Михаил Талалай – Религиозные мотивы в русской поэзии (страница 29)
На деревянной облицовке бедной церкви святого Дамиана в Ассизи эпиграфом к приведенному гимну святого поэта вырезаны слова:
Дополнение
I. Из архива Фонда «Христианская Россия»
(Сериате, Италия)
1. Доклад о св. Владимире
Проф. Ключевский, готовя своих студентов к выпуску, давал им ценнейшие указания: когда разбираете какое-либо историческое явление, не верьте современному историку и никогда не начинайте работу с заранее предрешенным мнением.
Пользуясь именно этими указаниями, я и начинаю сегодня свой доклад о святом и равноапостольном князе Владимире.
Сведений о нем у нас достаточно. О нем говорят и византийские историки, и наши летописи, и былины, и песни, и сказки, и скандинавские саги.
На основании всех этих данных материалов мы можем воссоздать образ равноапостольного князя Владимира.
Между Русью и Византией происходили столкновения уже на заре нашей истории. Причиной военных столкновений были торговые взаимоотношения. Известно, что Византия недоброжелательно относилась к Руси: патриарх Фотий особенно недолюбливал русов, называя их варварами.
К данным наших летописей надо относиться с осторожностью. Они появляются только в XIII в. Первоначальные записи Нестора не сохранились, а позднейшие переписки делались, несомненно, под контролем византийских монахов. Политика Византии была проста: раз Русь приняла от них христианство – значит она подчинена константинопольскому патриарху, а раз патриарху – значит и византийскому императору.
Народная память хранит черты своего равноапостольного князя: благообразный, щедрый, хлебосольный, добрый, справедливый – князь «Красное Солнышко».
Скандинавские саги рисуют нам нашего князя как викинга. В результате семейных междоусобиц Владимир бежал в Скандинавию к дальним родственникам – Рюриковичам. Здесь и выработался его привлекательный образ смелого и честного викинга.
Однако нас князь Владимир интересует, как равноапостольный просветитель страны. Летопись говорит: Владимир, усомнившись в вере отцов, решил переменить ее, для чего и стал знакомиться с религией других народов.
Есть основания считать, что «ознакомление» с каждой верой были предприняты в целях согласовать ее выбор с дружиной, с которой князь считался. Ознакомление с верой Христовой для него лично не было нужно, – он был уже с нею знаком: Владимир был внебрачным сыном князя Святослава и рабыни Малуши, до восьми лет он воспитывался у своей бабушки княгини Ольги, христианки, а при ее дворе несомненно была домовая церковь и священник.
Были в то время христианские церкви и в Киеве. В числе дружинников отца князя Владимира были христиане. Об этом мы узнаем по тексту клятвы дружинников: дружинники-христиане клялись на кресте и Евангелии, а язычники – на оружии.
Как же происходил выбор веры? Летопись рассказывает: сзывал Владимир представителей различных религий и расспрашивал их об их вере. Несомненно, что летописные сказания о принятии Владимиром христианства были под сильным византийским влиянием. Далее в летописи говорится, что избрав веру, князь посылает ходоков. Они идут в Рим и Византию. В Византии они были поражены великолепием императорских дворцов и пышностью церковных служб в храме св. Софии. А Рим в то время был разорен – этот контраст, конечно, мог произвести впечатление и определить выбор князя.
Был ли Владимир враждебен Римской Церкви и ее обряду?
История говорит нам, что торговые сношения с Западом продолжали развиваться. Никакой разницы между обоими обрядами, никаких ограничений мы не находим в исторических документах того времени. Особенно великими связи с Западом становятся при детях Владимира. Его сын Ярослав Мудрый был врагом византийских влияний. Вопреки воле Византийской Церкви он утвердил первого русского митрополита Иллариона, который много терпел, как сказано, «от греков неправды ради».
