Михаил Уханов – Война за Пустоши (страница 11)
Нас между тем заметили. Хрипло заревели вдали трубы, ударили барабаны, и вскоре навстречу нам выехала целая процессия. Впереди шли хорошо вооруженные орки. Здоровенные, ростом почти как их северные собратья. Попадавшиеся навстречу обычные степняки были заметно мельче. Громилы без стеснения расчищали путь, распихивая встречных древками копий. За передовыми стражниками ехали два знаменосца с ордынскими вариантами знамен – бунчуками, длинными шестами с подвешенными к перекладинам конскими, волчьими и лисьими хвостами, а также кистями и лентами разных цветов. Венчали эти шесты острые копейные наконечники, на которых скалились чьи-то черепа. Один на левом острие и сразу три на правом. Между знаменосцами ехал толстый орк, без устали молотивший по двум походным барабанам, висевшим у него на седле. Затем снова ряд пеших стражников и два конных орка в пестрых халатах, подпоясанных широкими поясами, в высоких колпаках, увенчанных кистями и лентами. Эти двое отличались такой дородностью, что барабанщик на их фоне казался довольно стройным юношей. Изнемогавшие под весом своих седоков лошади обоих орков были покрыты цветными попонами, на конских головах сияли металлические наголовники, то ли медные, то ли позолоченные. Следом ехали всадники со щитами и копьями, шли плохо различимые отсюда трубачи, непрерывно трубящие в свои инструменты. В такт барабанам они не попадали, но компенсировали это громкостью издаваемых звуков. В итоге шум стоял невообразимый. Потом снова следовали стражники, конные и пешие. За процессией валила толпа обычных орков, желающих полюбоваться на новое зрелище.
Наконец процессия добралась до нас. Стражники расступились по сторонам дороги, и два всадника в колпаках смогли выехать ко мне. Я обратил внимание на то, что сопровождавшие меня советники мгновенно растеряли свою спесь и быстро отстали, смешавшись с воинами сопровождения. Похоже, меня встречали важные по здешним меркам особы.
Барабанщик оставил наконец в покое свои барабаны, трубачи смолкли, и один из важных орков заговорил. Он произнес длинную фразу на своем наречье, из которой я понял немного. Впрочем, толмач нашелся быстро. Откуда-то из глубины процессии, чуть ли не из-под копыт коней знатных особ, выскочил юркий тощий орк в когда-то богатом, а теперь грязном и потасканном халате, размером раза в полтора больше, чем нужно. Кони недовольно зафыркали, но орк, не обращая на них внимания, зачастил на довольно чистом всеобщем.
Как я и предполагал, встречавшие меня оказались важными персонами.
Левый орк именовался Богдо-аб-Учех, правый, тот, что заговорил со мной первым, – Ногоон-аб-Илтгэгч. Титулы их я выслушал и постарался побыстрее забыть, благо в Орде они всегда отличались пышностью, но при этом совершенно ничего не говорили о положении их владельца. Например, Богдо, поименованный «Господином тысячи кобылиц, владеющим силой южного ветра», с равной вероятностью мог оказаться главным конюхом Глуума, его казначеем, начальником охраны или старшим евнухом придворного гарема. Своих племен орки не назвали, из чего я заключил, что это все же не племенные вожди, а приближенные из свиты Глуума. Впрочем, это было не важно. Важнее было то, что их устами меня приветствовал сам Великий вождь и Повелитель всей Степи, могучий Глуум, чьи руки обладают силой тысячи воинов, от чьих глаз не укроется ничего из происходящего в Степи, чьи ноги попирают, чьи уши слышат, воины храбры, кони неисчислимы. И так далее, без конца и края. Забавно, что ум Великого вождя удостоился восхваления лишь где-то в середине списка. Меня официально назвали гостем Повелителя, что было неплохим знаком. Я, конечно, не ждал, что сразу по приезде к Глууму меня могут попытаться зарезать или, для разнообразия, посадить на кол. К чести южных орков, неугодных им послов в Великой Степи обычно не казнят, а просто прогоняют туда, откуда те приехали. Пусть и ограбив на прощанье и добавив для скорости пяток ударов плетью. Но названного гостем уже не выгонишь, это нарушение степных обычаев и норм поведения. Так что немедленное изгнание мне теперь не грозило, а значит, я проделал этот долгий и утомительный путь не зря. Дальше слушать стало еще интереснее. Устами своих приближенных Великий вождь приветствовал посланника друга, брата и верного союзника, Тень Повелителя Тьмы и Голос Владыки Черного замка. То есть меня, дорогого и любимого. Каковой прибыл разделить с Великим вождем и Повелителем Степи могучим Глуумом радость победы над мерзкими людишками и жадными бородатыми недомерками, попытавшимися бросить вызов могуществу Повелителя Степи. В чем именно состоял этот вызов, мне не пояснили, как и не объяснили, когда это мы успели стать союзниками с моим зеленокожим братом и другом. И главная новость, ради которой пришлось выслушивать весь этот поток словесной патоки, – мне была оказана высокая честь предстать перед взором Владыки Глуума и принять еду из его рук на пиру, посвященном нынешней победе. Предстать можно было прямо сейчас, а пир намечался на сегодняшний вечер. Повинуясь знаку Богдо-аб-Учеха, процессия раздвинулась в стороны, я медленно поехал вперед в сопровождении обоих орков, а остальная свита пристроилась сзади.
