Михаил Уханов – Война за Пустоши (страница 50)

Вдали всадники Великой Степи вновь выстраивались в линию, готовясь к следующей атаке. Прорвать наш строй с ходу не получилось, значит, сейчас Глуум попробует что-то другое. Но пока Орда еще не двинулась вперед, я позволил себе взглянуть на вершины гор, где стояли наши наблюдательные посты. Я ждал от них условного знака, но, увы, там пока все оставалось без изменений. Надо было стоять и держаться. И надеяться, что мои союзники меня не подведут и наш план сработает.

Из стана Орды вновь раздался грохот барабанов. Я заметил, что в этот раз грохотали они слитно и размеренно, не торопясь ускоряться. Повинуясь барабанам, стена орочьей конницы медленным шагом двинулась в нашу сторону. Но стоило первым стрелам «скорпионов» полететь в ордынцев, как те остановились. В глубине их рядов наметилось непонятное пока движение, сплошной строй степной конницы раздвинулся, открывая три широких прохода, и на поле перед нами под торжествующий грохот барабанов вышли три крупных отряда пехоты. Высокие металлические щиты почти полностью скрывали своих хозяев, оставляя видимыми лишь верхушки круглых шлемов с коваными масками-забралами в виде бородатых лиц. Поблескивали широкие наконечники копий, сверкали доспехи, грохотали барабаны. Со стороны идеально ровные прямоугольники этих отрядов казались бездушными механизмами, настолько четко и слаженно они надвигались на нас. Знаменитый гномий хирд, боевой строй, которому, как утверждает подгорный народ, первых гномов научили их воинственные бородатые боги. Глуум бросил в бой своих самых ценных наемников. Я помнил гномьих предводителей на пиру у Глуума, но не ожидал увидеть на поле боя столько их длиннобородых сородичей. Три хирда, Тьма их поглоти, целых три! Откуда у этой желтоглазой обезьяны такие деньги? Чтобы нанять такое количество наемников, надо опустошить десяток городов, подобных Барку. А то и крупнее. Не думаю, что среди королей Запада нашелся хотя бы один, которому по карману было бы нанять такое войско. А вот Глуум смог. И, похоже, мы сейчас умоемся кровью. Простыми стрелами гномий строй не взять, да и арбалеты здесь не сильно помогут. Подгорный доспех славится своей прочностью, не зря опытные воины утверждают, что гнома в таких доспехах проще расплющить, чем зарубить. А сами гномы про свой строй говорили, что его может сокрушить лишь огнедышащий дракон, от пламени которого не спасают и доспехи подгорной ковки. Вот только такого дракона у меня нет. Тяжелый будет бой.

Хирды мерно двигались на нас, а за ними неторопливо подтягивались конные отряды зеленокожих. Когда расстояние между армиями сократится шагов до пятидесяти, гномы перейдут на бег, набирая скорость для сшибки. Пока этого не произошло, я отправил по две сотни Черных рыцарей на помощь своей пехоте в центре и на правом фланге. Атаковать хирд в конном строю – самоубийство, и рыцари, заняв отведенные им места, торопливо спешивались. Коней хватали под уздцы и отводили в тыл коневоды, длинные рыцарские копья, бесполезные в пешем бою, спешно менялись на топоры-клевцы, стальные шестоперы и боевые молоты. Сейчас ценнее всего оружие, способное хоть как-то промять или пробить сталь подгорных доспехов.

Впрочем, у нас нашлось чем встретить гномов до рукопашной схватки. «Скорпионы» тоже были гномьим изобретением, и их кованые стрелы рождались под ударами молотов в подземных кузницах. Стрелометы уже выпускали стрелу за стрелой в надвигающихся врагов. Я видел, как рушились на землю броненосные бородачи, роняя пробитые щиты, но на место сраженного гнома тут же становился другой. Наши маги тоже метнули несколько заклинаний, но большинство из них оказалось бессильно перед мастерством гномьих кузнецов. Дали залп наши арбалетчики, затем к ним присоединились лучники, как люди, так и орки. Гномы в ответ сомкнули щиты, образовывая сплошную стену без малейших щелей, а идущие в глубине строя вскинули щиты вверх, защищая себя и товарищей от стрел, падающих им сверху на голову. И большинство стрел и болтов пропало напрасно, бессильно клюнув металл щитов, но не пробив их.

Мортимус торопливо объяснил что-то трем оставшимся с нами магам, те поклонились и в сопровождении учеников поспешили к лошадям.

– Мы попробуем остановить гномов, Повелитель, – объяснил мне маг. – Точнее, попытаемся разрушить их строй. Но сможем сделать это только с одним отрядом, на три сил у нас может не хватить.

– Хорошо, займитесь тем отрядом, что идет в центре, – решил я.