Греки добивались отстранения Иллариона, этого весьма даровитого монаха-писателя. К этому же времени относятся и творения Луки Жидя-ты, известного своими поучениями, утверждавшими высокие принципы христианства: целомудрие, борьбу против кровожадности и обид ближнему. Эти творения исходили от русской иерархии. А первые творения греческих монахов были полемические произведения против Католической Церкви. И дальше вплоть до Ивана Грозного идет страшная греческая пропаганда против Рима, стоившая много крови и сеявшая вражду с соседними народами и внутри Руси. Когда нас упрекают за то, что мы, якобы, отступили от веры отцов, мы должны отослать своих обвинителей к первоисточникам, т. е. к подлинным документам, а не к уже готовым выводам историков.
Великий князь Владимир, основоположник нашей веры государственной культуры и равноапостольный святой Вселенской Церкви вел нашу страну по пути Русской Веры, по пути воплощенного в жизни христианского идеала, слитого в единое целое с мировым христианством.
2. Письмо к Кардиналу Евгению Тиссерану
Его Высокопреосвященству
Кардиналу Евгению Тиссерану
Секретарю Конгрегации Восточных Церквей
Вия делла Кончилиационе, Рим
Ваше Высокопреосвященство,
Русские католики, собравшиеся в Брюсселе на дни, посвященные нашим занятиям под председательством Его Преосвященства монсиньора Болеслава Слосканса и Его Преосвященства монсиньора Павла Мелетьева выражают глубокую признательность Вашему Высокопреосвященству на возможность, которую Вы предоставили для нашей встречи и за прекрасный дом, предоставленный в распоряжение русского католического апостолата.
Присутствие епископов, исповедников веры, монсиньера Слосканса и монсиньора Мелетьева, связанных телом и душой с самой судьбой народов-мучеников и их Церковью молчания под пятой коммунизма, стало благословением для нашей работы.
Русские католики продемонстрировали твердую убежденность в необходимости укрепления между ними более крепких связей. Они составили план, текст которого предлагается направить на оценку и утверждение Вашему Высокопреосвященству.
Через несколько дней мы направим Вашему Высокопреосвященству отчет о работе Съезда. Испрашиваем милостивые благословения на наши намерения служить Церкви Христовой и нашему страдающему народу.
Примите, Ваше Высокопреосвященство, заверения нашей сыновьей преданности, глубокого уважения и нашей искренней благодарности.
Комментарий
Настоящее письмо на имя кардинала Евгения Тиссерана, секретаря Конгрегации Восточных Церквей в Риме, подписанное группой участников съезда русских католиков, проходившего в 1956 г. в Брюсселе в резиденции издательства «Жизнь с Богом», среди которых первая подпись принадлежит Б.Н. Ширяеву, как Президенту съезда, находится среди архивных документов, хранящихся в документальном собрании итальянского центра «Христанская Россия» в Сериате (провинция Бергамо).
Инициатива всезарубежных русских католических встреч началась с проходившего в Риме с 21 по 26 ноября 1950 г. съезда католического духовенства, занимающегося духовным окормлением и социальной помощью русскими в эмиграции. Этот съезд был приурочен к проходившему в Апостольской столице традиционному юбилейному паломничеству. Идею посещения Вечного Города поддержали не только католики со всего мира, но и многие православные русские люди, из числа проживавших в Западной Европе. С целью совместного решения организационных вопросов был установлен контакт с Комитетом Святого года, дабы обеспечить членам православных русских приходов, желающим посетить Рим, определенные льготы и удобства, как во время путешествия, так и во время проживания в столице католического мира[115]. Русская зарубежная пресса писала о традиции открытия «Святых врат» и самом юбилее:
Святой Год ознаменовался… одним важным событием – многолюдным паломничеством русских, съехавшихся из девяти различных стран. Кроме русских католиков, принимали в нем участие и русские православные. Было свыше ста человек. Паломничество продолжалось шесть дней. Было много молодежи… Ранним утром каждого дня служили обедни – в базиликах св. Петра, в катакомбах св. Севастиана, в крипте собора св. ап. Петра, в базилике Santa Maria Maggiore[116].