Несмотря на то что издали нынешняя стоянка Орды выглядела как хаотичная мешанина самых разнообразных кочевых жилищ и повозок, внутри все же имелся определенный порядок. Мы ехали по достаточно широкой и почти прямой дороге, ведущей в центр стойбища. Стены поверженного Барка так и остались далеко справа, а впереди, выделяясь своими размерами на фоне окружающих его жилищ, высился огромный шатер, сшитый из дорогой, явно привозной ткани столь любимых степными орками ярких расцветок. Над ним на шпиле поблескивало в лучах солнца позолоченное изображение дракона.
Ровная дорога сменилась подъемом на небольшой холм, вершину которого и венчал гигантский шатер. Вокруг холма стояла цепочка хорошо вооруженных стражников, а в начале подъема нас встречали два закутанных в меховые накидки шамана с неизменными посохами. Оба колдуна дружно замахали посохами в мою сторону и хором начали возглашать что-то на редкость заунывное. Пока угрозы в их действиях я не ощущал, хотя помнил, что в прошлые мои визиты в Орду меня так не встречали.
– Плохих духов гоняют, – склонившись в мою сторону, тихонько шепнул Ногоон-аб-Илтгэгч. – Хо, очень сильные шаманы! Большой почет для дорогого гостя.
Шаманы голосили, посохи со свистом рассекали воздух. Я бы на месте злых духов сразу убежал без оглядки. Просто чтобы не получить по загривку, или куда там положено лупить местных духов, весьма увесистой палкой. Интересно, я как Тень Владыки Тьмы считаюсь у шаманов злым духом или все же отношусь к чему-то более материальному? Тем временем шаманы окончательно разогнали духов по окрестностям и наконец-то замолчали, тяжело дыша и опираясь на свои посохи. У нас приняли лошадей, и дальше мы поднимались пешком.
По обеим сторонам дороги попарно горели костры, а между кострами торчали шесты с насаженными на них головами разной степени сохранности. Голов было много, даже слишком много – люди, гномы и даже орки. Дым костров немного забивал запахи разложения, но не полностью, и я был рад, когда мы миновали это место.
На вершине холма вокруг шатра стояло еще одно кольцо стражи, а прямо перед входом под присмотром очередного шамана жарко горел костер. С этим обычаем степняков я уже был знаком и, не дожидаясь подсказок, шагнул вперед прямо через пламя. Степные орки считали, что в таком костре без остатка сгорают злобные помыслы, проклятия и вообще все недоброе, что гость может ненароком принести с собой. Хорошо хоть, что для полного очищения не надо было стоять посреди пламени и ждать, когда Владыка соизволит разрешить гостю пройти дальше. Как это было заведено у султана Хабира, правящего в одной далекой и очень жаркой стране, лежащей на юге за песками Великой пустыни.
Миновав очищающее пламя, я наконец вошел в шатер. Переступил через скрытый ковром порог, следя, чтобы случайно не зацепить его ногой. Это по местным обычаям было бы большим оскорблением. Внутри шатра сидели на поставленных полукругом широких низких сиденьях два десятка надувшихся от собственной важности богато разодетых зеленокожих. А прямо напротив входа, на помосте, покрытом пестрыми коврами, стоял золоченый трон, изукрашенный искусно выполненной чеканкой. Впрочем, сейчас меня больше интересовал не уровень мастерства неведомых умельцев, а развалившийся на троне орк. Вот мы и встретились, Великий вождь и Повелитель Степи Глуум! Мой верный друг и союзник, я так понимаю? Я вежливо склонил голову и слегка поклонился, как это и подобает послу. Падать перед орком на колени я не собирался, да и никто от меня этого не ждал. Внезапно хрипло взревели ордынские трубы. Слева из-за моей спины выскочил с удивившей меня резвостью Ногоон-аб-Илтгэгч, придерживающий полы халата. Орк встал вполоборота ко мне, так, чтобы ненароком не повернуться задом к Владыке. Показал всем широко расставленные руки, демонстрируя отсутствие в них оружия. Отвесил уважительный поклон своему Повелителю.
– Тень Повелителя Тьмы и Голос Владыки Черного замка прибыл, чтобы предстать перед взором Великого вождя и Повелителя всей Степи могучего Глуума, – громко произнес он.