Михаил Швынденков – Граф по принуждению (страница 3)

Маркиз смотрел на нас, прищурившись, а дознаватели – круглыми глазами. И готовы были тащить меня в пыточный подвал за обман внука их начальника. Тут, на их беду вышел маг-целитель, сказал, что состояние пациентки настолько хорошее, что они могут ехать домой. Все уехали. Перед этим маркиз долго смотрел мне в глаза.

– Как ты относишься к моей дочери?

– Ваша Светлость! Мне сказали, что я был сердцеедом, ловеласом, бабником и очень коварным соблазнителем. Но я ничего этого не помню! При повешенье что-то в голове сломалось, и я лишился памяти. Словарный запас мне менталист вернул, но о своих похождениях я ничего не помню. Сейчас у меня есть жена, и на других женщин я могу только издали смотреть.

– А хочется приблизиться?

– Ваша Светлость! Я просто не знаю. Прошли всего одни сутки, после того, как я, можно сказать, родился заново. Я ещё даже со своей женой не спал. Что уж говорить про других женщин?

– Я вам очень советую полюбить вашу жену. Она ради вас лишилась своего состояния. Если я узнаю, что вы взялись за старое, я вас уничтожу.

Я ему даже отвечать не стал и смотреть на него не стал.

– Счастливого пути, Ваша Светлость! – развернулся и ушёл в дом.

Это было хамством по отношению к высшему аристократу. Его телохранители рванулись за мной, но он их остановил и они уехали.

А я подошёл к жене, положил руки ей на плечи.

– Они уехали, можешь успокоиться! – и нежно поцеловал её в губы.

А она от такого простого действия опять упала в обморок, еле успел подхватить её. Приказал слугам приготовить ванну для госпожи. Ага! Разбежался! Ванну? Нам приготовили глиняную лохань метрового диаметра и два ведра тёплой воды.

С огромным трудом уговорил жену, чтобы она позволила её раздеть и помыть.

– Представь себе, что ты маленькая девочка, а тебя моет твой папа. Он ведь родной папа, чего его стесняться?

Представить себе это в полной мере она не смогла. Краснела, бледнела, пыталась упасть. На этот раз не в обморок, а от того, что ноги не держали, когда я стал мыть её в интимных местах. Но я заставил женщину держаться за мою шею и всё же довёл эту процедуру до конца. Потом положил её в постель, обмылся сам и нырнул к ней под одеяло.

Её муж был просто идиотом. У женщины было великолепное тело. Правда, рассмотрел я это тело значительно позже, когда ей стало уже всё равно, есть на ней одеяло или нет. А тот муж, вместо того, чтобы любить её, утраивал разбирательства, почему она не была девственницей. Да, не девственница физиологически, но как любовница она была совершенно не искушённой. И это после двух лет замужества!? Я в своей молодости тоже не был умелым любовником. Зато в старости в Интернете такого насмотрелся, что смогу теперь молодую жену многому научить, как получать удовольствие от интимной близости.

Глава 2. Жизнь входит в привычное русло

– Жена, ты поверишь, что я с травницей буду не любовь крутить, а говорить о целительстве?

– Она молодая и красивая. Не поверю!

– Тогда будь рядом, смотри на нас, только в разговор не вмешивайся.

Мне нужно разобраться с тем, что я могу в магии. Травница явно магесса, должна разбираться в магии и может мне помочь. А она рассказала, что я, прошлый, стал бабником из-за того, что богатые стервы сами на меня вешались. Я был виконтом Марко Страстом, на лицо красавчиком, учился в магистратуре Академии Магии и студентки-старшекурсницы из знатных родов считали обязательным хотя бы разок со мной переспать. Это у них был такой ритуал. Как будто бы без этого обучение в Академии было неполноценным. Когда со мной закрутила роман сама принцесса Лючия, дочь короля, меня арестовали, лишили магии, изменили лицо, имя, но жизнь и титул виконта оставили. Естественно, без магии из Академии пришлось уйти. Так я стал учителем фехтования Луиджи Бренделем. Перестал быть красавцем на лицо, но и уродом не был. Кроме того, в штанах мне ничего не меняли, и бабы опять стали на меня вешаться. Как правило, это были замужние дамы, или очень знатные, привыкшие к вседозволенности, как та принцесса. При этом большинство из них не только не скрывали наши связи, а ещё и хвастались этим. Естественно, сразу же образовалось много мужчин, которые желали моей смерти. У меня началась череда дуэлей. На поединках меня победить не смогли, но подстрелили из арбалета в спину.

Умирающего Луиджи Бренделя, почему-то, доставили в лазарет Магической Академии. Она, маг-целитель и преподаватель Академии, меня исцелила, много общалась со мной. В конце концов, стала моей любовницей, но за это её изгнали из Академии. Дело в том, что принцесса Лючия ещё обучалась в Академии. Видимо, у неё взыграла ревность, и были даны соответствующие команды в адрес целительницы. Женщине пришлось скрыться, она сменила имя и стала простой травницей. С тех пор прошло три года. За эти три года любовь ко мне у неё прошла, она рада, что я ничего не помню и не пробую вернуть отношения.

