Михаил Теверовский – Одинокая сосна (страница 5)

– И что вы решили касательно предлагаемых вариантов?

– Что вы и вся ваша шайка можете подтереться ими. Или сделать что ещё будет угодно – на ваше усмотрение. Хорошего вам дня… как вас там. Неважно.

Произнеся это, Игорь зажал кнопку автоматического закрытия стекла водительской двери и вместе с этим вновь перевёл коробку в режим «Drive», после чего нажал на газ посильнее, оставляя всё дальше позади так и оставшегося стоять с чуть померкшей, но всё же до сих пор висевшей на лице улыбкой, представителя администрации. Разодетого так, словно он приехал в какой-нибудь офис нефтяной компании на совещание топ-менеджеров, а не в СНТ уговаривать упрямого старика бросить свои землю и дом.

В этот день Игорь – после долгого сидения в четырёх стенах – решился выйти со своего участка не только ради того, чтобы дойти до ближайшего магазина, а совершить небольшое путешествие в виде поездки к морю. Вообще-то он собирался делать это минимум раз в неделю, так как чувствовал, что чем дольше времени он проводит безвылазно дома, тем сильнее его поглощает тоска и воспоминания о Насте, затягивая тем самым всё глубже и глубже в трясину депрессивного состояния. Но в последнее время его настроение было ещё более подавленным, чем в течение последнего года. И всё из-за переданной ему соседом информации с собрания.

И вот только Игорь набрался сил, как решил заявиться этот чёртов представитель из администрации – и напрочь выбил его из колеи… Игорь чувствовал, как в нём, не утихая, бурлит кипящая ненависть. К этим напыщенным чиновникам и бюрократам, готовым пойти на всё, лишь бы сохранить свои тёпленькие уютные кресла. Ненавидел Игорю и эту систему, в которой с тобой и твоим домом могут сделать всё, что угодно – ещё и будут удивляться, чего это ты не согласен с предлагаемыми «супер» условиями. И злился в принципе из-за несправедливости, что царит в мире. Но разворачиваться обратно домой Игорь не собирался. Выброшенный в кровь адреналин бодрил и неплохо прочищал мысли. К тому же он боялся, что не сдержится и совершит что-то ужасное, если этот Стрелецкий – или как там его, – всё ещё околачивается около калитки. Игорь не хотел выставлять себя шутом перед окружающими, который в лучших законах жанра комедии бегает по своему участку от надоедливого чинуши. Действовать так ему бы не позволила гордость. Но при этом не хотелось и брать на душу грех, а после отвечать по букве закона.

Потому Игорь мчался по дороге вперёд, вставив в магнитолу диск с успокаивающими «Песнями нашего века» и продумывая в голове маршрут – куда же именно направиться. С детства он очень любил путешествовать. Скорее всего потому, что с ранних лет перед его глазами был пример родителей, которые изо всех сил старались не сидеть дома: на выходных выезжали по каким-нибудь историческим местам, выставкам и музеям. Или же отправлялись гулять по лесным тропам, которых было вдоволь в окрестностях небольшого посёлка в Подмосковье, в котором они и жили. А минимум два раза в год отец с матерью брали отпуск – и тогда всей семьей они отправлялись в круиз на теплоходе или же в Ленинград, Ярославль и другие города, до которых было сложнее добраться за одни лишь два выходных дня. И Настя тоже очень любила… когда они начали встречаться, а затем и поженились, то продолжили замечательную традицию с путешествиями: посещали места, о которых знали, и стремились открывать что-нибудь новое. Одним из таких открытий и стала Калининградская область. Пусть и прохладное, но такое завораживающее и навсегда западающее в душу Балтийское море, переплетение знакомой природы севера с много более мягким климатом. Богатая история, к которой можно прикоснуться, путешествуя по многочисленным руинам выложенных из кирпича и булыжников кирх, остаткам замков и фортов, по которым ещё вполне можно представить их великолепие в ушедшем прошлом. А кое-где памятники архитектуры сохранились и вовсе практически в первозданном виде, как например форт «Дёнхофф» или Кёнингсберский собор на острове имени Канта. Путешествуя по не самым популярным закоулкам Центральной России, Игорь очень расстраивался, когда после трёх часов дороги экскурсовод подводил группу к одинокому булыжнику или поросшим травой земляным валам и рассказывал о том, сколь прекрасная раньше на этом месте была крепость или особняк. Иногда даже показывали планы, схемы и зарисовки – но всё это скорее навевало грусть, а не окунало в историю. Ведь столько всего происходило в истории России… одна наполненная событиями эпоха сменяла другую, а что осталось? Конечно, в великолепном Санкт-Петербурге, Москве, Ярославле, Твери и других крупных городах можно было отыскать безумно много интересного с точки зрения истории: но против играло немалое расстояние между столь крупными центрами. Здесь же, от приковывающей взгляд природы Куршской косы до северного мола в Балтийске, не более полутора часов езды на машине. А помимо всего этого многообразия, пока пандемия не обрушила мир в безумие, было рукой подать и до сохранивших не мало от исторического великолепия средневековья восточных городов и многочисленных замков и кирх Польши. А также – сторону Куршской косы – Литвы… Наконец, Игоря и Настю привлекла в Калининграде безумно вкусная кухня, которая – на их вкус – даже в маленьких, но уютных кафе и кофейничках была наголову выше лучших ресторанов Москвы и Санкт-Петербурга, в которых они бывали.

