Михаил Теверовский – Загоняя овец (страница 42)
– Хорошо, Оливер. Поговорим на другие темы. Мне сказали в деканате, что ты увлекался историями об убийцах. Множество раз закрывал курсовые и различные работы, используя статьи по убийцам. Рассказывал проекты по ним, как журналисты освещали всё это. Если проще – откуда такой интерес, Оливер?
– Нет. – Оливер удивлённо посмотрел на Роунса. – Вернее, да, я закрывал, но… все эти проекты мы делали на пару со Стивеном. И он выбирал эти темы, учитывая, что большую часть и делал он сам же, я не спорил. Но я ненавижу такое, не понимаю, зачем освещать жизнь этих подонков так, как это делал Стивен…
Роунс несколько секунд сидел словно громом поражённый. Казалось, Оливер говорил искренне. Детективу внезапно показалось, что пазл сложился воедино. До допроса он хотел взять волосы Оливера на экспертизу, но теперь это было уже ненужно, Роунс и так был уверен, что найденный в тридцать второй квартире образец волос принадлежит Оливеру. И возьми Роунс образцы, парня наверняка подведёт под дело уже через пару дней следующий детектив. Теперь важно было совершенно иное.
– Спасибо, Оливер, ты свободен. Стивен находится в том же кабинете, где у вас консультация?
– Н… нет, он взял академ сразу, как случилось… с Лизой…
Ничего больше не спрашивая и не объясняя, Рик Роунс пулей вылетел из кабинета.
Глава 2
Рик Роунс сидел в своей машине, закрыв руками лицо. Как он мог упускать столько лежащих буквально на поверхности доказательств? Он перехитрил их всех, обвёл вокруг пальца как детей. На пассажирском сидении лежали копии писем и заявление Стивена на взятие академического отпуска. В совпадении почерков Рик не сомневался. Двадцать два ранения на жертвах совпадало с возрастом Стивена, пока ему не исполнилось двадцать три через неделю после дня рождения Кэти. Именно поэтому такое количество нанесённых ран на теле Элис… Стивен – убийца, это полностью объясняет, почему не вышло поймать его на подставных прогуливающихся девушек. Он, чёрт возьми, знал их в лицо, да и с этими трепачами в участке, скорее всего, слышал, что приготовили детективы, где и когда… идиотская идея шефа… не нужен был этому ублюдку никакой диплом… Да и сам он хорош – всё жалел парня, потерявшего, как и он сам, любимую, как думал до этого дня Рик. Роунс набрал номер полицейского участка и, назвав свой номер и должность, потребовал выслать ему все имеющиеся данные по Стивену Дирайнсу.
Итак, картина в голове у детектива сложилась. Имея нестабильность в психике, явно прослеживаемую по истории Оливера, катализатором стало отдаление от него Лизы. Возможно, он даже узнал об измене или же о том, что она собирается порвать с ним. Может быть, всё вместе. Что ж, Лиза была его первой жертвой, а все остальные – для галочки. Он явно боялся попасться раньше выполнения своего плана. Элис даже не представляла, кто играл с её дочерями, кто мог в любой момент нанести удар… и всё же нанёс… Не поэтому ли она не использовала шокер, узнав Стивена? Но почему же остальные не боялись его… конечно, внешне он вполне привлекателен и не походит на убийцу. Весь такой обаятельный, аккуратный. Возможно, жертвы даже представить не могли, что за зверь перед ними в человечьем обличии? Оставался ещё один вопрос – почему эксперты не обнаружили нож в снимаемой Елизаветой Лоу квартире. При Стивене его быть не могло, в больнице бы сообщили об этом… Значит, он мог спрятать его где-то там… Возвращался ли он, чтобы забрать его? Или для следующих убийств у него были припасены дубликаты? Роунсу оставалось надеяться, что, начитавшись про то, как попадались при возвращении на места преступлений другие убийцы, Стивен побоялся проникать в квартиру, привлёкшую так много внимания. Поэтому, собравшись с мыслями буквально за пару секунд, Роунс нашёл записанный в блокноте номер владелицы квартиры и позвонил.
Элизабет Линч впустила его сразу же, как детектив позвонил в дверь. Она явно была взволнована его звонком, поэтому она слегка заикалась, предлагая Роунсу чай, но он отказался, сославшись на то, что спешит.
– Миссис Линч, сдаёте ли вы сейчас тридцать вторую квартиру? – перешёл сразу же к делу Рик.
– Ох, детектив… после произошедшего там мне предлагали сдать её разные подозрительные личности, в основном молодые… поначалу я ещё была готова, но встретилась с парочкой – какие-то готы, искатели призраков. Все в чёрном, цепях… Не дай боже, если кто из них ещё сатанист был, я решила, что лучше переждать, пока вокруг вся эта шумиха, – вздохнув, пожаловалась Роунсу женщина.
– Понимаю вас. Мне необходимо ещё раз осмотреть квартиру, миссис Линч.
– Конечно-конечно, но сама я с вами поехать не смогу, надеюсь, вы не против, если я дам вам ключ? А вы завезёте его обратно, как вам будет удобно?
Роунс не был против. Наоборот, он был только за.
Знакомая дверь, знакомый коридор… Отсюда началась эта поганая история… где же искать? И есть ли, что искать? Детектив решил потратить не более часа на поиски и, если не будет найден нож, то тогда обратиться к соседке снизу – она-то наверняка знает, был ли здесь кто-то после того, как полиция сняла оцепление.
