Михаил Уханов – Война за Чашу Бессмертия (страница 4)

– Соратники, я пришёл сюда, чтобы сразиться с врагом и пойду в бой, даже если идти придётся одному. Но все, в ком ещё сохранились хотя бы остатки чести, все, кто верен своему слову – за мной!

С лязгом защёлкивались забрала рыцарских шлемов, содрогнулась земля от топота боевых коней. Большая часть людской армии осталась на месте, но несколько сотен рыцарей двинулись за своим предводителем. Оставшиеся молчали, пряча глаза друг от друга.

– Чего вы ждёте? Ваша клятва выполнена и я всегда подтвержу это, клянусь светом своей Звезды. А теперь уходите и готовьтесь к грядущим битвам. Тьма разрастается и новая война неизбежна.

Строй рыцарей начал распадаться, они перестраивались в походную колонну и уходили в сторону спрятанного подальше от поля боя обоза. Там, вдали от опасностей битвы, можно будет снять доспехи, найти вина и наконец забыть, как благоразумие сегодня одержало победу над честью. Вскоре со Светлым лордом остался лишь его собственный отряд. И тут Эрон Тар-Виэль наконец дал полную волю своему гневу, уже не считая нужным его сдерживать. Он ругался, проклинал и обещал страшные кары и дерзкому рыцарю, и каждому из тех, кто последовал за ним. Если бы взглядом можно было убить, мало кто из ушедших в атаку рыцарей успел бы домчаться до врага. С трудом успокоившись, Светлый лорд обернулся к своим.

–Уходим! А этим предателем, если он выживет в битве, я займусь сам. Будет валяться у меня в ногах, вымаливая прощение, жалкий смертный. И никаких зелий мне не понадобится! Клянусь извечным Светом, участь ваших вождей-бунтовщиков покажется ему завидной.

Бунтовщиков? Ваших вождей-бунтовщиков? И никаких зелий не понадобится…для чего ? Дар не поверил своим ушам. Но он же сам слышал, как его лорд произнёс именно это! И эта презрительная ухмылка, на мгновение вновь превратившая прекрасное эльфийское лицо в морду почуявшего свежую кровь хищника

А ещё мгновением позже Дар в изумлении смотрел на обезглавленное тело, рухнувшее у его ног и меч в собственной руке, залитый кровью того, кого Дар совсем недавно называл своим лордом. И ошеломлённые взгляды товарищей по отряду, впервые глядящих на него как на врага. Дару повезло, что его не зарубили сразу, до того, как он нашёл хотя бы несколько нужных слов. В отряде Тар-Виэля были только альвы, но даже их, тех, кто видел страшную смерть своих сородичей, долго пришлось уговаривать и многое объяснять. И лишь когда весь отряд двинулся за ним в атаку и в спины зеленокожих, уже готовящихся смести остатки строя воинов в чёрных доспехах и в близости победы потерявших всякую бдительность, полетели первые белопёрые стрелы, Дар вздохнул наконец полной грудью, сам не веря тому, что у него получилось.

А потом было поле, заваленное телами убитых людей, гномов и орков, неровный строй уцелевших победителей и всадник на чёрном коне, в залитых тёмной, мерзко пахнущей кровью орков доспехах, медленно едущий навстречу не ради боя или поединка, а для разговора. Разговора со своими давними и смертельными врагами, которые тебе ничего не обещали. Дар вновь и вновь вспоминал эту картину и в который раз спрашивал себя – а смог бы я вот так, в одиночку, выехать навстречу своим древним врагам? Выехать, не зная, что ждёт тебя впереди?

Может быть, тогда он совершил ошибку и всё же надо было договариваться с Повелителем Чёрного замка о военном союзе? Но тут Дар вспоминал орков, служащих Тёмному Лорду, всю эту зеленокожую мерзость, с которыми его предки сражались веками и ему становилось стыдно за собственные мысли. Согласившись на союз с Владыкой Тьмы, каким бы временным и непрочным этот союз не был, в памяти потомков народ альвов навсегда остался бы племенем изменников, предавших Свет. Нет, они добудут свою свободу сами, только сами! Но для этого надо сначала выиграть войну. Войну за собственное бессмертие, даже если оно невозможно.

Глава 3.

Основные силы восставших альвов сейчас располагались в небольшой уютной долине на границе Предзакатных земель. Здесь возвышалась эльфийская сторожевая башня, которую альвы заняли ещё прошлым летом, сразу после возвращения с поля битвы между Ордой и силами Севера. О начавшемся мятеже в Предзакатных землях тогда ещё никто не подозревал и всадники во главе с Даром просто въехали в открывшиеся перед ними ворота. И лишь во дворе объявили, что поднят мятеж, а башня захвачена. Двух Перворождённых, возглавлявших тамошний отряд и вышедших встречать вновь прибывших, скрутили, не дав им опомниться. Воины-альвы из гарнизона схватились было за оружие, но их удалось уговорить не проливать понапрасну кровь сородичей. В дальнейшем большинство из этих воинов примкнуло к восставшим. Остальных, в том числе и обоих эльфов, отпустили с миром, потребовав лишь оставить оружие и доспехи.

Долина стала центром мятежа, сюда сперва по одному, а потом группами, а то и целыми отрядами стали подтягиваться альвы, недовольные Высокорождёнными господами. Шли воины и ремесленники, взрослые и совсем юные, одиночки и целые семьи. Вокруг башни места уже не хватало и вновь прибывшие начали возводить временные жилища по всей долине. По слухам Перворождённые стали называть их новый дом Башней Предателей. И когда кто-то из вновь пришедших первым вслух назвал так их новое пристанище, Тари чуть не зарубил дерзкого на месте. Дар тогда с трудом сумел остановить друга.

