Михаил Уханов – Война за Пустоши (страница 55)

Я решил было выждать, пока Орда вновь двинется в атаку, и еще раз встретить ее ударом в лоб. Но густая стена степной конницы продолжала стоять на месте и не двигалась. Орки чего-то терпеливо ждали, хотя подобное поведение было для них совершенно нехарактерно. Неужели к ним тоже идет подмога? Если да, то наше положение осложнится. Но и кидаться самим в новую отчаянную атаку тоже особого смысла не имелось. Расстояние между нашими армиями было слишком велико, ордынские отряды успеют уйти из-под удара, не принимая ближнего боя. Предпочтут, как всегда, забросать неосторожного врага стрелами, кружась вокруг неповоротливой рыцарской конницы. Надо как-то заставить степняков все же двинуться в атаку, и только тогда контратаковать самим. Если сумеем опрокинуть тех, что стоят сейчас перед нами, в бегстве они смешают и увлекут за собой любые подкрепления, сколько бы их ни шло сейчас на помощь Орде.

К стоящей впереди нас пехоте понеслись мои гонцы с новым приказом. Щитоносцы задвигались, их строй распался на отдельные квадраты, и пехотные каре начали отходить назад. В середине строя двигались уцелевшие возы двух центральных вагенбургов. Запрягать в них быков или лошадей было некогда, и воины толкали тяжелые повозки руками. На пяти возах стояли в полной готовности к стрельбе пять уцелевших стрелометов, на остальные повозки спешно погрузили тех раненых, которых еще не успели отправить в обоз.

Отступление заметили, до нас донесся восторженный вой зеленокожих. Я успел порадоваться, что бо́льшая часть северных орков уже ушла на правый фланг и сейчас находилась далеко за линией конницы. Вряд ли они согласились бы уйти так легко. Даже орки из гарнизона Черного замка, еще остававшиеся на левом фланге, остановились и принялись что-то орать в ответ. К счастью, барон фон Брамберг был еще жив. В Черном замке его знали все, и привыкшие к какому-то подобию дисциплины орки замка с неохотой, но выполнили его приказ, возобновив отход. Постепенно пехотные отряды проходили сквозь строй расступившейся конницы и двигались дальше, в направлении большого обозного вагенбурга. Теперь в первой линии нашего войска стояла рыцарская конница. По сигналу рога рыцари начали разворачивать коней и шагом двинулись вслед за пехотой. Вид такого количества вражеских спин оказался невыносимым для степных орков. Их строй рухнул снежной плотиной под натиском весеннего половодья, и зеленокожие наездники с диким визгом и воплями кинулись за уходящим противником. Дав им разогнаться как следует, мы развернулись и вновь двинулись навстречу Орде. Я захлопнул забрало и первым перевел своего коня с шага на рысь. Нам надо было как можно быстрее набрать скорость и доскакать до орков. Они уже сообразили, что происходит, и начали осаживать своих низкорослых скакунов.

Сейчас я не мог видеть, что творится в тылу у Орды, но даже сквозь тяжелый шлем услышал, как крики зеленокожих усилились. Теперь в них звучали одновременно восторг и ужас. Внезапно орочьи вопли утонули в громовом реве. Я поднял голову и не поверил своим глазам.

За спинами уже совсем близко скачущих орков расправлял крылья неведомо откуда возникший дракон! Чудовище заревело еще громче и тяжело прыгнуло в воздух. Захлопали кожистые крылья, монстр набрал высоту, сделал круг и с небес ринулся прямо на нас.

«Иллюзия! – промелькнуло у меня в голове. – Он не настоящий, это шаманы Глуума колдуют!»

Но тут дракон раскрыл пасть и изрыгнул длинную струю пламени прямо в наш строй. Какая, задери тебя Творец, иллюзия? Это было страшнее, чем любое колдовство шаманов Великой Степи. Жидкий огонь прожег в стене черной конницы широкую полосу совсем недалеко от меня, крики гибнущих воинов смешались с безумным визгом сгорающих заживо коней.

Наша атака захлебнулась, толком не начавшись. Большинство моих всадников помчалось во все стороны, пытаясь уйти от падающего с небес драконьего пламени. Многие вообще повернули назад, стремясь скорее покинуть долину. Видимо, понадеялись затеряться в горных проходах. Об орках, которые наверняка будут их преследовать, они сейчас даже не думали. Впрочем, сами орки тоже шарахнулись прочь, явно опасаясь попасть под огонь, выдыхаемый летающим ящером. А дракон с ревом развернулся и устремился направо, туда, где среди уже начавших разбегаться в панике северных орков высились оба мамонта. Увидев летящий на них крылатый ужас, послушные доселе северные гиганты испуганно затрубили и попытались было тоже спастись бегством. Но уйти от летящего дракона сложно даже самым быстрым из бегающих по земле. Снова торжествующий рев с небес, струя смертоносного пламени – и один из мамонтов рухнул на землю, охваченный огнем. Второму повезло больше. Хотя пламя прожгло его доспехи, но самому мамонту лишь сильно опалило бок. Огромный зверь, жалобно крича, кинулся прочь, без разбора давя орков, попадающихся ему под ноги. Те, не обращая внимания на угрозу быть растоптанными своим же зверем, беспорядочной толпой устремились к выходу из долины. Дракон не стал их преследовать и, захлопав крыльями, принялся набирать высоту. Крылатая тень пронеслась по земле, накрыла гномий хирд. К моему удивлению, следующий огненный плевок полетел именно в гномов. Что он делает, это же союзники Орды! Или этот гад совсем дикий и необученный? Но дракон не стал задерживаться и для уничтожения хирда. Лишь заревел, на этот раз презрительно, как мне показалось, и полетел дальше. В конце долины он развернулся и вновь помчался на нас. Сейчас он снова будет здесь, надо его остановить, но как? Времени искать в этой суматохе Мортимуса или любого другого мага у меня не оставалось. Безумным взором я огляделся вокруг, надеясь найти хоть кого-то из них. Внезапно мой взгляд натолкнулся на застывшие в поле повозки.

