Михаил Уханов – Война за Пустоши (страница 8)
– Я никого не боюсь, ни шаманов, ни духов, ни тебя! – гордо отрезал орк. – Я воин, а не убийца. И я – посол, а послы не должны убивать. Великий вождь Глуум хочет услышать твой ответ, и я обещал привезти ему твои слова. А если бы шаманы убили тебя, – внезапно хихикнул он, – то везти Великому вождю Глууму было бы нечего. Но ты еще жив. Так какие слова везти Великому Глууму? Те, что были вчера, или ты передумал и нашел другие слова, более приятные для слуха Глуума?
– Ты помнишь, что я ответил вчера?
Орк молча кивнул.
– Тогда ступай. Других слов не будет.
Глава 6
Орочье посольство уехало в тот же день. Зеленокожие снялись с места с той быстротой, которая всегда отличала детей Великой Степи. На месте их недолгой стоянки остались лишь выжженные круги кострищ да расколотые кости сожранных животных. А еще остались вопросы, на которые я пока не мог найти ответа. Хотя надеялся, что переговоры с орками помогут мне ответить хотя бы на некоторые из них. Но после странного, если не сказать больше, послания Глуума и последовавшего сразу за ним покушения число этих вопросов лишь увеличилось. Неизвестный враг нанес мне подряд два удара, а я никак не мог понять, кто он и как ему ответить.
Шли дни. Я усилил гарнизоны уцелевших Когтей, распорядился начать работы по восстановлению разрушенной башни. Конные отряды тщательно проверили побережье, но ничего подозрительного не нашли. Вместе с советниками я долго ломал голову, пытаясь понять, почему был атакован именно Четвертый Коготь, но так ничего и не придумал.
Всего Когтей было пять. Первый и Второй находились на северо-западе моих владений. Они стояли на двух берегах большого залива и прикрывали крупный портовый город Скальдберг, у причалов которого качались на волнах разномастные пузатые парусники торговцев и небольшие, но крепкие лодки местных рыбаков. А главное – здесь прятались в корабельных сараях в ожидании своего часа низкие хищные «драконы» – боевые корабли северян, не боявшихся бросить вызов ветрам и волнам Холодных морей. Спокойный сон жителей Королевств Запада не раз прерывали выплывающие из предутреннего тумана темные силуэты с резными драконьими головами. Северяне своими набегами наводили ужас на побережье уже не первое столетие, и только эльфийские земли жили спокойно. Эльфы ходили по здешним морям задолго до появления расы людей, и тягаться с ними в искусстве мореходства было сложно. Да и нападать на стремительно летящие по волнам изящные, обманчиво-хрупкие корабли под белыми парусами не отваживался без крайней нужды ни один северный мореход. Догнать эльфов было непросто, одолеть стоило большой крови. Добыча оказалась бы богатой, но мертвым добыча ни к чему. А уцелевшим приходилось иметь дело с родственниками павших эльфов, непременно желающими отомстить. Перворожденные не прощали обид и, в свою очередь, не раз топили северных «драконов». Впрочем, в морях хватало и других кораблей – торговых, рыбачьих или охотящихся на морского зверя. Как хватало и северных ярлов, считавших все, что плавает в море, своей законной добычей. В Скальдберге они зимовали, чинили потрепанные в походах «драконы» и пополняли поредевшие дружины. Многие из этих ярлов, на словах кичившихся своей свободой, если и не служили мне напрямую, то охотно прислушивались к советам из Черного замка. И частенько отправляли своих сыновей ко мне на службу.
Словом, атака на крепости, прикрывавшие подходы к Скальдбергу, была бы понятна. Для победы над Черным замком флот северян необходимо было уничтожить или хотя бы запереть в гавани. Возглавляй я войска своих противников, я бы так и сделал. Но корабли северян по-прежнему выходили в море, а Когти Скальдберга вонзались верхушками башен в низкое северное небо.
Третий Коготь стоял на Тюленьей скале в пятидесяти лигах от Скальдберга. Скала возвышалась над огромной бухтой, в которую в часы прилива могли спокойно зайти даже самые крупные и глубоко сидящие суда. Здесь было одно из самых удобных мест по всему побережью Холодных морей для высадки крупной армии. Высадившись тут, вражеские войска могли без помех двигаться прямо к Черному замку. Однажды в нашей истории такое уже случилось. Как утверждают легенды, в залив тогда вошло столько кораблей, что с одного берега на другой можно было перейти по палубам, ни разу не замочив ног. А воинов на этих кораблях было так много, что их с трудом вместила прибрежная равнина. Впрочем, численность тогда не помогла. Армия завоевателей встретилась с войсками Черного замка, и произошла очередная грандиозная битва, из которой мало кто из пришельцев вернулся живым. Зато героических песен, легенд и саг об этой битве сложили огромное количество. Как водится, в основном те, кто в этой битве не участвовал и потому уцелел. Сейчас мир измельчал, и, даже объединив силы, Королевства Запада не смогли бы создать флот таких размеров. К тому же теперь вражеским кораблям пришлось бы идти мимо Скальдберга, рискуя получить от северных мореходов удар в спину. Но бухта была удобная, и я по-прежнему продолжал держать в Третьем Когте гарнизон.