– За правду не убивают,– сказал он негромко. – Пусть будет Башня Предателей. И пусть все помнят, чем иногда приходится платить за свободу.

Он обвёл взглядом хмурые лица соратников и неожиданно рассмеялся.

– Вот только время решит, кто на самом деле предатель – мы, нарушившие клятву или Перворождённые, обрекшие на смерть самых верных и преданных им из нашего народа. Пусть будет Башня Предателей! – повторил Дар и ушёл.

Название прижилось. Лишь упрямый Тари полгода продолжал называть захваченную твердыню Башней Свободы. Но кроме него так её никто больше не называл.

Вопреки собственным ожиданиям, мятежники спокойно перезимовали в долине. За всю зиму случилось лишь лишь несколько мелких стычек с дозорными отрядами эльфов. Перворождённые не торопились атаковать, то ли тоже собирая силы, то ли просто выжидая, не утихнет ли мятеж сам собой. Однако время шло, а количество восставших всё росло и росло. Теперь уже и в долине становилось тесно. Надо было решать, что делать дальше. Вожаки альвов прекрасно понимали, что время работает против них. Сколько не сиди в долине, а для того, чтобы избежать жуткой и, самое главное, безвременной смерти, всем необходимо будет вновь принять элексир Бессмертия. А тайну этого зелья даже среди Перворождённых знали только самые сильные маги. И большинство из них заседало в Светлом Совете, в королевском дворце посреди Гвейн-Лонде -"Новой гавани", столицы Предзакатных Земель. Добраться до них мятежникам было невозможно. Да и до остальных по-настоящему сильных магов тоже. Такой маг это вам не людской колдун, прячущийся в пещере в глубине леса и наводящий ужас на окрестные деревеньки жалкой полудюжиной скверно выученных заклинаний. Магия Перворождённых давно превратилась в высокую науку, подчиняющуюся строгим законам. Именно знание этих законов, а также возможность их изменения по воле мага и придавали эльфийским заклинаниям столь огромную силу. Но, как каждую науку, магию Перворождённых требовалось долго изучать. А значит, каждому магу необходимы были библиотеки, коллекции магических предметов и лаборатории, где можно было проводить неизмеримо сложные опыты, грозящие при выходе из-под контроля мага ужасной катастрофой. Так что эльфийские маги большую часть времени проводили в своих магических покоях внутри родовых замков. Да, Высокорождённые иногда выезжали из-за стен, ездили по своим или общеэльфийским делам по всей стране, а то и отправлялись за её пределы. Но попробуй угадай, когда и на какой дороге их можно перехватить.

Пробраться в Гвейн-Лонде тайком или пробиться туда с боем нечего было и думать. Оставалось найти эльфийского мага, причём мага достаточно сильного, который пребывает вне столицы. А потом убедить его поделиться одним из самых ценных секретов Перворождённых, силой, хитростью или любым другим способом. Вожди восставших понимали, как это трудно, но не считали задачу невыполнимой. А тут и удобный случай подвернулся.

Хотя число альвов, пришедших к Башне Предателей продолжало расти, но и тех, кто продолжал жить, как будто ничего не случилось, тоже хватало. Оставались те, кто не хотел никаких изменений, и те, кто верил ещё словам эльфов. Оставались матери с маленькими детьми и мастера, влюблённые в свою работу и не интересующиеся тем, что происходит за порогом их мастерской. Таких альвов Перворождённые стали именовать Верными, чтобы отличить их от восставших, которых теперь презрительно называли Последышами, переиначив старое Идущие Следом. Но далеко не все Верные действительно хранили верность своим Перворождённым господам. Бросить нажитое и уйти к восставшим осмеливались не все, но ведь никто не мешает сообщить случайно, просто совершенно случайно встреченному родичу новости из эльфийского замка, слухи о молодом или старом лорде, а то и пересказать то, что вчера вечером сообщил Светлому господину прискакавший из столицы королевский гонец. Восставшие имели свои глаза и уши в каждом из эльфийских поселений или замков. Но когда в долину Башни Предателей тайно прибыло двое Верных из Дома Хрустальной Росы, предложившие распахнуть ворота замка перед восставшими братьями, Дар засомневался. Слишком удачно всё складывалось. Земли Дома Хрустальной Росы лежали на границе Предзакатных Земель. Сумей восставшие захватить замок, эльфы не смогут атаковать их со всех сторон. И пусть людские короли Запада давно уже полувассалы -полусоюзники Вечного короля и Светлого Совета, но незаметно большое эльфийское войско через земли людей не пройдёт. А значит внезапного нападения с востока можно не опасаться. Опасность пока грозила лишь с запада, из глубины эльфийских владений, но за одной границей легче присмотреть, чем ожидать удара с каждой из сторон света. А самое главное – в замке Хрустальной Росы находился один из самых известных эльфийских магов, Тар-Алорон. Старый лорд Дома Хрустальной Росы, он много лет назад передал место в Светлом Совете перед троном Вечного короля сыну своего давно погибшего брата и вернулся в родовое гнездо, чтобы без помех заниматься сложнейшими магическими изысканиями. Атаковать замок было слишком опасно. Замок был хорошо укреплен, в нем располагался гарнизон опытных воинов, а сам маг мог обрушить всю мощь доступных ему заклинаний на головы безумцев, осмелившихся пойти на открытый штурм его дома. И вот появляется возможность захватить этот замок безо всякого штурма. Тари сразу ухватился за это предложение, но Дар медлил. Он давно отвык ждать от жизни подобных подарков. Пришедших воинов он не знал и молодого вожака смущала готовность обоих столь охотно предать своего господина. Если они так ненавидят Перворождённых, как утверждают, то почему пришли к восставшим только сейчас, когда прошло столько времени с начала мятежа. Но Тари лишь посмеялся над опасениями Дара.