все же он не решился вступить в бой в новом классе.

Когда Магдиев и Куреев завершили игру, грустный Миша побрел собирать свои канцелярские принадлежности по классу, держа при этом сумку в руках. Магдиев подошел к нему и стал выхватывать сумку.

— Дима, ну не надо, — жалобно просил Миша.

Куреев подбежал и стал помогать Магдиеву, отрывая пальцы Миши от лямок сумки, но Миша очень крепко ее держал, периодически перехватывая захват и прижимая своё имущество к груди.

Андрей со сжатыми губами и нахмуренным лбом сидел на месте и наблюдал за этой сценой. Стас переписывался с кем-то. Из оставшихся пяти парней класса двое сидели на своих местах и смотрели на заварушку с легкой смущенной улыбкой. Трое стояли в паре метров и смеялись. Девушки по большей части не обращали внимания на происходящее. Лишь иногда они бросали взгляд в сторону источника шума, закатывали глаза и возвращались к своим делам.

Магдиев крикнул:

— Толстый, помогай!

Толстый, стоявший рядом, начал помогать. Он был самым крупным и физически сильным парнем во всей школе, но даже его усилия не принесли мгновенных плодов.

Спустя минуту у хулиганов появился еще один помощник — худенький паренёк с широкой улыбкой. Он стал пальцами тыкать в живот и бока Миши, чтобы усложнить ему оборону. Так, когда соотношение сторон в борьбе достигло четырех к одному, успех был достигнут. Сумка Миши оказалась в руках Магдиева. Он побежал к окну и кинул ее вниз. Миша подошел к окну.

— Что ты плачешь, Мишка-нарушка? — издевался Магдиев над покрасневшим одноклассником. — Беги за сумкой, пока учителя нет.

Миша блестящими от пробивающихся слез глазами посмотрел на свой рюкзак, валяющийся на песке около школы, и побежал, надеясь, что успеет раньше, чем кто-нибудь украдет его вещи.

Магдиев и Куреев стали ходить по классу, бросая взгляд на вещи одноклассников и решая, чей портфель или учебник теперь полетит вниз. Все остальные парни быстро вернулись на места.

Некоторые юноши прижали портфели к себе. Среди прочих так поступил и худенький паренёк, недавно тыкавший пальцами Мишу. Еще трое, в том числе Толстый и Андрей, напряженно следили за своими вещами. Они готовились защищаться, но делали вид, словно знают, что их трогать не будут. И лишь Стас сидел расслабленно.

Новая жертва нашлась — худенький паренек. Он больше не улыбался, зато улыбались остальные.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошел крупный подтянутый мужчина лет сорока в вязанном темно-синем пиджаке. Было ощущение, что учителя стоит побаиваться.

— Извиняюсь за опоздание, — твердым голосом произнес он. Класс успокоился и расселся по местам. — Давайте начнем со знакомства. Меня зовут Виктор Павлович, я ваш учитель математики. А вы – девятый «в», верно? — учитель сел за стул и раскрыл журнал, — вас двадцать два человека, — затем он почти буркнул себе под нос, — значит, по семь человек, а в одной восемь.

Виктор Павлович повернулся к доске и написал номер телефона.

— Можете писать мне свои пожелания и мысли или звонить. Буду рад увидеть обратную связь.

Андрей записал номер на первом листе тетради.

— Начнем перекличку. Буторин Михаил здесь? — спросил Виктор Павлович, прочитав первую фамилию в журнале.