Фланги можно загнуть, но допустить, чтобы наш строй прорвали в центре, нельзя. Если гномы рассекут мое войско на две половины, подоспевшая Орда нас просто раздавит по частям. Маги, уже сидящие в седлах, еще раз поклонились и умчались к центру нашего построения. Я отправил следом за ними двоих гонцов, чтобы предупредить ярла Бьорна, одного из трех тысячников Черного замка, сегодня возглавлявшего центр нашей армии. Бьорн был опытным военачальником, но даже самым опытным командирам полезно знать заранее, что рядом с ними затевается нечто, связанное с магией. И даже если у магов в центре все получится, останутся еще два хирда, справляться с которыми мне надо будет самому. Но центр сейчас был наиболее важен, поэтому еще троих гонцов я отправил к мастерам-баллистариям, командовавшим стрелометами. Теперь все «скорпионы» били только по центральному хирду. Гномьи доспехи хороши, но совсем неуязвимыми подгорные воины все же не были, за каждый шаг центральный хирд платил кровью. Даже отсюда я видел, как заколебался несокрушимый прежде строй гномьих щитов, как то тут, то там в нем начали открываться щели, давая возможность всадить арбалетный болт. Но не зря гномы всегда славились своим упрямством, а то и просто упертостью. Центральный отряд гномов, хоть он изрядно уменьшился в числе и потерял былую четкость строя, продолжал упрямо надвигаться на нас. Два хирда, наступавшие на наши фланги, уже подходили на рубеж последнего рывка. Наконец гномы остановились, щитоносцы передних рядов слаженно опустились на одно колено, пригибая щиты. Поверх пригнувшихся бородачей их сородичи сразу же дали из глубины строя залп из своих арбалетов. Наши щитоносцы приняли залп на щиты, но болт из подгорного арбалета, выпущенный в упор, это страшная вещь. Немногие доспехи или щиты способны защитить от него. Я видел, как падали мои пехотинцы, как появились прорехи в нашем строю. А гномы с громким боевым кличем ринулись в атаку. Пехота Черного замка сомкнула поредевшие ряды, и две стены щитов с оглушающим грохотом и лязгом сошлись вместе. Что происходило на дальнем от меня фланге, я уже не мог разобрать. Ясно было, что гномы давят, наши понемногу отступают, но правый фланг пока стоял, пока держался. В центре что-то грохнуло, и один из вагенбургов охватило высокое пламя. Длиннобородые коротышки, хоть и не владели боевой магией, с успехом заменяли отсутствие заклинаний искусством создания взрывчатых и зажигательных смесей. В ответ ударили наши волшебники, блеснули вспышки магического огня. Но привыкшие к жару подземных кузниц гномы не слишком обращали внимание на разгоравшийся пожар. А вот наша пехота, зажатая между копьями гномов и горящими возами, дрогнула и попятилась. Гномы прорвались ко второму вагенбургу и пустили в ход топоры, пытаясь проложить себе путь прямо через наше укрепление. Подгорная сталь одинаково хорошо рубила как сцепленные возы, так и их защитников. Наши отбивались сверху, стоя на возах и используя свое преимущество. На головы наемникам Глуума летели копья и камни, огненные шары и багровые молнии колдовского огня, падали удары боевых молотов и шипастых моргенштернов. Битва строй на строй постепенно превращалась в кровавую резню. На помощь поредевшей северной пехоте устремились пешие рыцари Черного замка. Их доспехи не сильно уступали гномьим в прочности, как и сами рыцари не уступали наемникам хромого Повелителя Степи в искусстве ближнего боя. Сила встретила силу, противники оказались достойными друг друга, и наступление застопорилось. Центральные отряды гномов понесли слишком большие потери при атаке, и теперь усилий оставшихся наемников не хватало, чтобы прорвать наш прогибающийся, но еще держащийся строй. Остатки центрального хирда надо было срочно выводить из боя, давая время на передышку и восстановление строя. Но конница Орды, стоящая в отдалении, не торопилась мчаться на помощь гибнущим наемникам. Орочьи вожди явно опасались завязнуть в этой мешанине из гномов, людей, возов, щитов, топоров и копий. Зеленокожие ждали мига, когда наконец рухнет наш строй и можно будет на полном скаку обрушиться на бегущего противника. Но гномы в одиночку не справлялись, и наш центр пока стоял.

А вот на левом, ближайшем ко мне фланге дело было плохо. Черная пехота здесь тоже встретила набегающий хирд стеной щитов и ударами копий. Но гномы понесли слишком незначительные потери, в отличие от сородичей в центре. Орки Пустошей забрасывали наступающих гномов стрелами и дротиками, но даже нескончаемый ливень стрел, смертоносный для любой другой пехоты, был не слишком опасен для закованных в броню бородачей. А в умении биться строем на строй гномы не знали себе равных. Их копейщики точно выгадывали момент и били в любую хоть на миг открывавшуюся щель в стене черных щитов. Ответные удары наших копий по большей части отражались умело подставленными щитами. А под защитой щитоносцев в глубине гномьего строя прятались воины, вооруженные длиннющими тяжелыми копьями, которые даже эти дюжие бородачи держали сразу двумя руками. И без промаха били диковинным оружием поверх голов впереди стоящих сородичей. Все больше тел в черных доспехах падало под ноги сражающихся. Да, гномы тоже несли потери. Но за смерть каждого их бойца войску Севера приходилось платить тремя своими. Стена черных щитов неумолимо сокращалась, грозя в любой момент рухнуть. Вступившая в бой по приказу барона сотня срочно спешившихся рыцарей не смогла переломить ход битвы и лишь немного задержала продвижение гномов. А за их спиной задвигались отряды Орды, подобно хищнику, почуявшему вкус крови. У лорд-капитана в резерве оставалось еще две сотни рыцарей, но барон держал их в седлах. Видимо, в ожидании неизбежной атаки степняков, собираясь встретить их конницу лоб в лоб. К прочим бедам, магистр Арниус, отвечавший за поддержку войск на левом фланге, слегка увлекся и оказался прямо в гуще боя. Магический щит защитил магистра от стрел и заклинаний шаманов, но удар гномьего топора оказался сильнее изощренной магии. Обливаясь кровью, Арниус рухнул на землю, и его завалило телами павших. Ученик магистра растерялся и попытался спасти своего наставника в одиночку. Он даже успел сжечь трех ближайших гномов, но удар копья синеватой подгорной стали пробил легкий доспех насквозь, и храбрый, но не сообразительный ученик упал на землю рядом с учителем. На левом фланге мы остались без магов, о чем, впрочем, я узнал значительно позднее.