– За мной! – заорал я и безжалостно пришпорил коня.

Верное животное обиженно заржало, но выучка взяла свое, и мы галопом понеслись прямо к возам мимо разбегающихся во все стороны воинов моей армии. Мне было не до них, ведь сзади с каждым мгновением нарастал злорадный рев дракона. К счастью, двинувшись в атаку, мы не успели ускакать далеко и добрались до повозок раньше, чем дракон до нас. Кинув меч в ножны, я прямо из седла перескочил к ближайшему стреломету. Доспехи сковывали мои движения, и я чуть не упал на землю, но успел вцепиться в крепкий дощатый борт и удержался. Перевалился через борт, скинул бесполезный сейчас шлем и огляделся. «Скорпион» был заряжен, я откинул предохранительную скобу, не позволяющую гномьему механизму самому произвести случайный выстрел, и начал прицеливаться в стремительно приближающийся крылатый силуэт. Краем глаза я заметил, как у соседних «скорпионов» возникло еще несколько фигур.

– Всем, кто может, – стреляйте по этой твари! Стреляйте, если вам дорога жизнь! – заорал я и рванул спусковой рычаг.

Басовито загудела стальная тетива, щелкнул механизм, и кованая стрела в человеческий рост помчалась навстречу дракону. Увы, я не мастер-баллистарий и поэтому промахнулся. Вместо того чтобы попасть в голову дракона, куда я и целился, моя стрела прошила огромное крыло и улетела дальше. Рев дракона сменился режущим уши визгом, ящер резко вильнул в сторону и вновь начал набирать высоту. Я лихорадочно вертел ворот «скорпиона», стремясь вновь натянуть тетиву и зарядить стреломет до того, как дракон обрушится на нас. Наконец тетива с щелчком встала в паз спускового устройства, я потянулся за следующей стрелой, но обнаружил, что ее уже вставляют в желоб стреломета.

– Скажи, Повелитель, ты действительно думал, что я оставлю всю славу тебе? – ухмыльнулся Рон. Мой телохранитель зарядил «скорпион» и пригнулся, чтобы не мешать выстрелу. Я даже не успел поблагодарить его – проклятый ящер был уже совсем близко.

– Все разом, по моей команде – БЕЙ! – заорал я, срывая голос, и вновь дернул спусковой рычаг.

Загудели тетивы, и уже три стрелы стремительно унеслись навстречу дракону. От моей стрелы он уклонился, вторая просто прошла мимо, и лишь третья попала в грудь ящера. Тот взревел, лихорадочно захлопал крыльями и выпустил новую струю огня, накрывая повозки со стрелометами. С криком сгинул в пламени безвестный стрелок, сумевший попасть в дракона. Загорелась стоящая рядом с нами повозка с лежащими в ней ранеными. Время странно замедлилось, исчезли звуки, и я тупо глядел, как бесконечно медленно приближается ко мне смертоносная полоса огня. Лишь рычание вспыхнувшего Рона, вскинувшего в последний момент бесполезный щит, привело меня в себя. Мой верный телохранитель горел заживо, но держал щит. Щит, которым он прикрывал не себя, а меня! Он пытался меня спасти, он верил в меня, а я стоял и тупо ждал смерти, как баран на бойне! Врешь, не дождешься! А если уж придется умирать, то умру как воин, как Рон, как тот безымянный боец, что все же достал тебя, мерзкая тварь! Перезарядить стреломет я уже не успевал и, толком не соображая, что делаю, выхватил из ножен меч и вскинул его, защищаясь от падающей на меня огненной струи, словно от удара обычным клинком.

Обжигающее пламя обрушилось на меня, но среди огненной бури вспыхнул холодным белым пламенем мой меч, и испепеляющий жар пропал, куда-то подевавшись. На мгновение я оказался прямо в центре беснующегося огненного кокона, а потом пламя опало и наконец исчезло. Я по-прежнему стоял на дымящейся повозке, причем, кажется, живой. А прямо перед собой я обнаружил хлопающего крыльями дракона. Его огромные желтые глаза смотрели на меня с каким-то изумлением. Открылась пасть, блеснув клыками длиной в палец, но в этот момент откуда-то сбоку в морду дракона ударила синяя молния, и новая струя огня полетела не в меня, а в сторону подоспевшего мне на помощь мага. Тот закрылся было полупрозрачной стеной, сверкавшей бирюзовыми огнями, но под ударом пламени магический щит лопнул, и волшебника отбросило в сторону.