Что касается магии, то она не смогла разобраться, что со мной происходит. У меня в теле она не видит ни внутреннего магического источника, ни действующих энергетических каналов, которые они называют магическими. Но у меня есть магическое зрение, я могу запускать магические амулеты. Так маг я или нет?

Официально, я не маг. Те документы, которые имел выпускник Академии, слушатель магистратуры, были выписаны на имя Марко Страста. У Луиджи Бренделя нет документов, дающих ему право практиковать магию, но пока это меня не напрягает, подумаю об этом позже. Сейчас нам с женой нужно навести порядок в её владениях, понять, почему доход с владений такой низкий. А он реально низкий, всего пятьдесят тысяч золотых в год. При этом соседние баронства такого же размера и с близким по численности населением дают от семидесяти до ста тысяч годового дохода.

Преобразования в графстве я начал с того, что сменил управляющего. Новый управляющий, выпускник Академии Управления королевства Бартор, Никола Зиверт, производил впечатление умного и старательного человека. Я заставил его и всех его помощников помогать крестьянам. Задача по отношению к крестьянам, не зажать их, а наоборот, дать им развернуться. Если в деревне уже не хватает земель, пусть часть семей отделяется и переезжает на новое место. При этом земли выделять им столько, сколько смогут обработать. Разрешать рубить лес на строительство домов и подворий. Учёт в каждой деревне должен вести не местный староста, а специальный счетовод. Третью часть произведённой продукции крестьяне должны сдавать в графский фонд. Эту величину я взял не с потолка, в этом мире так принято. Назначены люди, которые продукты этого фонда должны частично доставлять в графские кладовые, а остальное реализовывать на рынках столицы и уже деньгами переводить на графский счёт. А управляющий за всем этим должен следить. Нерадивых подгонять, вороватых изгонять или наказывать, старательных поощрять. Если деревня имеет налаженный сбыт продукции, то может сдавать долю в фонд графства не продукцией, а деньгами. Но управляющий должен за всем этим следить.

– Ваше Сиятельство, как же я успею всё проконтролировать?

– Господин Зиверт! Конечно, если вы будете пытаться сам, в одиночку, всё это контролировать, то не успеете. Разве вас не учили делегировать полномочия? Вы должны построить пирамиду власти. Вы наверху и контролируете тех, кто ниже вас. Они контролируют тех, кто ниже их. А уже последние контролируют крестьян, лесорубов, охотников. Но вам нужно иногда спускаться по этой пирамиде до самого низа случайно выбранной цепочки. Тогда вы будете понимать работу своих подчинённых и не оторвётесь от реальных нужд графства.

Парень смотрел на меня, как на божество.

– Ваше Сиятельство, вы одной фразой раскрыли всё, чему нас учили три года.

– Нет, господин управляющий, если бы вас не учили три года, вы мою фразу просто не поняли бы. Последнее, что хочу вам сказать. Никогда не бойтесь показаться глупым или неумелым передо мной или графиней. Если у вас возникает хоть что-нибудь, про что вы не знаете, как быть, или не понимаете, что происходит, немедленно сообщайте нам. Вместе разберёмся. Тогда не получиться такого, что вы боялись доложить, тянули время, и проблема переросла в катастрофу.

Загрузил управляющего, заставил продумать структуру управления и набрать помощников. А сам, тем временем хотел реконструировать кузницу на окраине Крафтграда, но кузнец отказался от модернизации своей кузницы. Он обеспечивает крестьян тем, что им нужно, при этом не хочет ничего менять. Ну и ладно! Плюнул на него, привёз из столицы двух молодых кузнецов, которых их бывшие наставники никак не хотели из учеников переводить в мастера. Дело в том, что оба они не обладают большой физической силой и ковать плуги, или большие двуручные мечи им не под силу. Построили им новую кузницу под их возможности. Один специализируется на изготовлении столярных инструментов, а второй на мелких изделиях, таких, как различные ножи, вилки, скрепки, зажимы, инструменты для врачей. На рынке для их продукции поставили небольшую лавку. От их продукции пошла прибыль.

Кстати весь городской рынок я приказал перестроить. Вначале всё снести и разметить территорию. Поставить ларьки и лавки ровными рядами. Оборудовать отхожие места и мусорные свалки. Это всё сделали за две недели. Половина ларьков и лавок были построены за счёт бюджета графства и сдавались в аренду за небольшую плату. Остальные лавки строили сами торговцы, но они обязаны были строго придерживаться норм и правил размещения и торговли. Если раньше на рынке всё было вперемешку, то теперь выделили зоны торговли продуктами, тканями, посудой и утварью, инструментом и оружием. А ещё на рынке я приказал поставить учётчиков и стражу. Теперь от рынка доходы идут не ворам, бандитам и рэкетирам, а в городской бюджет. Мэра города я предупредил, если по работе рынка будут жалобы, сниму с должности.