Михаил Светлый – Самый первый - 2 (страница 13)
Кожа лютоволка уже заставила меня задуматься. Скорость или регенерация? И то, и другое, как я помню, способно было доставить изрядно проблем противнику. Всё же наверное скорость, а для лечения у меня есть заклинание.
Слиток — однозначно урон молнией! Ослепление, конечно, тоже заманчиво, но взять, к примеру, моё недавнее столкновение с призраками — уверен, будь у меня тогда с собой наносящее магический урон оружие, мне пришлось бы намного проще.
На осколке опять задумался. Вампиризм мне может заменить опять та же лечилка, да и к тому же он будет пропадать впустую, если я буду полностью здоров, а вот ослабить противника никогда не будет лишним. Но, окажись я в толпе противников — в такой ситуации с вампиризмом я буду просто непобедим, подлечиваясь с каждым ударом. Быть непобедимым очень хотелось, поэтому всё же выбрал кражу вражеских жизней.
Теперь надо решить, что усилить за счет оставшихся не у дел свойств. Что-то одно, или всё поровну? И если одно, то что именно? Я склонялся к скорости и к молнии. Или, может, стать ещё непобедимее, вложив всё в вампиризм? В конце концов выбрал — пусть будет молния. Все улучшения — только в неё!
Приняв решение, я активировал старт выбранных улучшений. Кожа, выпрыгнув из своей ячейки, пулей метнулась к дубине, плотно обвивая её рукоять. Слиток, потрескивая синими искрами, размяк и переполз к оружию, обволакивая его сетью крошечных молний. Осколок, распавшись в темное облако праха, взвился маленьким торнадо, и, после короткого путешествия, втянулся в подрагивающую и искрящую дубину, после чего всё постепенно успокоилось и, поднявшись из гнезда, потяжелевшая дубина перекатилась ко мне, приглашая взять себя в руки.
Острые лезвия на её утолщении пропали, сменившись случайными редкими всполохами потрескивающих искр, а сама она стала раза в полтора больше прежнего, вызывая уважение к её владельцу. И немного ужаса — цвет её стал абсолютно черным. Не таким черным, как черный телефончик, а таким, как беспросветная тьма глубокой бездны. Весь свет, падавший на дубину, бесследно исчезал в этом мраке, не порождая ни бликов, ни отражений. И тем белее яркими казались на этом фоне ветвистые фиолетовые молнии, с треском проскакивающие в её темной глубине. Лишь ближе к рукояти из темноты вырывались золотые паутинки, постепенно свивающиеся в толстые нити, вместе с полосками кожи формирующие удобную и ухватистую ручку, оканчивающуюся прекрасным узорным набалдашником, в который так и просился бывший при мне рубин. Интересно, есть ли подобного рода умельцы? Надо будет поискать на форуме.
Налюбовавшись модифицированным оружием, я изучил его свойства.
Но сначала — надо разобраться с опытом, что остался у меня после выполнения заказов. Прежде чем соревноваться, надо усилить себя по максимуму. В первую очередь привязал к себе прием “кольцо врагов” и тут же поднял его до 50-го уровня, потратив всего-то чуть более трех с половиной тысяч.
Из-за нового приема понадобилось увеличить навык “Владение приемами” до 10-го уровня, но это была сущая мелочь в плане потерь опыта — менее сотни. Немного больше забрало повышение до 50-го уровня умения “Перевод маны в прану” — в связи с ещё одним приемом это стало необходимым.
Что ещё? Пожалуй последний прием тоже надо до 50-го догнать, получив новое свойство.
Напоследок поднял отстающие характеристики ловкости и энергии до 50, потратив на это около пяти тысяч. Характеристики, конечно, не давали никаких новых свойств на пятидесятом уровне, но как-то уже привык к этой цифре. Ловкость с энергией нужны для раскрытия потенциала новых свойств моего оружия. Чуть подумав, увеличил до 50-ти и дух — это прибавит немного маны и здоровья. Ну а весь остаток вложил в увеличение интеллекта, что был основой для моего самого эффективного уникального заклинания “Насос”, и силы, которая отвечала за основной урон оружия. Поднял их ненамного, всего до 52-го уровня, но на большее опыта уже не было — с каждым уровнем повышения даются всё сложнее и сложнее. Вот теперь всё. Потратив всё заработанное, пора, наконец-то, отправляться на турнир.
Спустившись по лестнице, уже привычно проигнорировал маршрутку и помчался к центру города, где, у круга возрождения, находился вход в турнирную локацию. Мой стремительный забег не останавливали даже красные огни светофора — я едва заметной тенью перепрыгивал с одной стороны улицы на другую с помощью телепорта. Интересно, это нарушение правил дорожного движения или всё же нет? В одном я нисколько не сомневался — попадись я на глаза ДПСнику, однозначно будет нарушением. Но в этот раз со служителями закона я не столкнулся и через пару десятков мину прибыл на место —
Отступление
Звонок из областного центра в муниципальное управление МВД.
— Вот скажи мне, тебя в конец твоя работа заеб…? Уйти хочешь? Так я это быстро устрою — вылетишь как говно при поносе!
— Никак нет, товарищ полковник.
— Какой я тебе, нах… товарищ? Со своими товарищами ты водку пьешь да баб пользуешь, а больше от тебя и толку нет. Какого х… в вашем городе какой-то задрот твоих сотрудников мочит? И почему я об этом не от тебя узнаю? Где сейчас этот муд…?
— Не могу знать, следственная группа ещё работает по этому делу.
— Вот что ты мне пизд..?! Журнашлюшка его нашла, а ты нет? Работает он. Чтоб завтра… нет, уже сегодня доложил, что у тебя по делу! Всё ясно?
— Так точно!
Немного сбавив тон, полковник продолжил.
— Мне с министерства звонили и, кроме того, что за тебя звездюлей дали, намекнули — надо показать, что власть в стране держит всё под контролем. Так что хочешь — полюбовно с этим задротом договаривайся, хочешь армию привлекай — мы уже с ними договорились насчет этого, но он должен шелковым у тебя стать, всё ясно? Выполняй! И не дай бог…
Глава 5
После того, как портал перенес меня на турнирную локацию, я очутился на огромной площади, по которой сновали толпы людей. Ошеломленный, я уставился на представшую перед глазами картину. В центре площади возвышался огромный дворец восточного стиля, чьи высокие минареты, увенчанные золотыми куполами, царапали бегущие по ярко-синему небу пушистые облака. Сама площадь находилась в окружении множества зданий совершенно разных стилей, объединенных только одним — все они были красивы. И огромны.