Не включая свет, Роунс щёлкнул выключателем ультрафиолетовой лампы и принялся осматривать постепенно сначала коридор, затем комнаты. Видимо, бедная Элизабет Линч не решилась сама притронуться к месту преступления, а вызвала клининговую компанию. Тем не менее под ультрафиолетом Рик заметил, что они не особо старались – стёрли видимые пятна, не уделяя внимания тем, что были невидимы глазу, из-за чего под светом лампы на дверном косяке ванной виднелись капли крови. Роунса осенило: тайник должен был быть в ванной. Там, где разворачивалась постановочная для медиков и полицейских сцена. Именно там убийца точно мог успеть спрятать нож, если бы что-то пошло не по плану. Детектив миллиметр за миллиметром осматривал сначала кафельный пол ванны, а потом настала очередь стен. Чем большую площадь Рик проверял, тем больше ему на ум начинало приходить мыслей – прав ли он? Мог ли он выдавать желаемое за действительное? Что, если Стивен всё же не убийца? В конце концов, могла ли у него просто-напросто поехать крыша?.. Как вдруг, неожиданно, у дальней стены, прямо под раковиной он увидел едва различимые пятна крови, до которых никто не добрался. Рик, проверив, что резиновая перчатка не прорвалась, постучал по кафельной плитке. Звук явно указывал на то, что за ней было пустое пространство. Но был ли там нож?
Аккуратно, торчащими ногтями из-под перчатки, Рик поддел плитку и потянул. В какой-то момент она поддалась и слегка отошла от стены. Роунс едва не уронил её. Включив уже обычный фонарик детектив посветил в образовавшийся тайник. В нём лежал охотничий нож с лезвием дроп-поинт в двенадцать с половиной сантиметров. Весь измазанный запёкшейся кровью.
Глава 3
Выбор был сделан. Роунс направлял машину отнюдь не в полицейский участок, нет. Хотя в него Рику ещё также было необходимо заскочить – но позже. Весь вечер прошлого дня он мучился, думая, как же поступить. И понял, что у него только одно решение, никакое другое он принять не может. Он лично отомстит за Элис, чего бы ему это не стоило. Тем не менее Рик решил подстраховаться – что, если Стивен переиграет его? Тогда у него получится завершить свою кровавую серию, исполнить свою мечту и пополнить в истории список психопатов. Нет, нет и нет, он не должен позволить этому случиться. Не имеет права. Сначала он хотел дождаться вторника, ведь убийства всегда были именно во вторник, но с другой стороны, что, если Стивен решит изменить под конец своему плану? Роунс не мог допустить ещё одной жертвы на руках Стивена и, пусть и косвенно, на своих тоже.
Генри Роунс встретил сына на кресле-качалке на веранде дома. В свойственной ему манере минималистичного проявления чувств он не проявил ни капли удивления, когда Рик поднялся по ступенькам дома, держа в руке странный свёрток. Пожав друг другу руки и сухо поздоровавшись, Генри указал Рику на точно такое же кресло рядом с собой.
– Отец, – прервав молчание, произнёс Рик, – у меня будет одна просьба. Это очень важно.
Генри Роунс внимательно посмотрел на сына и кивнул.
– Этот пакет необходимо будет доставить в полицейский участок Тому Зореджу… если со мной что-нибудь случится в ближайшие дни.
Отец не задал ему лишних вопросов, он только отнёс этот свёрток в дом и запер в сейфе, после чего вернулся на веранду и вновь уселся в кресло-качалку.
– Давай так, если в воскресенье до двенадцати часов ночи я не объявлюсь лично – значит, в понедельник Том должен получить это, хорошо? Это касается дела с убийством Элис…
Ни одна мышца на лице Генри Роунса не дёрнулась, но Рик увидел, как потускнел взгляд его отца.
– Знаешь, Рик, как было на самом деле тогда? С Заком Хильц, – внезапно решил рассказать подлинную историю Генри Роунс. Поймав удивлённый взгляд Рика, он криво ухмыльнулся и продолжил: – На всю жизнь запомнил имя этого подонка. Думаю, ты давно догадался, что в отчётах брехня всё и полный бред. Прости, конечно, но Элис часто говорила, что ты загонялся по этому поводу. Всё до момента нашего приезда на место задержания Хильца – всё так и было, как отражено в отчётах. А вот дальше… Понимаешь ли, когда мы прибыли, то услышали крики о помощи. Этот урод насиловал пятнадцатилетнюю девочку прямо в кустах, ближайших к единственной в том парке дорожке. Сколько времени это продолжалось я не знаю, но никто – НИКТО! – не откликнулся на крики. А они было совсем не тихие, поверь. И вот когда я это увидел – у меня словно башню сорвало. На её месте могла ведь оказаться и Элис… От одной только этой мысли я хотел вбить эту суку в землю. Не знаю, как он не подох. Видимо, чем в человеке меньше человеческого, тем более он живуч. Мои напарники не сразу кинулись оттаскивать меня, только когда я немного подуспокоился. А знаешь, почему эта история не записана в этих отчётах так, как происходила на самом деле? Ха! Не знаешь, конечно. Там девчушка обещала покончить с жизнью, если её родители или вообще кто угодно узнает. Буквально пять минут назад изнасилованная, вся в слезах, грязная и в синяках, с разорванными колготками – она буквально ползала у нас в коленях, умоляя не рассказывать об этом никому. Мы как могли пытались успокоить её, говорили, что в этом нет же её вины, только этот мерзавец должен страдать и нести ответственность за все свои преступления. Но только когда мы все пообещали ей, что придумаем иную историю, а ей нужно будет подписать её – она сразу же согласилась и успокоилась. Надо сказать, смелости ей всё же не занимать, журналисты как могли допытывались у неё, как же всё было, хотели нас совсем затоптать. Но она даже упомянула, что Хильц домогался её… ты даже не представляешь, как мне жаль её… не заслужила она такого. Никто не заслужил.