Четвертый Коготь до своего разрушения прикрывал проход между Драконьими островами. Так северяне называли вытянувшиеся цепочкой каменные скалы, отделяющие Холодные моря от моря Мрака. Сами острова были безлюдны, из живых существ там обитали лишь морские птицы, гнездившиеся на неприступных отвесных скалах.
Легенды нордов рассказывали, что все эти скалы – окаменевшие останки великих драконов древности. В незапамятные времена Войн Древних поверженные исполины рушились с небес в море. Драконы были столь велики, что волны Холодных морей не смогли скрыть их целиком. Так они и остались лежать, окаменев со временем. Так это или не так, но острова действительно по очертаниям напоминали останки неведомых чудовищ. Большинство проливов между островами было непроходимо для морских судов из-за бессчетных каменных обломков, прячущихся среди свинцовых волн. Немногие мореходы из расы людей рисковали пройти через единственный относительно безопасный проход и выплыть в укутанное вечными туманами и снегопадами море Мрака. Еще меньше было тех, кто смог вернуться оттуда. Но все же они были. Воды моря Мрака населяли диковинные, невиданные в других местах рыбы и морские звери, так что тамошняя добыча способна была обогатить удачливого смельчака. Ходили также слухи о несметных сокровищах древних, ныне вымерших рас, что станут наградой отважным. Изредка моряки действительно привозили странные вещи, добытые, по их словам, на неведомых островах, никогда не видевших дневного света. Конечно, большинство таких вещей было искусными гномьими подделками для легковерных любителей редкостей. Большинство, но не все. И не все рассказы были ложью. Море Мрака действительно хранило немало тайн и загадок. Но я держал стражу в Когте не из-за этого. Кроме человеческих по морю Мрака ходили и эльфийские корабли. Эльфы не боялись вечного сумрака полярных вод и вполне могли не двигаться вдоль берега, как обычно делали норды, а прокрасться севернее, подальше от посторонних глаз. Проход между Драконьими островами был им хорошо известен. А если они пройдут через него, то легко могут перерезать морские пути вдоль побережья. Там, дальше, где на востоке высится последний, Пятый Коготь. За ним леса Пустошей сменяет бескрайняя тундра. За короткое северное лето она расцветает, покрываясь травой почти в человеческий рост. Но северное лето коротко, осень еще короче, сгнить под осенним дождиком вымахавшие за лето травы просто не успевают, и суровая сухая зима превращает летнее разнотравье в превосходное сено, служащее кормом многочисленным травоядным от мелких грызунов до огромных косматых мамонтов, исполинских оленей и свирепых северных носорогов. На травоядных охотятся хищники, сюда во множестве стекаются за добычей охотничьи отряды орочьих племен, но дичи не убывает. А по побережью сидят племена прибрежных орков, плавающих на утлых, но вертких лодчонках с каркасом из китового уса, подобранного на берегу плавника, а то и просто из прутьев, обтянутых шкурами морского зверя. Побережники ловят рыбу, охотятся на тюленей, кальмаров, мелких кракенов и прочих обитателей прибрежных вод. На своих скорлупках морские охотники умудряются бить гарпунами китов и даже свирепых кашалотов. Именно отсюда идут основные поставки рыбы и мяса для Черного замка, и пропускать туда эльфийский флот я не собирался. Поэтому гарнизон Пятого Когтя был вторым по силе среди моих крепостей, насчитывал больше тысячи воинов и несколько не самых слабых магов. А Четвертый Коготь должен был поднять тревогу, если из-за Драконьих островов нагрянут незваные гости. И вот Четвертый Коготь разрушен. Но не эльфийским флотом, а кем-то другим. Зачем и с какой целью? Кому помешала одинокая сторожевая башня? Кто он, мой новый враг, что задумал и где нанесет следующий удар? Все эти вопросы не давали мне покоя. Тайна Когтя требовала, чтобы я оставался на Севере, пока не пойму, с чем мы на этот раз столкнулись. Но странное посольство Глуума, дерзкие требования новоявленного Повелителя Степи и последовавшее за тем нападение шаманов столь же настойчиво требовали, чтобы я ехал в Орду. На Севере оставалась неразрешенная загадка. На Юге все шло к большой войне. Надо было что-то решать.