Вынырнув из воспоминаний про минувшие дни, Игорь протёр заслезившиеся глаза и, мотнув головой, задумался вновь о том, куда направиться в этот злополучный день. В Светлогорске уже в какой-то раз переделывали набережную, потому он решил заехать в пока ещё не наводнённый туристами, как в период купального сезона, Зеленоградск.

Припарковавшись на платной стоянке около городского парка, Игорь прошёл полукругом Тортилин пруд и, минув детские площадки, вышел на променад, расположенный прямо вдоль берега Балтийского моря. Оно, несмотря на палящее с неба солнце, в этот день было неспокойно. Порывистый ветер трепал поседевшие волосы Игоря, волны с клочьями пены разбивались о ряды вбитых перпендикулярно берегу брёвнах. А на горизонте виднелись клубящиеся чёрные тучи, грозившие вот-вот принести с собой ливень. Погода на Балтике весьма переменчива. В одном из кофейных ларьков, встретившихся на пути, Игорь взял стаканчик обжигающего латте. После чего, петляя между медленно прогуливающихся по променаду людей, отыскал свободную лавочку прямо напротив моря. В расчёте на «несезон» Игорь всё же ошибся: в Зеленоградске было многолюдно. Он никак не мог привыкнуть к новой реальности, в которой из-за практически закрытых границ туризм в Калининграде принялся развиваться ещё быстрее, чем раньше. Из-за этого всё было как-то не стабильно: с одной стороны открывалось множество новых кафе и ресторанов, создавались новые туристические точки и многое из памятников истории стало быстрее реставрироваться. Но с другой что-то и портилось, так как отпала необходимость стараться – ведь люди и так придут. Таким вот образом испортился любимый Игоря с Настей паб, в который они ходили минимум раз в месяц с тех пор, как приняли решение перебраться в Калининградскую область.

Поёжившись, Игорь закрыл глаза, вдохнул полной грудью солёный морской воздух и, сделав большой глоток ароматного кофе, прислушался к шуму волн. Он звучал так успокаивающе… и позволял забыть всё то, что произошло за последний год. Игорь представил, как рядом с ним сидит Настя, покачивая ногами и всматриваясь куда-то вдаль, за горизонт. Она любила вот так брать кофе и потом сидеть часами, наблюдая за морем. В какой-то момент ему показалось, что так и есть – что он даже слышит её восторженное дыхание и чувствует нежную ладонь поверх своей руки… Он продолжал сидеть с закрытыми глазами, окунувшись в столь приятный и тёплый вымысел, синтезированный из образов и воспоминаний. И больше всего на свете Игорю хотелось остаться в этих грёзах навсегда.

Глава 2

– Папа, папа! Мы опоздаем, а ведь ты знаешь, как я не люблю опаздывать!

Оклик дочери, сидевшей теперь с надутыми губками и сложенными на груди ручками, выдернул Руслана Стрелецкого из давивших на него переживаниях по поводу проблем на работе. На совещании в пятницу – которая была лишь вчера – прямой начальник костерил его с пятнадцать минут, показавшиеся Руслану вечностью. Ещё и сам губернатор всё это видел, хоть и по видеосвязи. Чёрт возьми, а ведь он так старался строить свою карьеру чиновника идеально! Всегда исполнительный, умеющий вертеться, словно уж, и где и когда нужно подмазываться – он надеялся достичь как минимум места в Законодательном собрании Калининградской области. Как минимум… Иногда амбиции уносили Руслана много дальше и выше. И всё было так прекрасно – а тут едва ли обещают не уволить, если не сумеет решить вопрос с этим упрямым старикашкой. Сдался ему этот проклятый дом, от которого до моря минут сорок ехать – кому он вообще мог бы сдаться!

– Прости, детка, я уже готов… – ответил Руслан, сфокусировав взгляд на стоявшей напротив него кружке недопитого кофе, уже начавшего остывать. Он прекрасно знал, как для его дочери было важно не опаздывать. Безумно пунктуальная, круглая отличница и умница – он гордился дочерью, решившей с неприсущей ребёнку упорностью пойти по следам отца. И многое, надо сказать, перенявшая именно от него. Совершенно не такая, как решивший занять в их семье амплуа раздолбая старший сын Витя. Вечно пропадавший то в смартфоне, то в мониторе своего компьютера и одевающийся в мешковатые толстовки с непонятными броскими надписями и широкие штаны, мало чем отличающиеся от обыкновенных спортивок в стиле девяностых. А на все замечания родителей неукоснительно отвечал, что нынче так модно – от чего Руслан каждый раз едва сдерживался от того, чтобы не рассказать сыну во всех подробностях, как ему видится подобный стиль.